Три сердца - Лара Дивеева (Морская)

— Я рыдаю! — сказал, придвигаясь ближе и все еще избегая моего взгляда. — Ты и представить не можешь, какого труда мне стоило затащить тебя в гору. Если бы ты не проснулась, скинул бы вниз. Нести больше не могу, надорвусь.

Несмотря на шутливый тон, он был серьезен, а руки непрерывно касались моих, массировали предплечья, сжимали ладони.

— Я попробую встать.

— Только аккуратно. Тебе каждый день делали массаж, да и я тоже…

— Ты что делал?!

Я закашлялась, и, приподняв мою голову, Фредерик поднес к губам флягу с теплым чаем.

— Только проснулась, а уже кричишь.

— Что ты мне массировал?

— Руки и ноги. Когда попробуешь встать, скажешь мне «спасибо».

С его помощью я села и, справившись с головокружением, поднялась на ноги. Мышцы ныли и отказывались подчиняться, словно я училась ходить заново.

— Раздери тебя Фергус! Это невыносимо.

Фредерик хмыкнул.

— На «спасибо» это не похоже.

— Спасибо, Фредерик. Похоже, ты меня спас.

— Скорее, украл. Жаль, ты не видела, это было нечто! Десять магов на королевской площади. Дым, грохот, всеобщий паралич, у гвардейцев шок от запрещенной магии. Давно так не веселился.

— Справедливо, что именно ты меня спас, потому что усыпила меня Гертруда. Твоя тетя!

— Троюродная.

— Она меня усыпила! На благо страны! Считай, принесла в жертву!

— Иногда мне тоже хочется тебя усыпить.

Ворча и опираясь на Фредерика, сделала несколько неуверенных шагов. Как долго я спала? День? Два? Почему мне так плохо?

Воспоминания вернулись во всей красе, и жалость к себе пересилила остальные чувства. Предательским слезам некуда было деться, только наружу.

Фредерик обнял меня, и я спрятала лицо на его груди. Он гладил меня по спине, целовал в волосы и говорил вещи, от которых еще сильнее хотелось плакать.

— Поплачь как следует, это хорошо, после этого станет легче… и тогда я скажу тебе, что ты в безопасности, что я с тобой и не отойду ни на шаг, что я нашел Лили, и она у меня в конюшне вместе с Беркантой. Твой отец тоже в порядке, он ждет нас на корабле… Не волнуйся, я не позволяю ему есть сладкое, хотя это очень непросто…

Выплакавшись, я отдышалась и подарила ему благодарную улыбку.

— Ты постригся.

— Стараюсь тебе понравиться.

— У тебя отлично получается. Спасибо, что позаботился о Лили… только… как ты умудрился это сделать? Ты успел побывать дома?

— Э-э-э… — Фредерик подвел меня к импровизированному ложу и заставил сесть. — Да, я успел побывать дома. И ты скоро поедешь домой и увидишься с Лили, она обрадуется… — Он явно пытался перевести тему.

— Фредерик, как долго я проспала? Раз ты побывал дома и вернулся, то не меньше трех недель?

— М-г-м… да, не меньше трех недель. Александра, я принес куриный бульон…

— Фредерик, сколько времени прошло? Три недели?

— Да, три.

— Три чего? — Заметив его выразительный взгляд, вскрикнула: — Три месяца? Я проспала целых три месяца? — Потерянно оглядев себя, покачала головой. Поверить в такое невозможно, не знаешь, о чем и думать. — Три месяца без сознания? В руках врагов? Не меняя прическу? Я три месяца не мылась?!

Фредерик рассмеялся и, обняв меня, чмокнул в нос.

— Ты знаешь, что такое стазис? Жизненные процессы затормаживаются, у тебя даже волосы не выросли. Для тебя не прошло и дня. Считай, что ты немного отдохнула.

Романтичное настроение разбилось вдребезги.

— Отдохнула? Три месяца?! Ты позволил мне проспать среди этих ненормальных целых три месяца?!

— Когда мы виделись в последний раз, ты выглядела уставшей.

— Минуточку… — Я не успела разозлиться, как меня осенило неприятное подозрение. — Ты не собирался меня спасать, пока не узнал про третий камень, да? Про Любящее сердце! — Ощупав шею, я не обнаружила на ней драгоценностей. — Поэтому и вернулся в Плессию! Тебе на меня наплевать, но, когда ты узнал, что на мне Любящее сердце, ты решил меня украсть!

Фредерик закатил глаза.

— Да, Александра, ты меня раскусила. Я собирался украсть сапфир, но случайно прихватил небольшой довесок в виде тебя. Похоже, сон плохо повлиял на твой интеллект.

— Я не могу поверить, что проспала целых три месяца.

— Ты сделала доброе дело. В Плессию вернулась магия, и она расцвела. Да и потом, я тебя навещал. — Фредерик весело подмигнул.

— Как это, навещал?

— Три раза к тебе пробирался, чтобы убедиться, что все хорошо.

— А потом уезжал, оставляя меня в Плессии?! В башне, как в мавзолее?! Спящую?!

Фредерик напрягся. Улыбка соскользнула с его лица, в глазах мелькнул недобрый огонь. Поднявшись на ноги, он отошел к выходу из пещеры, став ко мне спиной.

— Никогда раньше не было проблем с краденым товаром, драгоценные камни не разговаривают. Похищать принцесс — неблагодарное дело, — пробурчал.

Я потихоньку приходила в себя. Тот случай, когда не знаешь, что думать. Меня чудовищно использовали, но это сделало тысячи людей счастливыми. А Фредерик… оставил меня в башне?

Растерянно перебирала мысли, не зная, как отнестись к случившемуся. Я благодарна Фредерику за спасение, но три месяца… это очень долго.

— Что ты хочешь от меня услышать?! — Внезапный крик Фредерика напугал до чертиков. Сжав кулаки, он подошел ближе. Его глаза сверкали, скулы побелели от еле сдерживаемых чувств. — Хочешь услышать правду? Что я сошел с ума, когда узнал о грядущем обручении? Да, я сошел с ума. Я должен был успокаивать твоего отца, а вышло наоборот. Я разнес чертову бухту, еле отвязался от властей. Ты добровольно вошла во дворец, Александра. Зачем?! Ты нарушила обещание отсидеться в безопасном месте, не поверила мне и сама сдалась врагу. Почему?! — Его кулаки тряслись, а в голосе звучало такое сильное отчаяние, что я с трудом сдержала слезы.

Фредерик опустился рядом на колени и дотронулся ладонью до моего лица. Я прильнула к ней, прикрывая глаза.

— Ты упрямое, невозможное, нереальное существо. Ты взорвала мою