Три сердца - Лара Дивеева (Морская)

Марциус ждал меня в небольшой зале, на стене которой висел портрет розовощекой девчонки с каштановыми кудряшками. Меня в шестнадцать лет.

— Я очень ждал встречи, Александра, — сказал срывающимся голосом и поцеловал мою руку.

Гертруда вошла неслышной, мягкой поступью и теперь стояла, положив руку на плечо мужа. В ее глазах сияли слезы.

Воспитанная и приученная не теряться даже в самых сложных ситуациях, я оторопела под восторженными взглядами королевской семьи.

— Я… э-э-э… добрый день. — Это все, на что я оказалась способна. Кому пришло в голову занести меня в очередь наследников престола?

— Добро пожаловать в Плессию, деточка! — дрожащим голосом произнесла Гертруда, красивая блондинка с добрым материнским взглядом. — Пойдем, я о тебе позабочусь!

Марциус снова склонился к моей руке и запечатлел на ней быстрый поцелуй.

— До встречи! — сказал с придыханием. Я пыталась разглядеть в его действиях хоть каплю неискренности, но он смотрел на меня как на божество. Или как в сказках принцы смотрят на принцесс в момент зарождения любви с первого взгляда.

— Благодарю вас за теплую встречу! — сказала вежливо. — Могу ли я получить обещание, что ни отца, ни его помощника впредь не тронут и не возьмут в плен?

— Клянусь честью, что, если ты останешься с нами, твоим родным и знакомым ничего не грозит! — серьезно ответил Траульд, приложив руку к груди.

В коридоре висел еще один мой портрет. За основу художник взял юношеский образ, но изобразил меня стоящей в горах с нависающими скалами и сизыми тучами.

По бокам коридора выстроились слуги и придворные. При виде меня они кланялись в пол, некоторые валились на колени. Придворная дама охнула и разрыдалась. За нашими спинами шептались: «Это она? Точно она?» Похоже, приближенные короля искренне верили в то, что я спасу Плессию.

Я старалась не волноваться, но оказалась не готова ко всеобщему обожанию и взглядам, полным надежды. Мысленно ожидала прохладную встречу с долей презрения и щедрой примесью лести. В крайнем случае, гнев и угрозы. А тут… Искренность встречающих озадачивала и пугала. Что случится, если я не оправдаю их надежд? На что именно они надеются?

В отведенной мне комнате висел портрет принца. Привлекательное серьезное лицо, обрамленное светлыми волосами до плеч. Не зря его считают прекрасным, он очень хорош собой и вполне мог бы мне понравиться, если бы не… некоторые преступники с отвратным характером. Что поделаешь, в жизни так бывает: люди встречаются, заранее зная, что вскоре пойдут разными путями. У Фредерика месть, а у меня долг. Наши пути разошлись. Большинство девушек выходят замуж в восемнадцать, а я наслаждалась пятью дополнительными годами свободы. Пришло время выйти замуж. Раз уж выхода нет, то почему бы не настроиться дружелюбно.

— Мы очень тебя ждали, деточка! Плессия будет почитать тебя многие годы. Ты наше благословение! — Гертруда погладила мое лицо. За ее спиной слуги наполняли ванну горячей водой. Погладив меня по волосам, королева печально вздохнула. — Надо же, такие волосы… были. Парикмахер подойдет через час, с ним портниха. Я угадала твои размеры, но некоторые детали надо подправить.

Говорила же я Фредерику, что меня нарядят как принцессу. Так и будет.

Из окна открывался вид на море, набухшая черная вода под сизым небом. Под окнами дворца выстроилась гвардия, расставили пушки.

— Ты теперь наша, и мы будем тебя защищать, — объяснила Гертруда, проследив за моим взглядом.

— От Элиаса?

В глазах королевы вспыхнула мимолетная боль.

— От всех, кто попытается к тебе приблизиться. Ваше с Марциусом обручение состоится завтра вечером.

Когда Гертруда удалилась, я подошла к окну и долго разглядывала ряды военных кораблей у берега и построение гвардии. Интересно, они всю ночь будут здесь стоять?

На горизонте сизые тучи касались моря. Там в счастливом неведении плыли отец и Фредерик, надеясь на скорую встречу со мной в порту.

— Услышь меня, Фредерик! Не возвращайся в столицу и отца не пускай! Меня защищает целая гвардия. Не лезь в логово врага! Не рискуй собой ради азарта и ради… забавной родинки, — прошептала в открытое окно, посылая слова вдаль. Ветер равнодушно пролетел мимо, слизывая песок с балкона.

***

Через два часа меня превратили в настоящую принцессу. Парикмахер подравнял волосы, закрутил их в изысканную прическу и украсил крупными жемчужинами. Голубое атласное платье с двухметровым шлейфом и сложный макияж дополнили картину. Четверо девушек крутились вокруг, глядя на меня с неприкрытым восторгом.

— Может, достаточно? — робко спросила я.

— Что вы!

Принесли драгоценности. Десяток простых золотых цепочек, сверху несколько перевитых, потом плетение из жемчуга. Серьги, диадема, кольца и множество браслетов.

Гертруда критически оглядела результат.

— По-моему, очень даже готово. — Я с надеждой посмотрела на будущую свекровь.

— Мало украшений! — провозгласила королева.

— Безусловно, мало украшений, ведь я пока что могу подняться без посторонней помощи, — пробурчала себе под нос.

— Что, милая?

— Я удивляюсь, зачем одеваться так торжественно, если обручение завтра.

— У тебя сегодня свидание! — с восторгом сообщила Гертруда. — Променад с Марциусом.

Слово «променад» использовалось королевой в самом узком его значении, потому что из дворца нас выпускать не собирались. Марциус появился под дверью комнаты в сопровождении стражи. Он ощутимо волновался и смотрел на меня с восхищением.

— Прогуляемся до библиотеки? — предложил.

Ну да, а потом до кухни и обратно.

Марциус придерживал меня за локоть, охрана норовила наступить на шлейф платья, а я никак не могла поверить в происходящее.

— Александра, я знал, что ты красива, но и подумать не мог, что настолько. Мне очень повезло, — сказал Марциус, покраснев.

— Мне тоже.

Я не соврала, потому что благодарна судьбе за очень многое. Например, за знакомство с Фредериком, хотя и короткое. И за то, что они с отцом в безопасности.

Марциус проводил меня в библиотеку, где на подоконнике ждала корзинка ароматных фиалок. Смутился, протягивая мне подарок, но, когда заговорил