Три сердца - Лара Дивеева (Морская)

Вокруг часовни выстроился плотный круг гвардейцев. Король и королева остались у входа, а нас с Марциусом старец пригласил подойти к алтарю.

Меня ломало от мучительных сомнений. Казалось невыносимым добровольно обручиться с чужим человеком, даже если это обеспечит безопасность моего отца и поможет народу Плессии.

— Великое таинство обручения произойдет только в случае, если у невесты любящее сердце! — объявил маг и, увидев мою скептически изогнутую бровь, добавил: — В противном случае церемония будет перенесена на завтрашний день.

Интересно… Значит, если не любишь сегодня, то завтра тебя наверняка проберет? И так будут проверять каждый день?!

Теперь стали понятны ухищрения Марциуса — променады, цветы и котята. Тяжелая романтическая артиллерия нужна была с целью заставить меня влюбиться. Извини, мой принц, но у тебя ничего не вышло, зато я могу порадоваться столь желанной отсрочке. Если повезет, мне вообще не придется выходить замуж, потому что шансы того, что я полюблю Марциуса, ничтожно малы. Даже выражаясь статистически.

По наивности решив, что старец ждет моего ответа, я сказала.

— Принц Марциус мне нравится, но…

— Любящее сердце! — громко объявил старец, царапнув меня недовольным взглядом.

Траульд подошел ко мне, неся на бархатной подушечке кулон с цепочкой. Красивый сапфир в форме капли. Сотни граней вспыхнули, отражая огонь алтаря.

Несмотря на серьезность момента, я улыбнулась. Эх, Фредерик, знал бы ты, что третий камень, Любящее сердце, так близко! Давно бы его украл, получил могущество и поквитался с Элиасом.

Следуя указаниям старца, я надела цепочку и наклонилась над чашей алтаря, чтобы сапфир окунулся в огонь. Жар облизывал шею, но маг не позволил отстраниться. Делал пассы над моей головой, потом отошел в сторону и замер. Секунда, другая, и чаша вспыхнула синим огнем. Пламя взвилось до потолка, омывая меня, но не касаясь кожи.

— Магия огня и камня подтвердила, что у невесты любящее сердце! — провозгласил старец, и королевская чета откликнулась, восторженно восклицая и обнимая друг друга.

Видели бы вы моего жениха! От изумления Марциус распахнул рот и хлопал глазами. Видимо, не ожидал подтверждения моих чувств.

— Александра… спасибо… — Страстно поцеловал мои руки и отошел к родителям. Все трое обнялись, король похлопал сына по плечу со словами: «Молодец, сын!». Семья радовалась, что принц справился с задачей государственной важности — влюбить в себя чужестранку.

Однако возмутиться я не успела.

— Приступаем к обряду обручения! — объявил старец и снова подозвал нас к алтарю.

— Э-э-э… подождите…

Как объяснить потактичнее, что мое любящее сердце любит совсем не жениха, а преступника, разыскиваемого в двух королевствах? И по совместительству, дальнего родственника королевы Гертруды.

Я и сама не знала, что влюбилась в Фредерика, но раз уж обряд подтвердил сей факт, то кто я такая, чтобы спорить? Вы бы тоже поверили, если бы ваше тело вспыхнуло синим огнем. Что скрывать, Фредерик застрял в моем сердце. И в печенках тоже.

Если не признаюсь, что люблю другого, то священный ритуал будет основан на лжи, и… кто знает, что случится дальше?

А если признаюсь, будет еще хуже.

Была не была.

Высвободила руку из цепкой хватки Марциуса и прошептала магу на ухо.

— Дело в том, что я люблю не принца, а другого мужчину.

Маг отстранился и подтолкнул меня обратно к Марциусу.

— Мы получили подтверждение любящего сердца! — повторил, сверля меня предупреждающим взглядом.

— Но…

Маг взмахнул рукой, и меня повело в сторону. Перед глазами поплыл дым, губы занемели. Слова путались, отказываясь вставать в строй, да и язык не слушался. Спорить я больше не могла. Доигралась!

Марциус придержал меня за талию, пока остальные зажигали факелы на стенах часовни. Разноцветный огонь вспыхивал, подчиняясь беззвучному ритму обряда.

Марциус позаимствовал у меня сапфир, надел на шею и склонился над чашей. Вокруг моментально взвился синий огонь. По спокойствию присутствующих стало очевидно, что принца уже проверяли и были уверены в результате. Любит он явно не меня. Вполне возможно, что Плессию.

Сапфир снова надели на меня, и я стояла, как кукла, бессловесная и покорная. Не сводила глаз с могущественного старца. Наверняка он и есть помощник древнего мага, выживший после нападения Элиаса. Кто еще способен на такую магию? Фредерик прав, Любящее сердце действительно у него. Вернее, теперь уже у меня. Неудивительно, что маг относится ко мне с неприязнью, ведь я наследница и родственница короля-убийцы.

Вокруг танцевал огонь.

Королевская семья стояла рядом, удерживая меня на ногах.

Маг что-то бормотал, брызгал пахучее масло в огонь, соединял наши с Марциусом руки. Я следила за этим как сквозь пелену воды. Даже чувства притупились, отодвинулись на задний план. Никогда бы не подумала, что магия может сотворить такое с человеком!

Закончив приготовления, маг открыл книгу и зачитал певучий текст.

— Годы раздора измучили Плессию, демоны проклятия испили ее магию. Спасение Плессии возможно, если наследница с кровью врага добровольно прибудет на страждущую землю…

Склонившись, маг нарисовал узор на моем лбу. Говорить я не могла, но про себя отметила слово «добровольно». Вот и объяснение тому, почему Плессия похитила отца, а не меня. Зная Элиаса, Гертруда понимала, что тот не согласится на мой брак и на обмен тоже. А о моем строптивом характере хорошо известно, вот они и решили, что я найду способ бежать и добраться до Плессии, чтобы спасти отца. И на обручение я тоже согласилась добровольно. Они все отлично рассчитали.

Закончив рисовать на лбу, маг провел кистью по моим щекам и спустился к шее, где поверх других украшений красовался сапфир.

— Таинство обручения и поцелуй наследника Плессии пробудят древнюю магию, но освободить ее может только Любящее сердце. Любящее сердце, желающее помочь мятежному народу. Наследница с любящим сердцем заснет, запирая в себе проклятие. Пока спит она, спят и демоны проклятой земли…

Да, я хочу помочь Плессии и даже соглашусь на поцелуй, чтобы пробудить древнюю магию. Однако неприятно