В объятиях тирана - Валентина Кострова

— Твоя соседка где?

— В командировке.

— Ясно. Оставайся дома, отлеживайся. Если будет плохо, звони мне, я вызову своего врача к тебе.

— Не нужно. Я буду тихонько лежать, попивать чай. Вы же дали команду, — гримасничает, ерничает. Я устало вздыхаю. Вот упрямая девчонка!

— Инна, прекращай! — рыкаю, взбесившись от ее поведения. — Просто послушайся меня без вот этого зубоскальства!

— Ладно, прекращаю, — примирительно выставляет ладони перед собой.

— Я вечером приду, покормлю тебя.

— О-о-о! Крутец!

— Включи телефон на звук.

— Угу, — кивает.

Я не дожидаюсь, когда она возьмет мобильный в руки. Сам включаю звуковой режим, кладу трубку на тумбочку. Инна сползает на подушки, натягивает на себя одеяло. Ей не стоило этого делать, но похоже ее знобит, отчего и кутается. Подхожу к кровати, нагибаюсь и целую в разгоряченный лоб. Сладкая до невозможности. И даже в таком растрепанном состоянии она для меня очаровательна.

— Я вечером приду.

— Угу.

(Инна)

Оказывается, чтобы попасть при жизни в рай, нужно банально заболеть. Грозный босс по щелчку превращается в очаровательную милашку, заботливую наседку.

Укол, сделанный Тахировичем, действует. Не чувствую себя взмокшей мышью, а ртутный градусник показывает, что помирать мне еще рано. Я по расписанной схеме от Марата принимаю привезенные им лекарства. Фармацевты обогатились. Многое лично не стала бы брать, но раз больничный банкет за чужой счет, так уж и быть, полечусь.

Сплю в свое удовольствие. Просыпаясь, пью ромашку и чай. Остывшие. Есть совсем не хочется, оно и хорошо, похудею. Почувствовав себя лучше, залезаю на просторы интернета. Спрашиваю всезнающего гугла, кто такой Шароев. Раньше совсем не было любопытно, а тут внезапно стала интересна родословная моего мучителя. Ничего необычного не узнаю. Шароев вырос в состоятельной семье, где деньги куры не клюют. С детства товарищ не знал отказа ни в чем, поэтому у того нет понимания личных границ у других людей.

Потом меня заносит на порно сайты. Скачу по разным темам. Начиная от петтинга, заканчивая групповушкой. После всех просмотренных роликов я понимаю, насколько наивна и чиста. Почитав комментарии, осознала, насколько мужики зациклены на сексе. Маратик точно из отряда тех, кто живет инстинктами ниже пояса. Размышляя на фоне сладких стонов какой-то грудастой блондинки, я постепенно засыпаю.

Чувствую, кто-то ласково гладит костяшками по щеке. Морщусь. Щекотно. По мне будто бабочка ползает с раскрытыми крыльями. А еще вкусно пахнет. Настолько вкусно, что желудок громко начинает урчать. Есть хочу. Открываю глаза, сонно жмурюсь.

Рядом Марат. Сидит в одной рубашке с закатанными рукавами. Именно он гладил меня по щеке костяшками. Бабочка с крылышками, блин…

— Обучалась? — кивает в сторону светящегося монитора ноутбука.

Щурюсь, смотрю на экран. Там, какая-та девица, смачно причмокивая, кому-то отсасывала. Боже! Маратик, наверное, подумал, что я тут онлайн обучалась горловому минету. Я гордо задираю подбородок, поджимая губки. Знание — свет.

Шароев хмыкает, не настаивает на продолжение беседы. Поднимает с пола поднос и ставит на кровать. Я принюхиваюсь. Рот наполняется слюнями. Меня кормят с ложечки как тяжелобольную. Не протестую, знаю, что бесполезно. Нет-нет да встречаемся глазами. Мурашки по всему телу от его глубокого таинственного взгляда. То и дело ненароком натыкаюсь на его губы. Сразу вспоминанию жадные поцелуи. Сглатываю. Ложка в его руке вздрагивает. Вскидываю взгляд на Тахировича. Он наоборот опускает свои бесстыдные глаза.

— Как ты себя чувствуешь?

— Нормально.

— Завтра сможешь выйти на работу?

— Смотря, что я буду делать на работе…

— Свои прямые обязанности. Я не трону тебя.

— Чей-то? — усмехаюсь. Если иронизирую, значит, не сдохла. — Порвешь меня вновь на британский флаг?

Марат складывает посуду на подносе, поднос опускает на пол. По нему не скажешь, что мое ехидство доходит до адресата. Сидит ко мне вполоборота. Нога на ноге. Весь на стиле. Элегантный до мозга костей. Его можно смело приглашать на рекламу для глянцевых журналов или для роликов в социальных ролях. Молчаливый красавец. Правда, молчание хранит недолго. Но лучше бы рот не открывал.

— Я тут подумал.… У меня к тебе одно предложение: переезжай ко мне.

Давлю смех. Хохотать в голос перед Маратовичем не положено. Прибьет. Не поймет приступ моего веселья. Он в своем уме? Что за у него такие экзотические тараканы в голове? Он вообще представляет, как я себя чувствую рядом с ним? Да, я его боюсь до дрожи. Он режет меня без ножа. Вот кто умеет виртуозно причинять боль, не подозревая об этом.

— Я могу отказать? — осторожно, максимально корректно спрашиваю, заискивающе заглядывая в глаза этому ненормальному. Марат хранит секундное молчание.

— Я просто предложил.

— Я по-ду-маюююю! — жеманно тяну гласные буквы.

Интересно насколько меня хватит играть с ним в такие интеллектуальные и нервные игры? С замиранием сердца жду реакции Марата. Он не багреет от злости, не дышит как разъяренный бык. Выглядит вполне нормальным на первый взгляд. Это обманчивое впечатление. И тут этот придурок заставляет меня словить сердечный приступ: улыбается во все свои белоснежные тридцать два винира. Резко встает, хватает свой пиджак, но потом внезапно возвращается ко мне и чмокает в нос. Ясно от чего я выпадаю в осадок?

— Золотце ты мое! Я завтра за тобой заеду на работу.

В полном ахере провожаю взглядом довольно шефа. Что за хрень? С каких это пор я стала золотцем? Я ведь не дала полного согласия. Более того, вряд ли дам. Он ведь умеет понимать между строк? Или не понял? Нужно все четко ему разъяснить. Еще установить время посещений. Мне необходимо быть наедине с собой. Марата слишком много вокруг моей жизни, внутри нее.

23 глава

Марат пообещал заехать, он заезжает в восемь. Ехать по пробкам, поэтому надеюсь к девяти приедем. А то, что будем вместе, дадим пищу для сплетен всей компании, плевать. И шефу, похоже, тоже до фонаря.

В квартиру не ломился, сбросил сообщение, что ждет внизу. Уже хорошо. Я после болезни чувствую себя так себе, но, посмотрев на себя в зеркале, выгляжу вполне нормально. Декоративная косметика творит чудеса. Одежда строго по вкусу Марата, подаренный браслет на запястье. На интуитивном уровне понимаю, что украшение лучше носить демонстративно. И, сев в машину, замечаю, как Шароев смотрит на мои руки. Увидев браслет, довольно цокает языком, протягивает мне бумажный стаканчик. Принюхавшись, понимаю, что там чай с мятой. Заботушка, черт побрал.

В офисе меня ждет аврал. Кажется, здесь нельзя пропускать работу, чтобы потом в ней не закопаться. Я превращаюсь в белку в колесе. Пишу письма, на которые кроме меня никто не может