Ветряная мельница любви - Барбара Картленд

Валерию слегка покоробило от этих слов, но ее брат не обратил на это внимания:

— Во время ее выступления мужчины чуть ли не разнесли зал, и распорядители предупредили, что, если так будет продолжаться, они не увидят канкана.

— Ты видел его?

— Да, и это было еще лучше, чем в наш первый вечер.

— Кажется, после представления ты собирался встретиться с этими девушками?

— Я и встретился с ними и угостил всех шампанским! По-моему, они поэтому второй раз танцевали еще лучше.

— Ты посмотрел и второе представление за вечер?

— Хорошего не бывает слишком много, — засмеялся Тони.

Он умолк, и Валерия спросила, подождав немного:

— А что случилось… потом?

Он помолчал, потом заговорил снова:

— Я пригласил Рене поужинать, и, как ты понимаешь, время уже было позднее. Кажется, мы порядочно выпили, но, ты знаешь, я в таких случаях обычно не теряю рассудка. Только когда Рене стала уговаривать меня как можно скорее отправиться к ней домой, я почувствовал, что тут что-то не так.

— Что-то… не так? А что же?

— Об этом я и спросил себя. С какой это стати ей так спешить, если мы сидим в уютном ресторане и у нас еще много хорошего вина.

Валерия слушала брата, пытаясь понять, что же произошло и почему брат в это раннее утро заставил ее покинуть гостиницу.

— Ресторан был недалеко от дома Рене, — снова заговорил Тони. — Я предложил пройтись пешком, подумав, что ночной воздух отрезвит нас. Но она сказала, что слишком устала. Пришлось нанять экипаж. Это было довольно трудно, потому что в такое время их уже немного, и я попросил кучера подождать у ее дома.

Он вздохнул.

— Слава Богу, что я догадался это сделать! Страшно подумать, что было бы, если бы пришлось возвращаться в гостиницу пешком.

— Так он дождался тебя? — спросила Валерия.

— Он готов был ждать, потому что я ему дал задаток и обещал заплатить двойную цену.

— Что же произошло потом?

— Мы пришли на квартиру к Рене, но меня не оставляло чувство, что в ее поведении есть что-то странное. Уж слишком она спешила. К тому же, мне показалось, что, когда мы вошли в подъезд, там стоял какой- то мужчина, но, когда я оглянулся, он мгновенно исчез.

— Мужчина? Кто же это был?

— Я не разглядел его лицо, там было темно. Когда мы вошли в ее квартиру, я предложил еще выпить. Вино там было, я сам купил бутылку перед тем, как мы уходили в «Мулен».

Валерия подумала, что ему не стоило пить так много, однако промолчала.

— Но Рене не захотела пить, — продолжал брат. — Она потащила меня в спальню, и вот тут я вдруг подумал, что все это как-то подозрительно.

— Подозрительно? — переспросила она. — Ты о чем?

— Да об этом человеке, который стоял в тени. Один из моих друзей в Лондоне предупреждал меня о таких вещах.

— Что он говорил?

— Он предупреждал, что надо быть осторожным, так как кое-кто из девиц, с которыми знакомишься в танцзалах и подобных заведениях, может попытаться шантажировать тебя. Это значит, что в нужный момент на сцену выступает «муж».

— Муж?! — изумилась Валерия. — Ты хочешь сказать, что она замужем?

— Нет, на самом деле, конечно, она не замужем. Во всяком случае, на это не похоже.

— Тогда… как же?

— Постарайся понять, Бэл, — сказал Тони таким тоном, будто объяснял что-то глупенькой девочке. — Если вдруг среди ночи появляется мужчина и застает кого-то… с его, как он говорит, «женой», то ничего не остается, как только заплатить ему.

— Ты хочешь сказать… что ты должен заплатить крупную сумму, просто чтобы избежать скандала?

— Наконец ты поняла, — сказал Тони. — И хотя на скандал было не похоже, но я вовсе не хотел, чтобы меня поколотили, требуя денег. Мне не хотелось бы выглядеть недостойным образом.

— Я ни разу в жизни не слышала о таких постыдных вещах! — воскликнула Валерия.

— Конечно, — согласился Тони. — Но все же и я не так уж прост. — Он усмехнулся. — Хотел бы я, чтобы мои друзья узнали, что я придумал!

— Ты не можешь никому рассказать об этом! — испуганно возразила сестра. — Но… что же ты сделал?

— Я уже начал раздеваться, но тут хлопнул себя по лбу и сказал ей: «Господи! Я же забыл в экипаже подарочек для тебя». Рене спросила, о чем это я. А я ответил: «Эта вещица сияет, как твои глазки, и я хочу преподнести ее тебе». Она, конечно, решила, что это какая-то драгоценность, а потому не возражала. Я оделся и побежал вниз.

— Так ты убежал оттуда? — тихо спросила сестра.

— Я сказал кучеру: «Гони что есть силы, и я заплачу тебе вдвое против того, что обещал». Он, конечно, так и сделал, и мы понеслись быстрее, чем мне когда-либо приходилось ездить.

— И ты приехал в гостиницу.

— Я опасался, что этот малый, ее «муж», погонится за мной, но подумал, что ему сначала придется найти карету, а когда я уезжал, на улице не было ни одной.

Валерия вздохнула с облегчением.

— По-моему, ты поступил умно, — заметила она. — И все же это страшновато. Я надеюсь, ты больше никогда не попадешь… в такое положение.

— Ну, по крайней мере, я теперь буду умнее, — отвечал Тони.

— Он ведь мог побить тебя. И я не думаю, что у тебя с собой было много денег.

— Такого рода мерзавцы обычно берут чек и держат человека в заложниках, пока не получат по нему наличными. Еще они могут заставить отдать им все, что у тебя есть при себе.

Валерия ахнула.

— Слава Богу, что всего этого не случилось. О, Тони, как же ты мог так рисковать? И подумай, как было бы ужасно, если бы папа узнал об этом!

— Никто, кроме нас с тобой, об этом не узнает. А ты ведь никому не расскажешь?

— Конечно, нет, — заверила его сестра. — Но как это ужасно, что эта мадемуазель Рене, которая казалась милой девушкой, пыталась заманить тебя в ловушку таким отвратительным способом.

— Это послужит мне уроком: доверять никому нельзя, — отвечал Тони. — А все же в этой Рене что-то есть. У нее потрясающее чувство юмора.

Он говорил сейчас, словно маленький мальчик, который съел целую коробку шоколадных конфет. Валерия вздохнула.

— Ну, по крайней мере ты посмотрел канкан.

— И это — самое главное, — горячо согласился Тони. — Ия надеюсь, что теперь, после того как вся эта история с «Мулен» закончилась, мы благополучно вернемся домой и папа наконец отпустит меня в Париж.

Валерия засмеялась:

— Вполне возможно. Но умоляю тебя, Тони, пусть никто никогда не узнает, как ужасно мы с тобой поступили. Наши родные были бы… шокированы, если бы узнали, что я побывала в «Мулен-де-ля-Мер».