Десять крошечных вздохов - К. А. Такер

Трент стоял рядом с ним, сунув руки в задние карманы, и смотрел вниз на беспорядок. Его рубашка распахнулась в том месте, где я оторвала пуговицы, мокрая и прилипшая к его скульптурной груди. Несмотря на всех присутствующих, у меня во рту пересохло.

Шторм была первой подбежавшей ко мне после того, как отдала Мию Ливи, и обвила мою шею руками. Я дернулась, но не так сильно, как тогда, когда это произошло впервые.

— Ты в порядке? — Если то, что я оставила ее в машине прошлой ночью, и беспокоило ее, видно этого не было.

За ее плечом я видела, как вылупились глаза у полицейского и низенького лысого мужичка, прикованные в пятой точке Шторм. Офицер, по крайней мере, потрудился покраснеть и отвести взгляд к потертому пятну на линолеуме. Лысый же продолжал пялиться, его ухмылка стала только шире.

— Мне станет лучше, как только дам тому мужику в нос, — сказала я достаточно громко, чтобы и он меня услышал. Он посмотрел в сторону, пойманный с поличным.

— Это Извращенец Пит, — прошептала она, съежившись, пока тянула сзади рубашку, чтобы прикрыть свой обнаженный зад. Да только напрасно. Рубашка была слишком короткой, а трусики слишком открытыми. — Я сейчас вернусь, — она стремглав выбежала из квартиры.

Таннер перевел взгляд с обломков и щепок на меня.

— О, привет, Керри.

«Керри?» Мои брови сильно изогнулись.

— Привет...Лэрри! Как тут дела?

Ливи фыркнула и попыталась приглушить этот звук ладонью. Сначала Таннер выглядел сконфуженно, но затем улыбнулся во все тридцать два зуба.

— Кейси, — поправился он.— Извини...Кейси.

Полицейский терпеливо делал заметки в блокноте, когда мы воспроизводили весь произошедший инцидент, хотя и часто прерывался, чтобы посмотреть на уже одетую Шторм. В конце концов, он дал Мие аппликацию в виде значка шерифа, при виде которой она расплылась в улыбке от уха до уха. Извращенец Пит чрезмерно поизвинялся и забрал Ленни обратно в клетку, поклявшись мрачному Таннеру, что дважды перепроверит надежно ли она заперта. Офицер спросил, хочу ли я предъявить обвинения Тренту, а я взглянула на него так, словно у него рука из задницы выросла.

Когда офицер ушел (не без одарения Шторм долгой, признательной улыбкой), Таннер и Трент все еще пялились на две разломанные двери.

— Я понимаю, что это была чрезвычайная ситуация, но...эээ...Мне нужно их починить, а Извр... —Таннер откашлялся, — Питеру потребуется некоторое время, чтобы оплатить это. Сомневаюсь, что у него есть страховка... —Таннер залез рукой в задний карман и вытащил бумажник. — У меня есть...эм...сто баксов, которые я могу вложить.

У меня челюсть упала. «Чего?» Я ожидала гневной тирады и выселения, а тут вдруг Таннер предлагает заплатить за нашу дверь? Ливи, Шторм и я обменялись шокированными взглядами.

Но раньше, чем я смогла что-либо сказать, Трент протянул Таннеру деньги из своего бумажника.

— Вот. Этого должно хватить.

Таннер, кивнув, взял их, а затем без лишних слов вышел, оставив всех нас онемевшими.

Трент подошел к Ливи и протянул руку.

— Привет, я —Трент. Мы еще официально не знакомы.

Какая бы ярость не бежала по венам Ливи, она потухла, а Ливи покраснела от неловкости, словно хихикающая двенадцатилетка. Она быстро пожала его руку и отскочила, будто бы могла забеременеть от одного прикосновения, глядя куда угодно, но только не на его полурасстегнутую рубашку и прекрасное, загорелое тело под ней. Я усмехнулась про себя. Моя непорочная Ливи.

Шторм была следующей, кому представился Трент. Она мило покраснела, и меня накрыл недозволенный приступ ревности. Когда он переместился к Мие, спрятавшейся за ногами Шторм, я заметила, как Шторм преувеличенно с одобрением подмигнула. Я закатила глаза.

— А ты, должно быть, принцесса Мия? Я слышал о тебе.

Она надула губки и совсем немного высунулась из-за Шторм.

— Слышал?

Он кивнул.

— Ну, я слышал о принцессе Мие, которая любит мороженое. Это же, должно быть, ты?

Она медленно кивнула и прошептала:

— Ты слышала, мамочка? Люди знают, что я — принцесса.

Все рассмеялись. Все, кроме меня. Я была слишком занята внутренней битвой с голосом, который говорил мне, что я не должна поддаваться его обаянию. Все это показуха. Для меня он не представляет ничего хорошего.

Вообще-то, мне ненавистна была сама мысль об этом, но должна признать, что дело было в другом.

Проблема в том, что я знаю, что он для меня слишком хорош.

Трент встал и повернулся лицом ко мне.

— С тобой все будет в порядке?

«Всегда такой заботливый». Я кивнула и сложила руки на груди, посмотрев вниз на свой халат. Я неловко заерзала под этим его пристальным взглядом, вспомнив ощущение его тела, прижатого ко мне. И то, что он вытащил меня из душа, съежившуюся и голую.

По мне волнами прокатились все виды унижения.

Я не уверена, заметил ли Трент мой дискомфорт, но он отступил на несколько шагов, проводя рукой по волосам.

— Что ж, увидимся, — он подмигнул мне. — Нужно смыть все это мыло. Надеюсь, мой душ не настолько богат событиями.

— Ага... — пробормотала я и почувствовала себя глупой, когда следила за его движениями, быстро разрабатывая план того, как я могла бы подкинуть что-нибудь в его душ, чтобы у меня появилась причина снести его дверь и запрыгнуть туда ради его спасения.

«Только не змею. Кажется, их он не боится. Может, аллигатора. Да, точно, во Флориде их много. Быстренько съезжу в национальный парк Эверглейдс, найду одного, поймаю, притащу сюда...»

— Кейси?

Голос Шторм вернул меня в настоящее. Она смотрела на меня, выгнув бровь, и ухмылялась. Очевидно, я пропустила вопрос.

— Что?

— Я уверена, что Трент с удовольствием поужинал бы с нами, в качестве нашей ему благодарности.

Я заметила блеск в ее глазах. Она играла в сводницу.

А мне это не нравилось.

Трент не захочет этого месива.

— Делай, что хочешь. Я буду в зале, — ответила я голосом, похожим на арктический ветер, заморозивший все веселье в комнате. Я развернулась и направилась в комнату, прежде, чем кто-нибудь ввернет словечко.

И я ненавидела себя.

* * *

В «На Пределе» было тише, чем обычно бывает в послеполуденное время, но меня это устраивало. Я все еще пошатывалась от сегодняшнего «змеиного» волнения. И Трента. Мне нужна моя хорошая, тихая рутина. Я быстро потянулась и приготовилась к раундам с грушей.

— Привет, рыжая! — голос Бена громыхнул позади меня.

«Черт». Я повернулась как раз вовремя, чтобы поймать его за разглядыванием моей задницы.