Чувства наизнанку - Даша Коэн

— Да уж, — пожала я плечами.

— А ты тут какими судьбами? — нарисовал парень окружность в воздухе.

— Я тут работаю. В «Лабра».

— Ничоси! — присвистнул, — А меня туда не взяли. Но зато приняли в «Цитадель».

— Ого!

— Спасибо! Сам очень рад, с понедельника тут тружусь. Слушай, а ты на обед?

— На обед, — кивнула я.

— Может быть составим друг другу компанию, если ты не против, — и Дима впился в меня выжидательным взглядом, пока я молча смотрела на него, прикусив губу.

Леонков был хорошим парнем, вот только…он был моим бывшим. Так что…

— Тань, да брось, просто обед. Ну что ты?

— Ну хорошо, — кивнула я и улыбнулась ему.

— Отлично! Предлагаю новое местечко тут, сразу через дорогу. Ты как?

— Я не против, — снова как китайский болванчик затрясла я головой.

А затем лифт остановился, и мы все-таки вышли в холл, а дальше двинули в оговоренный ресторанчик. По дороге Дима по своему обыкновению болтал без остановки, а я еще раз вспомнила почему мы расстались. Он был славным парнем, но уж слишком самовлюбленным, зацикленным на своей внешности и мускулах, над которыми работал каждый божий день.

Мы познакомились с Леонковым, когда я была на первом курсе, а он на третьем. Видный парень, гордость института и мечта многих девчонок. Что он во мне нашел? Даже не знаю. Но Дима целый год ухаживал за мной, а я морозилась. И только когда душевные раны, нанесенные мне Кеном, окончательно затянулись, я позволила себе жить и дышать полной грудью.

Но и на этот раз я промахнулась. И слишком поздно поняла, что не люблю Диму. Рядом с ним мое сердце не замирало, а кровь не бурлила по венам. И от его прикосновений я не загоралась ярким факелом и даже не тлела жалким угольком. По нулям. Глухо как в танке.

Да и Дима меня тоже не любил. Он любил только себя, свои мускулы, свое лицо и свою популярность у противоположного пола.

И пока я ходила с ним на свидания, держась за ручку и целомудренно целуясь, сам Леонков успевал жить на полную катушку и ни в чем себе не отказывать, если вы понимаете, о чем я.

Я подслушала, как девочки судачат про моего парня в раздевалке, обсуждая то, что я, фригидная корова, не даю ему и он скоро меня бросит ради одной из них. Это и стало катализатором.

Я тогда выдохнула, а Леонков решил, что у меня приступ небывалой ревности.

В последний наш вечер я хотела порвать с ним, а он перейти на новый уровень.

— Между нами все, Дим.

— Что начинаешь? Будешь верить серой массе, а не мне, да?

— Дело не в тебе, дело во мне, — закусила я губу, видя его недовольство.

— Серьезно? Капец, ты дура, Таня. Сломаешь год отношений и из-за чего? Из-за того, что я пару раз на стороне спустил пар? Ну и что? Я тебя люблю! И я уважаю твое желание остаться чистой до свадьбы. А я мужик и у меня тоже есть определенные желания, знаешь ли! Но это не значит, что я не предан тебе, черт возьми!

— Дима, перестань, — прикрыла я лицо ладонями, устав слушать эту откровенную дичь.

— Таня, очнись! Они для меня просто телки. Трахнул и забыл! А ты — мое будущее! Видишь разницу?

— Вижу, — подняла я на него глаза, — ты уже заготовил мне место в своей жизни, но я не хочу его занимать. Я тебя не люблю. Точка!

Еще год Дима не давал мне жизни. Все вернуть пытался, даже клялся, что больше никогда не будет изменять. А я так устала от него, что просто хотела пожить без этого навязчивого к себе внимания. И он отстал, а я весь последний курс института ходила, шарахаясь от парней, как от прокаженных.

И вот он опять рядом. Красивый, высокий, мускулистый, мечта любой девушки и снова мне улыбается. А я рядом с ним холодная и безучастная.

Вот только все меняется, когда мы наконец-то входим в ресторан и занимаем столик у окна.

Отчетливое ощущение чьего-то пристального взгляда. Кручу головой и замираю на мгновение, сталкиваясь со стальными глазами своего начальника.

Он здесь. Сидит в компании нескольких мужчин на втором этаже заведения и смотрит на меня снизу вверх. Смотрит так, как будто бы хочет придушить голыми руками.

И что же я делаю, спросите вы?

Конечно, улыбаюсь Диме во все свои тридцать два зуба, а потом смеюсь над очередной несмешной шуткой.

Вот вам, Марк Гадович, получите и распишитесь — я могу быть не просто «галочкой», ко мне могут относиться серьезно и даже очень! И мое прошлое тому прямое доказательство.