Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох

Следующим в круге сидел тот красавчик с щегольскими усиками, широкими плечами и тонкой талией. Спорить мог, вслед за ним тянется море девичьих слёз. Звали его, дай вспомнить… А, не важно, прозвание у него было Барон. Потому как замашки навроде как с претензией. Может, и правда, чей ублюдок, кто ж разберёт? Кушать то хочется, а коль смог он себя продать наёмником, то тут никто его не осудит. Этот сосредоточился на игре. Меч у него был добротный, без изысков, «бастард», как и он. Потом сидел Чареф Осифир по прозванию «Коса», пересиец. С темной загорелой кожей, что вся была исчерчена татуировками. Даже на щеках. На голове — коса до середины спины. С Внешних островов он. Положил возле себя свое оружие: две небольших вроде как косы, что ли. Видел ты? Наверное, нет. Там то на островах то — обычное дело, а у нас в диковину. Драться ими неудобно, коль не знаешь, как. Сидел, скрестив ноги в легких холщевых туфлях. Сапог не носил, по своему обычаю. Сидел, смотрел за игрой. Сам не играл. Ещё сидел рыжий Северянин. Крепкий, тучный, но я б не сказал, что слабый противник. Скорее под слоем жира у него мощное тело. У того оружие самое обычное. Меч да пара ножей за поясом.

Последним в этой пятерке был Силей Карнет «Святой отец». Большой, широкий в пузе человечище, постоянно читающий Святую книгу, и выдержки из неё всем повторяющий. Этот тоже не играл, но препятствовать не стал, полулежал у фонаря, при неверном свете перелистывая потрепанные страницы. Оружия по нём я не заметил, но наверняка, тоже с изюминкой человек.

Это я себе отмечал попутно, как и то, что Асмир средь них авторитетом пользовался абсолютным. Как видишь, компания подобралась разношёрстная. И средь них мы с Яргитом. Как два мышонка средь котов.

Шлепали картами поначалу в тишине, потом незаметно разговорились. Говорил, в основном, Кот. Остальные по разным причинам молчали. Коса и вовсе, казалось, не разговаривал никогда. Северянин молчал, потому что проигрывал. Святой отец отвечал витиевато, вплетая цитаты из Святой книги, потому к нему Кот старался не обращаться. У Яргита создалось впечатление, что он говорил, обращаясь к нему. О чём мне было сообщено незамедлительно, как я поднялся.

— Дождь-то какой, а! Льет и льет, — сетовал Кот. — Дорогу размоет, одна слякоть. И гроза! Прогневили Многоликого!

— Бог есть терпение и благость, его нельзя прогневить, — ответствовал Святой отец. — Сие происки диавола. Его цель — мешать добрым людям. Вот и шлёт бесов.

Опять дьявол. Их послушать, так во всех бедах дьявол виноват.

— Выходят на охоту за душами человеческими.

— Бесы! — Фыркнул Кот. — В такую погоду и охотиться не за кем, все дома сидят. Даже путников на дорогах и тех, поди, смыло, — Барон улыбнулся шутке, шлепнул картой в пол. Кот ответил.

— Завтра дальше тронемся, — зевнул Кот. — Зачем Хаф согласился на эту авантюру, не мыслю. Ехать на другой край земли.

— Деньги, деньги, — закивал Коса, щуря свои и без того узкие пересийские глаза. — Много!

— Денег много, — согласился Кот. — Да стоят они того или нет? Неспокойно на побережье. Дикари там набегами, я слышал, гонят людей в рабство.

— Тебе-то чего бояться? — Лениво спросил Барон. — Неужто дашься?

— Не-е, — Кот прищурился. — Это вряд ли. Магиков наших жалко, ежели не убережём.

— Чего их жалеть? — Отозвался снова Барон. — Сами туда рвутся. Знают, на что идут.

— И то верно, — Кот сбросил с рук все карты. — Все. — Повернулся к Яргиту. — Эй, крысюк, иди к нам.

Яргит сглотнул. Испугался.

— Почему крысюк? — Спросил он, стараясь совладать с дрожащим голосом. — Меня Яргит зовут.

— Потому, говорят, в норы лазаешь, — хохотнул Кот. — Как крыса. Потому кто ты есть? Крысюк.

Молодцы заулыбались, Яргит привстал на своем ложе. Закрепилась кличка.

— Я не крыса. Счастливчик Мавельс меня в вашем круге кличут, может, слышали.

— Как не слышать, — протянул Кот. — Слыхали. Тебя поэтому богатей с собой взял? Удачу приманивать? — Филин фыркнул. — Только мы-то в удачу не верим. А уж тебя и вовсе в первый раз видим. Кто ты? Соплежуй, как и наши магики. Крысюк.

— Не смей, — тихо сказал Яргит. То-то я слушал снизу, ещё не поднявшись. И подумалось мне, что надо б спасать приятеля, пока его прямо там не порешили. И полез подниматься.

— А если посмею тогда что? — Спокойно спросил Кот, прямо глядя в лицо. Подельники его улыбаясь смотрели на Яргита, ожидая скорой развязки. По всему, развлечься решили, а он дурак, повелся на провокацию.

— Ничего, — Хмуро ответил Яргит. — Детей своих крысюками звать будешь.

— Ой ты! — Расхохотался Кот. — Экий грозный червяк у нас здесь. Страшно!

Лестница нещадно скрипела, я уж почти поднялся. Асмировы люди отвлеклись от Яргита на меня, тот вздохнул с облегчением. Чего хочет? Драки? Видно ж и так, что Яргит Коту не ровня. Да и драться не умел вовсе. Кот переключился на новую цель.

— Эвон, смотрите-ка кто здесь к нам прибыл! Подтирка магикова, а я уж думал — человек. Хотел спросить в карты сыграть с нами.

Барон и Северянин оглянулись на меня.

— Я не играю, — отозвался я. Уж думал, по чести, что драки не миновать, а раскрываться мне было нежелательно. Потому для Яргита, пожалуй, тут новость неважная. Я думал, коль захотят сунуть по роже раз, то пожалуй, стерплю.

— А тебя и не просят, — хихикнул Кот — Сказано ж, человека попросил бы, а ты ж подтирка. С тобой играть не буду.

Я натянул улыбку на лицо, прошел к приятелю. Сел на сенной ком, начал стаскивать сапоги. Кот масляно посмотрел на нас, потом с легким разочарованием вздохнул.

— Скука.

Яргит повернулся ко мне, тихо, чтоб более никто не слышал, спросил.

— Чего так долго?

— Ждал, пока улягутся, — так же тихо отозвался я. — Все споры ведут, господа ученые.

— Эти тут чуть не сожрали меня, — пожаловался Яргит. — Скука их гложет.

— Не сожрали же, — проговорил я, расстилая для себя одеяло. — Погоди, недолго осталось.

— До чего? — Не понял Мавельс,