Вождь - Алекс Хай

— Даже не думал, — хмыкнул я.

Она впервые посмотрела на меня.

— Это они, Ром, — сказала она. — Белотканники. Я нашла их символы и печати в документах. Они принимали участие в проекте выведения гибридов. И я убеждена, хотя сейчас нет доказательств, что они также работали над проектом смешения склонностей. Полагаю, до сих пор работают. Этот проект должен длиться поколениями, а я была лишь одной из первых.

Я подался вперёд.

— Что удалось выяснить?

— Судя по всему, они вывели гибридов, чтобы те вытеснили тварей. То есть Ноктианцев. — Салине покрутила в руках защитный артефакт. — И взяли твою кровь как одну из основ. В тебе успешно смешались Тень и Блик, День и Ночь. Ты ведь нормально чувствуешь себя на солнце, даже очки не нужны.

— Есть такое.

— Гибриды были выведены как существа, которые должны были уничтожить Ноктианцев, но… Судя по всему, оказались неуправляемы. Ими невозможно командовать. Они способны самоорганизовываться, но человеку неподвластны. И это провал эксперимента. Поэтому его засекретили, поэтому сейчас всячески замалчивают даже на Совете.

— Кто инициировал эксперимент?

Салине покачала головой.

— Об этом данных я не нашла. Но всегда ищи, кому выгодно.

— Много кому, — рассеянно отозвался я. — Тому, кому нужен контроль над Альбигором и дальше.

Контроль — не ради порядка, а ради превосходства. Интересно, почему эксперимент не удался? Ведь моя кровь действительно могла стать неплохой основой. Другое дело — что ещё они добавили, что получили таких монстров?

— Кто за этим стоит у Белотканников?

— Магистр Виррен, — тихо ответила Салине. — Она давно занимается изучением склонностей, работает с архивами, имеет доступ к старым проектам. Его имя не фигурирует в бумагах, но я умею читать между строк. Он не просто наблюдает. Он ведёт.

Я сжал кулак под столом.

— Значит, настало время поговорить с ней.

Салине подняла бровь.

— Она почти не покидает Башни. А в Башню Белой ткани не так-то просто попасть…

— Я не собираюсь вежливо стучаться ей в дверь. — Я чуть склонился вперёд. — Но если в Башню можно пробраться… значит, это уже не Башня. Это — лестница. И я поднимусь.

Салине не улыбнулась, но я увидел в её взгляде — она поняла. Не отговаривала. Не спасала. Просто смотрит на меня, как на равного. Или на того, в кого верила.

Я поднялся. За окнами чайного дома тени сгущались, а в груди у меня — наоборот, разгоралась холодная ярость. Не страх, не гнев. Просто чёткое, ясное пламя.

— Будь осторожен, Ром, — предупредила Салине. — Белотканники умеют защищаться.

— А я умею огрызаться. К тому же у меня есть одна идея, как пробраться в эту цитадель… И вы можете мне помочь.

Глава 7

Салине плотно прижала ладони к чашке с остывшим чаем и подняла глаза на меня.

— Чем я могу помочь тебе в этом деле, Ром?

Я улыбнулся.

— Организуйте конференцию для магистров различных фракций. Не балаган для адептов и прочего молодняка, а серьёзный сбор магистров. Тема — гибриды, их биология, поведенческие отличия, слабые и сильные места… Не мне вам объяснять, как это делать. Но всё должно быть серьёзно и на высшем уровне. Настолько серьёзно, чтобы Белотканники и не подумали игнорировать это мероприятие.

Салине чуть качнула головой. Чёрные волосы слегка трепал ветер.

— И зачем им тащиться на эту конференцию, если они и так всё знают о гибридах?

Моя улыбка стала ещё шире.

— Затем, что они обязаны выяснить, как много знают остальные.

— То есть так ты хочешь выманить Виррен из Башни?

— Ага.

— И думаешь, что план с конференцией сработает?

— Почему нет? — Я отодвинул чайник, вытащил три кусочка сахара и положил их на стол как иллюстрацию своего плана. — Если я что и понял о магистре Виррен, так это то, что она чрезвычайно любопытна. И такую конференцию она не пропустит.

Салине задумываясь, оценивая моё предложение. Наконец, она кивнула.

— Можно устроить, но не так быстро, как ты хочешь. Организация мероприятия подобного уровня отнимет кучу времени и сил.

Я выдохнул. Возражать смысла не было — на чужом поле привычно не ускоришься. И лучше Салине никто не мог оценить риски.

— Не тороплю, — сказал я. — Всё равно сейчас мне важнее другое. И я намерен разобраться с этим без Виррен.

Она не спросила «что» или «кто». Она меня знала. И потому посмотрела на меня чуть дольше, чем обычно — взглядом, которым хирургу передают тело перед операцией.

— Пламенница, — произнесла Салине так легко, словно оценивала температуру чая. — Твоя огненная подружка.

— Именно.

Женщина, что называла себя моей матерью, тяжело вздохнула.

— Очень не вовремя она исчезла, Ром. Именно тогда, когда наши поиски начали приносить плоды. Мне нужно, чтобы ты был собран…

— Её похитили из-за меня, — отрезал я. — И я должен вернуть её клану.

— Клану ли? — улыбнулась Салине. — Или всё-таки себе?

— В первую очередь, клану. Химваль не хотел, чтобы Ильга продолжала со мной отношения. Он боялся, словно чувствовал неладное. И я не хочу, чтобы эта девушка пострадала из-за меня.

Я положил ладонь на стол. Холод от полированной поверхности был почти приятным.

— Иногда ты говоришь как внимательный наставник, — заметила Салине, — а иногда — как человек, который давно привык выигрывать.

— Я всего лишь научился считать ставки, — ответил я. — И сейчас ставка — не только я.

Мы немного помолчали. Я видел в окне отражение её подбородка и свой профиль — упрямый, слегка усталый.

— Конференцию начну собирать завтра же, — сказала Салине. — Пошлю письма, задёргаю старые связи, подсуну Белотканникам повод для гордого участия: какая-нибудь «методология извлечения Ноктиума из тела гибрида в условиях повышенной угрозы». Словом, придумаю, чем зацепить Виррен.

— Прекрасно, — кивнул я. — Заодно это немного отвлечёт внимание от меня. Я должен торопиться с поисками, а искать лучше в тени.

— Иногда ты говоришь как я, — улыбнулась Салине уголками губ. — И меня это тревожит.

— Не привыкайте, — ответил я. — Я не ваше зеркало.

— Знаю, Ром. И очень рада