Дыхание снега и пепла - Диана Гэблдон

Я покосилась на корзину, но Мэнди, привыкшая к шуму, даже не проснулась.

— Тогда засунь себе сразу оба пальца, — посоветовала я и ухватила Джейми за подбородок, чтобы получше рассмотреть глаз. — Ты этой рыбой дрался, что ли?

Хихиканье поутихло до состояния подземных вибраций, однако на последних словах вулкан вновь проснулся.

— Гилберта Батлера, — ответил Джейми, взяв себя в руки. — Шлепнул по лицу — он так и плюхнулся в воду!

Плечи Йена затряслись от радостных воспоминаний.

— Ну и фонтан!.. Славная была драка, тетушка! Я уж думал — руку сломал, но вроде ничего, отошло, только немного покалывает.

В доказательство он пошевелил свободными пальцами, слегка сморщившись от боли.

— Да вытащи ты палец из носа! — Беспокойство за их состояние постепенно уступало место раздражению. — Выглядишь как деревенский дурачок.

Отчего-то оба нашли это чертовски забавным и загоготали как помешанные. Наконец Йен с озабоченным выражением лица осторожно вынул палец, словно и вправду боялся, что мозги вылетят следом. Как ни странно, следом ничего не вылетело.

Йен слегка встревожился. Он пофыркал, зачем-то потыкал себя в переносицу, сунул палец обратно в ноздрю и принялся энергично ковырять.

Джейми по-прежнему улыбался.

— Никак потерял?

Йен покачал головой.

— Не, я его чувствую… Застрял! Не могу вытащить!

Джейми вскочил на ноги, выдернул палец Йена, задрал ему подбородок и принялся старательно вглядываться единственным здоровым глазом.

— Саксоночка, будь добра, принеси свечу.

По своему опыту я знала, что таким манером можно добиться только одного — поджечь волосы в ноздрях. Вместо этого я наклонилась и достала из-под скамьи свой походный набор.

— Сейчас вытащим, — пообещала я с уверенностью человека, привыкшего вынимать из детских носов что угодно — от вишневых косточек до живых насекомых. Я достала самые длинные щипцы и пощелкала тонкими лезвиями друг о друга. — Йен, сиди смирно.

При виде блестящего металла парень в ужасе выпучил глаза и бросил на дядю умоляющий взгляд.

— Погоди, у меня есть идея получше.

Джейми дотронулся до моего плеча и исчез за дверью. Снизу раздался взрыв смеха и так же быстро утих, словно его выключили.

— Ты как, нормально? — забеспокоилась я, приметив кровавые сгустки на верхней губе Йена.

— Надеюсь, тетушка… — Радостное настроение юноши постепенно сменялось тревогой. — Я ведь не мог пропихнуть его в мозги, правда?

— Очень маловероятно. А что вообще…

Тут дверь внизу вновь отворилась и закрылась, выплеснув в коридор очередную порцию смеха и разговоров. Перепрыгивая через ступеньки, Джейми ворвался в комнату, пахнущий горячим хлебом и элем; в руках он держал маленькую потрепанную табакерку.

Йен благодарно схватил ее, высыпал щепотку черных хлопьев на тыльную сторону кисти и поспешно вдохнул.

На мгновение мы все затаили дыхание… Наконец последовал гигантский чих, сотрясший парня до основания. Голова дернулась, из носа вылетела горошина, ударилась о стол и отскочила в сторону очага.

Йен продолжал безудержно чихать, но мы с Джейми уже ползали на коленях, разгребая руками пепел.

— Нашла! Кажется… — добавила я, вглядываясь в горстку, посреди которой лежал округлый предмет.

— Ага, он самый.

Джейми схватил забытые щипцы, осторожно взял горошину с моей руки и уронил в стакан с водой. На поверхность всплыло облачко пепла и сажи, образовав серую пленку; на донышке безмятежно поблескивал ограненный камень цвета золотистого хереса, величиной с полногтя.

— Хризоберилл. — Джейми встал рядом, положив мне руку на спину, и задержал взгляд на Мэнди, чьи шелковистые темные кудряшки легонько шевелились на сквозняке. — Как думаешь, сработает?

Прижимая к многострадальному носу платок, заляпанный кровью, подошел Йен и заглянул мне через плечо.

— Дурачок, говоришь? — прохрипел он тоном глубокого удовлетворения. — Ха!

— Где ж вы его раздобыли? Или, вернее сказать, у кого сперли? — поправилась я.

— У Нила Форбса. — Джейми вытащил камень, осторожно поворачивая в пальцах. — Этих любителей ухи оказалось куда больше, чем нас, так что пришлось уносить ноги. Мы забежали за угол, к складам…

— А я знал, где у него контора, — вставил Йен.

Мэнди высунула ножку из корзинки; он дотронулся до мягкой пяточки, и пальчики рефлекторно вытянулись.

— Там сзади такая здоровая дыра в стене, прикрыта мешковиной; ну вот, мы ее сдернули и пробрались внутрь.

В конторе никого не было, зато обнаружилось кое-что интересное.

— Лежал прямо на столе, в маленькой коробочке. — Йен окинул камень хозяйским взглядом. — Я взял посмотреть, а тут как раз сторож идет. Ну и…

Он пожал плечами; радостная улыбка преобразила грубоватые черты.

— И вы думаете, сторож не расскажет ему, что видел вас? — скептически поинтересовалась я. Их обоих было трудно не заметить.

— Наверняка расскажет. — Джейми склонился над корзинкой, держа хризоберилл большим и указательным пальцами. — Смотри, a muirninn[179], что дедушка с дядей Йеном тебе принесли…

— Мы решили, это небольшая плата за то, что он сделал с Брианной, — пояснил Йен, посерьезнев. — Надеюсь, мистер Форбс того же мнения. А если нет… — Он снова улыбнулся, но уже безо всякой радости, и положил руку на рукоять ножа. — У него еще осталось одно ухо.

Крошечный кулачок медленно поднялся сквозь сетку, пальчики ухватились за камень.

— Она спит, не будите, — прошептала я.

Джейми кивнул и осторожно высвободил камень.

На дальнем конце стола всеми позабытая рыба сурово взирала в потолок.

Глава 116

Девятый граф Элсмир

9 июля, 1776

— Вода будет теплой, — пробормотала она бездумно.

— Вряд ли это имеет значение.

На щеке Роджера запульсировала жилка, и он резко отвернулся.

Брианна протянула руку и осторожно с нему прикоснулась, словно он был бомбой. Роджер помедлил, затем взял предложенную руку и криво улыбнулся.

— Прости…

— Ты тоже…

Они стояли рядом, сплетя пальцы, наблюдая за тем, как вода медленно отступает, обнажая дюйм за дюймом песчаного пляжа, усеянного мелкой галькой. В вечернем свете отмель поблекла и посерела, лишь кое-где ржавели пятна торфа. С отливом бурая полоса заходила далеко за линию кораблей, стоявших на якоре. Когда начнется прилив, чистая океанская вода омоет Мыс Страха, стирая береговую отмель и все, что на ней находится.

— Вон там, — тихо сказала Брианна, хотя поблизости никого не наблюдалось, и кивнула головой в сторону группы швартовых свай, утопавших в грязи. К одной из них был привязан ялик, к другой — пара пиретт, четырехвесельных «стрекоз», курсирующих вдоль гавани.

— Ты уверена?

Роджер переступил с ноги на ногу, оглядывая берег.

Узкая полоса пляжа окончательно уступила место блестящей гальке, в которой деловито сновали