Девушка за спиной - Илья Казаков

Максим был человеком влюбчивым. И легким на подъем, как большинство давно разведенных мужчин творческой профессии.

Он писал стихи. Был профессиональным поэтом. Кстати, неплохо зарабатывая на этом.

Стихи были великолепные. И не только про любовь.

У него хватало не только друзей, но и поклонниц. Все они были похожи – успешные, средних лет и перманентно одинокие.

И вдруг появилась та, что была ни на кого не похожа. Начала писать стихи – на его сайте. Хорошие, нежные.

Когда Максим понял, что стихи ему нравятся и он ждет с возрастающим интересом каждого нового, она пригласила его на свидание. У театра Вахтангова, в восемь вечера.

Поэты – люди преимущественно ленивые. Ухаживание за собой воспринимают как нечто должное. И всегда готовы к встрече с музой.

Была осень, и моросил дождик. Не то чтобы сильно, а так, по-мерзкому.

Максим по привычке немного опоздал. Минут на десять. А у театра никого не было. Арбат вообще был удивительно пуст для раннего вечера. Он стоял, смотрел, как у лотка с книгами из разряда «всё по пятьдесят рублей» что-то ищет существо непонятного пола и возраста, больше похожее на гриб, чем на человека.

Потом обернулся назад. Никого не было.

Следовало бы позвонить музе, но он почему-то оттягивал этот момент. Подошел к книгам, стал их разглядывать. Сосредоточиться не получалось.

Мысли были только о женщине, которая не пришла. Ему показалось, что все ее стихи были наполнены такой влюбленностью в него, что он сам уже почти влюбился. И от того, что она обманула и не пришла, влюбленность ощущалась острее.

Наконец он решился и набрал ее номер, который она написала ему, когда они договорились о встрече.

И тут раздался звонок. Обычная мелодия «Нокии».

Гриб зашевелился, посмотрел на него и сказал:

– Давай-давай проверяй. Да, это я.

Максим хотел сбежать, но он был джентльмен. Поэтому остался, лихорадочно ища выход.

От нараставшего ужаса он начал что-то очень бурно говорить, размахивая руками. Чтобы только не было тишины. И чтобы она ничего не успела сказать. Предложил зайти в кафе. Там еще на пороге заказал бутылку вина – и выпил ее за пять минут. Она смотрела на него, гипнотизируя. Сказала:

– А что мне не налил?

Принесли вторую.

И тут Максиму позвонила старая знакомая. Красивая успешная дама, которая в тот вечер открывала свой бар. Сказала: приезжай, отметим без публики, будут только свои.

– Подруга звонила, – сказал он, упорно глядя только перед собой. – Сегодня у нее открывается ресторан.

– Что, – сказал гриб, буравя поэта цепким взглядом, – сейчас бросишь меня и сбежишь?

– Можем поехать вместе, – сказал он и сам офонарел от этих слов.

Бар был в самом центре Москвы. Публика соответствовала месту. Луи Виттон, Прада, Биркин – все как полагается.

Максим расцеловался с хозяйкой.

– Я хотела тебя со своей подругой познакомить, – сказала она и вдруг увидела, что он не один.

Гриб был рядом. В шляпке, которая соответствовала этому месту так же, как дворник-таджик клубу «Zelo’s» в Монако.

– Это… – сказал Максим, переминаясь с ноги на ногу. – Это…

– Марина, – сказал гриб, с ненавистью глядя на подругу, с которой хотели познакомить поэта.

Длинноногую, хорошо одетую. С длинными ухоженными волосами.

– Марина тоже пишет стихи, – сказал поэт.

– А… – безразлично сказала хозяйка.