Невский романс - Ольга Свириденкова

«Господи, что он еще задумал»! — пронеслось в голове Полины.

Отступив в сторону, Юлий Карлович коварно улыбнулся и спросил:

— Ты голая под сорочкой, Полина?

— Да, — выдохнула она, чувствуя, как ее начинает сотрясать мелкая дрожь.

— Прекрасно. Тогда, не переставая смотреть в зеркало, задери сорочку по пояс. И без всяких возражений! — угрожающе прибавил Вульф.

Полина попыталась исполнить это приказание, но, стоило ей поднять сорочку чуть выше коленей, как руки отказались ее слушаться.

— Можно мне закрыть глаза? — взмолилась она.

Вульф строго покачал головой. Тогда, стиснув зубы и стараясь не думать о том, что происходит, Полина исполнила приказание. Следующие пару минут она старательно представляла себе премиловские пейзажи, только бы не видеть, как руки мужа в хищном нетерпении шарят по ее бедрам, животу и самым интимным местам.

— Ты мошенничаешь, дорогая, — услышала она над своим ухом насмешливый голос Юлия Карловича. А затем его крепкая ладонь с такой силой врезалась в ягодицы Полины, что туманные видения разом вылетели из ее головы.

— Что выделаете?! — закричала она, вне себя от обиды и возмущения.

Вульф непроницаемо улыбнулся.

— Это за то, что ты вздумала меня дурачить, — назидательным тоном произнес он. — Смотри, красавица моя, в следующий раз я тебя не так накажу.

Он повернул Полину лицом к себе и жадно приник губами к ее рту, проникая туда широким влажным языком. Полина ощутила вкус приторной сладости, и от нахлынувшего отвращения у нее закружилась голова. Знакомое чувство протеста мгновенно всколыхнулось в ее душе, и она попыталась вырваться. Однако не тут-то было — железные объятия Вульфа не давали ей пошевелиться. Оставалось смириться и терпеть этот изматывающий поцелуй, сделавшийся под конец болезненным.

Наконец Вульф оторвался от ее рта и тяжело, шумно отдышался. А затем снова впился в ее губы, теперь еще более настойчиво и страстно. Его руки заскользили по ее телу, нетерпеливо срывая сорочку. И Полина с ужасом ощутила, как его горячая, потная грудь прижалась к ее груди, а по животу скользнуло что-то твердое и липкое.

Внезапно Вульф отстранил жену от себя, и Полина увидела, что он совсем голый. Смутившись, она снова попыталась вырваться, но Юлий Карлович удержал ее, а затем подхватил на руки и быстро перенес на кровать.

Полина не успела и глазом моргнуть, как уже лежала поперек кровати, придавленная жарким, словно раскаленная печка, и тяжелым, словно мешок с камнями, телом мужа. Ее охватила паника, она принялась отбиваться. Вульф шутливо сопротивлялся, возбужденно посмеиваясь и норовя чувствительно ущипнуть Полину за грудь. Наконец, обессиленная, она заплакала и пробормотала:

— Нет, умоляю вас, пожалуйста, не сейчас!

Приподнявшись на локте, Юлий Карлович заглянул ей в глаза, усмехнулся и… неумолимо покачал головой.

— Разведи ноги, Полина, — приказал он не допускающим возражений тоном. — Разведи пошире и согни в коленях. И не смей закрывать глаза!

Содрогаясь от тошнотворного страха, Полина выполнила очередное приказание, а затем машинально зажмурила глаза. Но тут же с коротким вскриком открыла их, потому что Вульф больно сдавил ее сосок.

— Вот так, — с довольной улыбкой промолвил он. — И не вздумай отводить от меня взгляда.

Боль в сдавленном соске была еще слишком ощутима, чтобы Полина решилась ослушаться. Закусив губы, она устремила затравленный взгляд в нависающие над ее лицом глаза мужа — сладострастно увлажненные и возбужденно поблескивающие в предвкушении чего-то необычайно приятного. На мгновение у нее мелькнула мысль, что он смотрит на нее так, как смотрят на лакомый кусочек перед тем, как отправить его в рот. А затем она вся превратилась в комок нервов: что-то твердое неловко ткнулось между ее ног, вызвав короткий болевой спазм и вспышку удушающего страха. Обезумев от этого страха, она попыталась оттолкнуть Вульфа, но его тело было словно гранитная глыба… И вдруг Полину пронзила такая острая, раздирающая боль, что она захлебнулась от собственного крика.

На какое-то время перед глазами Полины все померкло: кажется, она потеряла сознание. Очнулась она оттого, что Юлий Карлович брызгал на нее водой.

— Ну наконец-то, — проворчал он. — А я уж было подумал, что ты собралась снова увильнуть от исполнения супружеских обязанностей.

Его слова так всполошили Полину, что она мигом пришла в себя.

— Вы что, собираетесь снова… — от одной мысли, что кошмарная боль может повториться, у нее отнялся язык.

Юлий Карлович улыбнулся сладенькой улыбкой, от которой Полину прошиб холодный пот.

— Ты очень догадлива, любимая, — проговорил он с насмешливым восхищением. И тут же набросился на жену, словно ястреб на добычу.

Полина закричала, когда стальная мужская плоть врезалась в ее лоно. Ее снова пронзила боль, но на этот раз намного слабее. Поняв, что это она еще способна вытерпеть, Полина зажмурила глаза и, призвав на помощь все свои силы, приготовилась стойко вынести истязание…

— Уф-ф! — выдохнул Вульф целую вечность спустя. — Ну и пришлось же мне сегодня попотеть!

Поняв, что он больше не собирается пользоваться «священными правами супруга», Полина сползла с кровати и подняла разорванную сорочку.

— Брось эту тряпку! — прикрикнул Вульф. И, тяжело плюхнувшись в кресло, с усталым умиротворением пробормотал: — Иди ко мне, моя радость, сюда, ко мне на колени.

С сожалением выронив сорочку, Полина покорно поплелась к мужу. Юлий Карлович привлек ее на колени и, чуть запрокинув назад ей голову, с добродушной ухмылкой потрепал по волосам.

— Что ж, неплохо для первого раза. Ничего, скоро ты привыкнешь и все пойдет лучше… Это еще что такое? — Вульф недовольно сдвинул белесые брови, заметив на глазах жены слезы: теперь, когда кошмар закончился, нервы Полины сдали. — Ну-ну, моя дорогая, не нужно плакать! Все хорошо, твой муженек тобою доволен. Какие вы, однако, чувствительные, благородные барышни! Ладно, сейчас я попробую улучшить твое настроение.

Ссадив безутешно плачущую жену с колен, Юлий Карлович запахнулся в халат и куда-то вышел. Вскоре он, однако, вернулся, неся в руках маленькую коробочку из красного сафьяна. Подойдя к Полине, Вульф посмотрел на нее с многообещающей улыбкой и открыл коробочку. На черном бархате поблескивало кольцо: кроваво-красный рубин в обрамлении сверкающей бриллиантовой ленты.

— Это мой подарок к нашей первой брачной ночи, — пояснил Юлий Карлович, весело посматривая на жену. — Возьми, ты его заслужила.

Полина взяла перстень и осторожно надела на средний палец правой руки. Холодный ободок неприятно обжег кожу, вызвав страстное желание тут же сдернуть кольцо. Подавив этот неуместный порыв, Полина посмотрела на мужа и вымученно улыбнулась:

— Благодарю… оно очень красивое.