Навязанная жена короля драконов - Дана Кор

Навязанная жена короля драконов

Дана Кор, София Райс

1

Вода смыкается надо мной, холодная и беспощадная. Она тянет вниз, обволакивает, словно хочет проглотить целиком. Я бью руками, пытаюсь вырваться на поверхность, но легкие уже горят, а перед глазами пляшут черные пятна. Сердце колотится так, будто вот-вот разорвется. Это конец? Неужели я сейчас умру?

Мысли путаются, и почти прощаюсь с жизнью, как вдруг чья-то сильная рука хватает меня за запястье. Рывок — и я вылетаю на поверхность, жадно хватая ртом воздух.

Кашель разрывает горло, ощущение, что воздуха все еще не хватает. Но я жива. Самое главное. Фух!

Мокрые волосы липнут к лицу, одежда тяжелеет от воды. Вот угораздило же свалиться в пруд. Только…почему одежды на мне так много? И… опускаю взгляд — что это вообще на мне одето?

— Надо позвать лекаря, — врывается чей-то женский голос, заставляющий меня поднять голову.

Вокруг люди. Много людей. Они смотрят на меня, испуганно так, словно приведение увидели, перешептываются, а их одежда… она такая же странная, как и моя. Не поняла. Что за прикол?

Мужчины в длинных сюртуках, женщины в платьях с пышными юбками, будто из старого фильма про восемнадцатый век.

Я моргаю, пытаясь понять, не мерещится ли мне это. Может, я ударилась головой? А может это сон? Или… может в этом месте снимают новый сериал? Я вполне могла пропустить эту новость за бесконечными заданиями в офисе.

— Вы в порядке, госпожа? — спрашивает мужчина с хвостом на голове, наклоняясь ближе. Его голос звучит обеспокоенно, но в глазах мелькает что-то еще — нетерпение?

— Госпожа, время поджимает! — вмешивается женщина в строгом сером платье. — Надо ее переодеть, скорее!

— Король ждет! — подхватывает другой голос.

Какой король? О чем они вообще? Или это чья-то кличка?

— Простите… — лепечу я, часто хлопая ресницами.

А они и не слушают, только подхватывают под руки меня и буквально тащат куда-то. Всей толпой.

— Погодите, что… что происходит? — мой голос хриплый, слова с трудом вырываются из горла. Я пытаюсь вырваться, но хватка у этих товарищей, скажу я вам, железобетонная. — Что происходит? Я вызову полицию! Я буду кричать! Да я вообще блогер! Накатаю про вас пост и вы… Эй! А ну опустите! Руки! Да как вам не стыдно!

— Видимо переживает, — переговариваются они между собой.

— Да это нормально, первый раз все-таки, я тоже переживала. Тем более король-то наш — красавчик!

— Алё! Какой король?

Никто мне, конечно, не отвечает. Они только переглядываются, и улыбки свои показывают дурацкие, словно все нормально, это я дурочка.

Пока меня тащат, словно мешок картошки, пытаюсь четко восстановить в голове картинку десяти минут назад.

Я стояла у пруда напротив офиса. Обычный день, куча заданий, совещания, после обеденный перерыв. Я смотрела на воду пруда, напротив нашего здания, а потом… кто-то толкнул меня? Или я сама поскользнулась? Пруд был мелкий, я точно знаю, но почему тогда я чуть не утонула? И почему теперь я здесь, среди этих странных людей?

Мамочки…

— Это сон, — бормочу я себе под нос, пока меня ведут по мощеной дорожке к огромному зданию, похожему на дворец. — Это точно сон.

Но все слишком реально. Камни под ногами, запах сырости от моей одежды, шелест юбок женщин рядом. Я щипаю себя за руку, и боль такая резкая, что я шиплю. Не сон. Или очень убедительный.

Меня заводят в какую-то комнату, полную зеркал и шелковых тканей. Несколько женщин тут же начинают суетиться вокруг, стягивая с меня мокрую одежду. Я пытаюсь сопротивляться, но они только цокают языками и продолжают свое дело. Через несколько минут я уже стою в сухом платье — тяжелом, с кучей нижних юбок и тугим корсетом, который сдавливает ребра. Я едва дышу, а они, кажется, довольны.

— Вы справитесь, госпожа! — говорит одна из них, поправляя мне волосы.

— Удачи вам! — добавляет другая, с улыбкой, которая кажется мне слишком многозначительной.

— Пусть будет много деток! — хихикает третья, и я замираю.

— Деток? — переспрашиваю я, но меня уже толкают к двери. — Погодите, о чем вы вообще?

Остановите кто-нибудь этот цирк! Или разбудите меня? Черт, а если сильно зажмурится, может тогда я проснусь? Пробую. Блин, нифига. Капец… полный капец. Что присходит-то?

— Какие дети? Вы…

Вместе пояснений, меня проталкивают в какой-то коридор. Мы успеваем сделать несколько шагов, как останавливаемся у какой-то двери, где стоят еще человек десять.

Двери распахиваются, меня заводят в огромный зал.

— Лепестки роз? — вслух шепчу, переступая по ним босыми ногами.

Все вокруг кричит о роскоши, но я не успеваю толком рассмотреть детали — меня ведут дальше, к еще одним дверям. Они массивные, украшены резьбой, и от одного их вида у меня мурашки по коже. Что-то подсказывает, я серьезно влипла.

— Король ждет, — шепчет кто-то за моей спиной, и двери распахиваются.

— К…король? — уже совсем неуверенно лепечу я.

Вхожу. Сердце замирает, дыхание перехватывает.

В центре комнаты стоит молодой мужчина. Высокий, широкоплечий, с темными волосами, небрежно падающими на лоб. Красивый, конечно, но выглядит он… мягко скажем не особо дружелюбно.

Тем временем двери за моей спиной захлопываются и в этот момент, незнакомец скидывает с себя одежды оставшись в одних белых, судя по всему, спальных, брюках. Его тело атлетичное, словно высеченное из камня: широкие плечи, рельефные мышцы груди и живота, руки, в которых чувствуется сила, но без излишней громоздкости. Кожа слегка блестит в свете свечей, подчеркивая каждый изгиб. Он словно сошел со страниц журналов, настолько в нем все — идеально.

Его взгляд тяжелый, почти суровый, останавливается на мне.

— Раздевайся, — приказным тоном говорит мужчина. — Пришло время ублажить короля.

2

Какого…

Фраза этого мужика оглушает сильнее, чем громкий рык из какого-то колокола. Я застываю, не в силах пошевелиться, пока он, этот идеально сложенный самец, небрежно касается пояса брюк, единственной одежды, что осталась на нем, в стремлении избавиться и от них.

Мои глаза невольно скользят по его телу, задерживаясь на каждом изгибе, каждом напряженном мускуле. Черт, он великолепен, как древняя статуя, высеченная мастером, который знал толк в мужской красоте. Но этот факт не отменяет