Ветряная мельница любви - Барбара Картленд

— Замечательный был сегодня день, — воскликнула Валерия, когда граф вез ее домой после ужина.

— Вы в самом деле так думаете? — спросил он.

— Конечно. Я не могу припомнить, когда еще я получала бы такое удовольствие.

Дело было не только в красоте тех мест, которые показал ей граф. Никогда прежде она не встречалась с таким интересным человеком. Они говорили очень о многом, часто спорили, во многом соглашались.

До сих пор только с отцом Валерия могла разговаривать так легко. Но у отца был достаточно властный характер. Он обычно настаивал на своем мнении, а граф внимательно слушал ее и относился к ней как к равной, что льстило девушке.

«Я никогда не предполагала, что общество мужчины может быть так приятно», — думала она.

Граф, молчавший все время, вдруг заговорил, и голос его звучал более серьезно, чем раньше.

— А теперь мне хотелось бы сказать вам о другом, Вэл.

Валерия догадалась, что речь пойдет о них обоих и что она не должна этого допустить. Но прежде чем девушка успела додумать эту мысль до конца, граф заговорил снова.

— Я думаю, вы знаете, что я чувствую к вам, и поэтому…

— Остановитесь! Вы… все испортите, если прогоните этот очаровательный сон, в котором я живу весь сегодняшний день.

— Я чувствую то же самое!

— Но если мы заговорим об этом, он исчезнет. Сны — как сказочные феи: они не терпят прикосновения человеческих рук. Я не буду вас слушать…

Она закрыла уши руками и отвернулась к окошку кареты. Они подъезжали к гостинице. Ее спутнику уже не оставалось времени сказать то, что он собирался сказать.

Сердце Валерии готово было кричать от боли при мысли о том, что скорее всего она больше никогда не увидит графа. Но она знала, что нельзя пробуждать в нем надежду, как нельзя и позволить ему сказать нечто такое, о чем он впоследствии пожалеет.

Она отняла руки от ушей и услышала, как граф сказал:

— Я тоже не хочу разрушить то ощущение совершенства, какое испытываю от нашего сегодняшнего дня, проведенного вместе с вами. Пообедайте со мной завтра. Я уверен, что смогу показать вам здесь еще много интересного, и конечно, есть еще много вещей, о которых мы могли бы поговорить.

Валерия замерла. Если быть честной, она должна бы сказать ему, что завтра их с Тони здесь уже не будет. Но зачем? Как она объяснит, почему они должны уехать? Граф не должен догадаться, что она не та, за кого себя выдает. Она вздохнула с облегчением, когда лошади остановились у входа в гостиницу.

Как и накануне вечером, граф проводил ее до парадной двери и сказал:

— Завтра я снова зайду за вами в половине первого. И благодарю вас за то, что вы назвали сном.

— Я всегда буду помнить этот день, — ответила Валерия.

— И я тоже, — отозвался граф.

Они стояли, глядя друг на друга, и Валерия чувствовала, что их сердца говорили совсем другие слова, чем те, что произносили их губы.

Граф поцеловал руку девушки, а потом вдруг повернул ее кисть и поцеловал ладонь. Валерия почувствовала, что у нее перехватило дыхание, и огонь охватил на мгновение все ее существо. Он отпустил ее руку и отворил перед ней дверь.

— Я подожду у фонтана, чтобы убедиться, что вы в безопасности.

Она улыбнулась ему и, боясь выдать свои чувства, поспешила войти в гостиницу. Портье равнодушно вручил Валерии ключ от номера, и она побежала вверх по лестнице.

«Мы должны расстаться… Но как я смогу расстаться с ним?» — спрашивала она себя.

Еще ни разу в жизни ей не приходилось принимать такое трудное решение.

Валерия отперла дверь в спальню. К ее удивлению, на этот раз лампа не была зажжена, шторы не задернуты и дверь на балкон открыта. Она сняла шляпу, бросила ее на кровать и подошла к окну.

В это время из угла темной комнаты показалось нечто большое, темное и угрожающее.

Валерия помертвела от страха. Потом, узнав того, кто стоял перед ней, она пронзительно закричала.

Рамон де Савен медленно отошел от парадного входа в гостиницу и, завернув за угол, двинулся по газону. Он оказался в саду и вновь направился к фонтану, окруженному цветами. Если в солнечном свете струи воды переливались всеми цветами радуги, сейчас, при свете звезд, они казались серебряными. Это было красиво и необыкновенно романтично. Впервые в жизни граф мысленно посылал свое пожелание спокойной ночи женщине, которая стала вдруг так дорога ему. Стоя у фонтана, он ждал, когда Валерия помашет ему рукой.

И тут он услышал крик. Сначала Рамон подумал, что это ему только показалось, но крик повторился, и граф, не раздумывая, стремглав бросился обратно в гостиницу. Не обращая внимания на портье, он помчался вверх по лестнице, благодаря судьбу за то, что знал, где ее номер. Открыв дверь, граф при свете звезд увидел, что там случилось. Какой-то мужчина повалил Валерию на кровать и пытался подмять ее под себя, а она отчаянно сопротивлялась и звала на помощь.

Де Савен бросился вперед, схватил испанца (это был он) за шиворот и вытащил на балкон. Застигнутый врасплох, тот ругался и грозил. Сообразив, что сейчас произойдет, он истошно завопил, но было поздно. Рамон сбросил незваного гостя с балкона.

Тот упал на лужайку в саду, с небольшой высоты, потолки в гостиничных номерах были низкими. Барон ушибся, но не сломал ни рук, ни ног. Какое-то мгновение он лежал, распростершись на земле, потом, изрыгая проклятия на своем языке, с трудом встал на ноги.

Граф, не дожидаясь, когда он уйдет, вернулся в спальню, где сидела на кровати Валерия.

В ее глазах застыло выражение ужаса, волосы рассыпались по плечам. Он протянул к ней руки, и она, дрожа, прижалась к нему.

— Вы спасли меня… вы спасли меня… Что сталось бы, если бы вас здесь не было?..

Девушка была так напугана, что незаметно для себя заговорила по-английски. Прижимая ее к себе, граф ответил на том же языке:

— Все хорошо, моя дорогая. Он больше не потревожит вас, а я буду вас защищать.

Хотя Валерия еще не совсем оправилась от пережитого потрясения, она сообразила, что он говорит с ней на ее родном языке.

— Так вы… говорите по-английски? — спросила она изумленно.

— Конечно, — отвечал он. — И, возможно, что так вы лучше поймете меня: это никогда не повторится, я вам обещаю!

Валерия с удивлением слушала его. И тут граф, словно не в силах бороться с собой и далее, неожиданно наклонился над ней и коснулся губами ее губ. Она вздрогнула всем телом и закрыла глаза. Рамон целовал ее нежно, словно боялся снова испугать. Для Валерии же в это мгновение словно стал явью счастливый сон, каким казался ей этот день. Рамон словно подарил ей все звезды с неба. Она никогда еще ни с кем не целовалась и не знала, что это может вызвать такие удивительные ощущения. Это было состояние экстаза, когда мысли исчезают и остаются только чувства.