Навязанная жена короля драконов - Дана Кор

Представитель клана? Истинная пара? Да что он, ради всего святого, несет⁈

Он думает, я тут напоказ мартовскую кошку из себя изображаю что ли? Ну, класс…

— Это не игра, — выдавливаю я кое-как. — Я… мне плохо.

«Да! Ну же! Сделай мне хорошо!» — подначивает внутренний голос. Или это либидо? Фиг их разберешь.

Кайрос окидывает меня таким внимательным взглядом, что у меня аж пульс заходится. Да ешкин кот! Он делает шаг ближе, и я невольно вжимаюсь в стену, чтобы ненароком не наброситься на этого мужика.

А ему хоть бы хны! Все блуждает и блуждает своими этими глазищами, задерживаясь на моих пылающих щеках, на тяжёлом дыхании, на том, как я нервно тереблю подол.

Мне прекрасно известно, как это выглядит со стороны. Словно я специально строю из себя жертву-соблазнительницу. Но, чёрт возьми, я не Лиарель! Я Саша, и я понятия не имею, как справляться с этой безумной тягой ее тела к этому мужчине.

— Плохо? — он выгибает бровь, не скрывая сарказма. — Что-нибудь пооригинальнее придумать времени не хватило? Чему только тебя соклановцы учили. А ведь говорили, что самая сообразительная девица на выданье. Кого мне только Лунные Богини в жены подослали…

Он еще и поиздеваться решил⁈

— Ты, знаешь ли, тоже не подарок! — выпаливаю я, и злость на миг перебивает жар в теле. — Постоянно обвиняешь меня в чем-то. Ведешь себя, как последний… — хочу сказать «кобель», но вовремя осекаюсь, потому что мыслями уношусь в горизонтальную плоскость, где представляю похождения своего супруга. А от этого в моем состоянии только хуже. — В общем — из тебя очень плохой муж! О каком уважении может идти речь, если ты даже не приставил ко мне стражу? Кто-то… что-то подмешал в мой напиток!

Его лицо меняется. Сарказм исчезает, сменяясь чем-то другим — то ли удивлением, то ли подозрением. Он делает ещё шаг, теперь Кайрос совсем близко, и я чувствую тепло его тела, даже не касаясь его. Приехали… Ну только этого мне не хватало.

Чур меня, чур!

— Подмешал? — переспрашивает он, притом таким тоном, опасным, ледяным. — И кто, по-твоему, посмел бы?

— Откуда мне знать? — почти кричу в ответ. — Может, приспешники твоей драгоценной Афелии, которым выгодно нас окончательно рассорить? Может, я вообще скоро умру?

Его глаза темнеют, и я вижу, как его челюсть напрягается. Король явно злится, но я не могу остановиться. Злость — единственное, что помогает мне держаться и не броситься к нему, умоляя… о чём? Я даже думать об этом не хочу.

— Следи за языком, Лиарель. Вызовем лекоря и если это правда, то я разберусь и…

Он замолкает, и я вдруг замечаю, как его взгляд скользит ниже, к моим губам, к шее, к груди, которая вздымается слишком часто под тонкой тканью.

— Кайрос, — шепчу я, и мой голос звучит умоляюще. — Помоги мне. Пожалуйста.

Нет! Нееет! Я правда это сказала? С другой стороны, может он что-то придумает. Магия и все дела? Я-то в этом точно нуб.

Король едва слышно цокает.

— От тебя исходит странный запах, — выдает он, и мне делается неловко. Он что, намекает что я… неприятно пахну?

— Слушай, с душем у вас проблемы!

— Жар? Учащенное сердцебиение?

Киваю. Как он угадал?

— Это зелье любви.

— Любви? — каждое новое слово дается мне тяжелее предыдущего.

— Так его в народе называется. Средство для повышения… Кхм, в общем-то говоря, его используют, чтобы… легче было зачать.

— Афродизиак? — неужели я была права? Офигеть. И кому понадобилось меня возбуждать. Кайрос округляет глаза, явно не понимая, о чем я, приходится добавить. — Как мне избавиться от этого чувства? Нужно выпить какое-то зелье? Или… что нужно сделать? Я не хочу… мне… фух… тяжело, короче.

— Есть только один выход, но не уверен, что тебе… и мне он понравится.

— Говори! Я на все согласна…

— Тогда, — он кивком показывает на ширму. — Возьми мою рубашку и переоденься.

— Зачем?

— Ну… — усмехнувшись, он отводит взгляд. — Так будет проще снимать заклятие.

11

Сбрасываю платье за ширмой, оно падает на пол с тихим шорохом, и холодный воздух касается кожи. Правда вместо облегчения, мне делается еще хуже. Я — спичка, которую чиркнули о чертову коробку. Бац. И все горит. Каждый волосок дыбом. Проклятье.

Поворачиваю голову, заметив рубашку Кайроса. Она висит на краю ширмы: белая, мягкая, с едва уловимым запахом его кожи — терпким, с нотами чего-то резкого, как морской ветер. Я беру её, ткань скользит по пальцам, прохладная, но от одного этого прикосновения меня будто током прошибает.

Господи, отключите кто-то уже это зелье…

Хорошо еще, что его рубашка длинная, и на мне смотрится как короткое платье: прикрывает бедра.

Выхожу в комнату, кусаю губы, и стараюсь не думать ни о чем. Выключить мозг. Утешаю себя. Сейчас король что-то сделает и мне полегчает. Заклинание или что он там умеет? Уверена, силенок у него хватит.

Кайрос подходит ко мне, несколько долгих секунд внимательно смотрит, будто ждет какой-то реакции. А я не могу — готова уже на колени опуститься и молить его, чтобы скорее там магию свою в дело пускал.

Поэтому когда он вдруг рывком притягивает меня к себе, а пальцы скользят по моей талии вниз, у меня едва голова не начинает кружиться от передоза удовольствия.

Предательский тихий стон срывается с моих губ, хотя умом я понимаю — это неправильно. Ни то, что я позволяю королю, ни то, что вообще еще не дала ему пощечину.

— Тише, — шепчет он, так сладко, упоительно, что я его убить готова. — Не дёргайся. Я сделаю это всего раз, и тебя отпустит.

Кайрос медленно и в то же время, для меня мучительно, скользит по моему бедру рукой. Я зажмуриваюсь, пытаясь отгородиться от происходящего, но это бесполезно. Его пальцы находят край рубашки, задирая ее и обнажая кожу. Холодный воздух касается бёдер, но жар внутри меня только усиливается.

— Кайрос… — я не знаю, умоляю его остановиться или продолжать.

Тем временем, король уже молча скользит рукой к внутренней стороне бедра, и я невольно раздвигаю ноги, поддаваясь этому безумному импульсу. Закидываю голову, закусываю губу, чтобы не издать ни стона удовольствия. И