В поисках Неведомого Бога. Мережковский –мыслитель - Наталья Константиновна Бонецкая

class="p1">В «Иисусе Неизвестном» концепция Воскресения приближается к традиционной, но затемнена велеречивостью и парадоксальностью экзегетического дискурса. Тайна «пустого гроба», по Мережковскому, и доныне остается «неразгаданной», хотя он и исключает «маленькое плутовство» – похищение тела Распятого учениками (см.: Мережковский Д.С. Иисус Неизвестный. М.,1996, с. 612–614). Также и в по смертных явлениях Христа апостолам что-то было, хотя это и недоступно одному «здешнему знанию» (там же, 618). Как и в 1900-е годы, Мережковскому хочется провести «границу между тем, что «кажется», и тем, что есть» (там же, 623). Но все же по поводу явлений Христа Воскресшего, о которых сообщают Евангелия, Мережковский заключает: «Все это было однажды, во времени, и будет всегда, в вечности» (там же, 627).

52

Андрей Белый. Мережковский. Силуэт, с. 6.

53

Андрей Белый. Мережковский, с. 380.

54

См. в изд.: Мережковский Д.С. Л. Толстой и Достоевский… С. 356–357.

55

Там же, с. 356.

56

Дух греческой античности Винкельман сводил к «благородной простоте и спокойному величию». На его взгляд, даже и в «жесточайших страданиях» героя гармония его внутреннего мира не нарушалась и идеальный грек сохранял «великую и уравновешенную душу» (см.: Винкельман И.-И. Избранные произведения и письма. М.; Л., 1935, с. 107). Интересно, что Винкельман, знаток античной скульптуры и живописи, воспитал в себе, по словам Гёте, «языческий образ мыслей». То, что Гёте пишет в своих «Набросках к характеристике Винкельмана», можно было бы отнести и к Мережковскому – с его «отдаленностью от всего христианского мировоззрения», «отвращением к последнему». «К церквам, на которые подразделяется христианская религия, он [Винкельман] был совершенно равнодушен» (там же, 605–606), – равно как и Мережковский, как и сам Гёте..

57

Мережковский Д.С. Акрополь. – Указ, изд, с. 358.

58

Герменевтика Хайдеггера – Гадамера, как и «критика» Мережковского, также является символистской философией. Привлекая столь значимое и для русских символистов (в частности, для Мережковского) суждение из гётевского «Фауста», Гадамер заявляет: «Универсальное наблюдение Гёте: все есть символ, <…> заключает в себе наиболее всеобъемлющую формулировку герменевтической мысли» (см.: ГадамерХ.Г. Актуальность прекрасного, с. 264–265).

59

См. в изд.: Мережковский Д.С. Л. Толстой и Достоевский… С. 537, 550 соотв.

60

Там же, с. 524, 557.

61

Там же, с. 489.

62

Там же, с. 560.

63

Отцы западной герменевтики сближали понятия «герменевтика» и «критика». В интереснейшей работе Хайдеггера «Из диалога о языке: Между японцем и спрашивающим» им сочувственно цитируется введение к лекционному курсу Шлейермахера «Герменевтика и критика в особой связи с Новым Заветом»: «Герменевтика и критика, две филологических дисциплины, две теории искусства, взаимосвязаны, потому что практика каждой из двух предполагает другую. Первая есть вообще искусство правильно понимать речь другого, преимущественно письменную; вторая – искусство правильно оценивать и на основании достаточных свидетельств и данных констатировать подлинность письменных текстов и их частей» [Хайдеггер 1993,278].

64

Мережковский Д.С. О мудром жале // Литературная газета от 17.1.1990, с. 5.

65

Мережковский Д.С. Гоголь и чёрт // Он же. В тихом омуте, с. 275.

66

Мережковский Д.С. Гоголь и чёрт // Он же. В тихом омуте, с. 295.

67

Там же, с. 275.

68

Флоровский Г., протоиерей. Пути русского богословия. Киев, 1991, с. 268, 266 соотв.

69

Гадамер Х.Г. Актуальность прекрасного, с. 109.

70

Хайдеггер М. Исток художественного творения // Зарубежная эстетика и теория литературы XIX–XX вв. Трактаты, статьи, эссе. М., 1987, с. 289.

71

Гадамер Х.Г Актуальность прекрасного, с. 261.

72

Там же, с. 263.

73

Там же, с. 111.

74

Хайдеггер М. Из диалога о языке… С. 278.

75

Там же.

76

Гадамер Х.Г Актуальность прекрасного, с. 111.

77

Бультман Р. Новый Завет и мифология. Проблемы демифологизации новозаветного провозвестия // Вопросы философии, 1992, № 11, с. 112.

78

Там же.

79

Гадамер Х.Г. Актуальность прекрасного, с. 81.

80

Там же, с. 110.

81

Хайдеггер М. Исток художественного творения, с. 312.

82

Лёзов С.В. Теология Рудольфа Бультмана // Вопросы философии, 1992, № 11, с. 75.

83

Гайденко П.П. Прорыв к трансцендентному. М., 1997, с. 347.

84

Гайденко П.П. Прорыв к трансцендентному. М., 1997, с. 350.

85

^Хайдеггер М. Разговор на проселочной дороге. М., 1991, с. 157.

86

Судзуки Дайсецу. Введение в дзэн-буддизм // Сайт www.webbl.ru – бесплатная электронная библиотека, б. г, с. 155, 153.

87

^Гадамер Х.Г. Актуальность прекрасного, с. 126–127.

88

Даже Гадамер признавался, что и его порой вводила в недоумение прихотливая парадоксальность хайдеггеровской мысли. Во «Введении к работе Мартина Хайдеггера «Исток художественного творения»» (1967), обсуждая то представление учителя, в котором «несокрытость» сущего уже предполагает наличие в нем «раскрытое™» (равно как верно и обратное), Гадамер восклицает: «Несомненно, замысловатое отношение». Пристрастие Хайдеггера к подобным как бы тавтологиям также роднит его с мыслью Востока. «И еще более замысловато, – продолжает Гадамер, – то, что именно в этом “здесь”, где показывается сущее, выступает и сокрытость бытия» (см.: Гадамер Х.Г. Актуальность прекрасного, с. 112–113). Если здесь и диалектика, то не гегелевского – рассудочного типа, а присущая описаниям опыта приобщения к «разуму Будды». Для «непросветленного» – того, кто не имеет подобного опыта, «дзэн до смешного неуловим» (Судзуки