Высшая степень обиды - Тамара Шатохина

– Правда? – глупо спросила я.

– Правда, – улыбнулся Артем, вставая опять: – Давай отвезу тебя, у меня сегодня что-то типа совещания с Токаревым и еще двумя серьезными людьми – по передаче должности. Не могу опаздывать. Посиди тут, я сейчас подгоню машину.

Он подошел к барной стойке, поговорил там с парнем, посмеялся и, получив в руки зонт, вышел из кафе.

Уже в машине, когда мы по большой дуге ехали к автомобильному мосту, он взглянул на меня и весело сказал:

– Ну, у тебя и выдержка! Завидую – честно, – перестал улыбаться и, помолчав, заговорил: – Я в тот день только приехал – шел домой с вокзала. Встретил Толяна Фимичева, он и выложил с ходу, что ты буквально живешь в санатории с мужиком. И я пошел туда прямо с рюкзаком на спине… развернулся, даже не дослушав его. Уже на территории понял, что глупо – и что поверил, и что пошел… где там тебя искать? И увидел, как вы выходили из корпуса. Даже сильно издалека было понятно – чем вы там занимались... Ты ушла, а я захотел посмотреть ради кого ты меня бросила. Сама понимаешь – я не знал тогда, что ты услышала тот разговор, целый год копил обиду, искал тебя и еще, наконец, дорвался до баб. То есть, я чувствовал себя тогда достаточно уверенно, чтобы хотя бы визуально оценить соперника.

– Вы, правда – говорили с Виктором?

– На нейтральные темы, Зоя. Не думаешь же ты, что я стал бы предъявлять непонятные претензии незнакомому человеку? Дело было не в нем, а в тебе – это ты выбрала его, а не меня. Я просто подсел за его столик в столовой – купил талон на обед. Мы разговорились… ни о чем вообще, это был почти пустой треп. Я узнал, что он учится в подплаве, о себе что-то сказал... И изучал его, смотрел…

– И что? – напряженно спросила я, глядя на быстро бегающие по ветровому стеклу дворники.

– Попрощались за руку, и я ушел. Переночевал дома и уехал обратно, – широко улыбнулся Артем, взглянув на меня: – Ушел делать себя, Зоя – под него. Дело было именно в нем, как оказалось. Понятно стало, что первым выбрал он, а не ты и хрен я смогу оспорить этот выбор. И тебя я понял. Ну, мне так казалось, что понял – не знал же, что ты тогда слышала…

– Что значит – делать, Артем? – хотела понять я. Мы уже ехали по дороге к моему дому, а нужно было успеть закончить этот разговор.

– Ну… он уже тогда выглядел очень мужиком – крепкие плечи, широкие ладони, часы… – Артем выпростал из рукава джемпера запястье и показал мне «командирские» часы: – Вот… привык уже – хорошая вещь, противоударные, влаго…

– Я знаю. Дальше, – потребовала я.

– Н-ну… часы действительно нравятся, с них-то я и начал, – невесело хмыкнул он, – потом эта дурь, конечно, схлынула… не сразу и даже не быстро, но в нужном направлении меня, действительно, подтолкнуло. А если про тот день… я признал его превосходство, Зоя. Я проигрывал по всем фронтам – тонкий хлыщ… не совсем уж слабак, конечно… Но он тогда уже состоялся, как личность, был абсолютно уверен в себе – это всегда чувствуется, особенно в мужском общении. Как тебе объяснить? Почти на животных инстинктах… просто понимаешь, что перед тобой альфа-самец и он сильнее – не обязательно физически. А я еще был пацаном-танцором – влюбленным, обиженным, мелко мстящим тебе с другими… – остановил он машину возле дома, – извини, Зоя, но мне на самом деле пора.

– Это ты извини. Не очень хорошие воспоминания.

– Что ты? – удивленно уставился он на меня, – я стал другим человеком, уже тогда начал меняться. Вначале внутренне, а потом и все остальное…