Неслучайные люди - Маша Трауб

Сейчас, в связи с незапланированным приездом свекрови, их личная жизнь и вовсе сошла на нет. Надо признать, по обоюдному согласию. Оля не могла расслабиться, зная, что за стеной спит свекровь. Присутствие мамы за стенкой у Макса также отбивало все желания.

– Ты тоже хочешь, чтобы я уехала? – сделав скорбное лицо, спросила у сына Светлана Степановна. – Я вам мешаю?

– Мам, я очень рад, что ты вышла замуж, но Оля права – ты не можешь с нами жить. Это даже странно, когда мать уходит от мужа к сыну. Притом что квартира – твоя, а не твоего мужа. Почему он не может уйти? – ответил Макс.

– Да, это действительно странно. Что ты сейчас говоришь словами своей Оли. Конечно, она твоя любимая девушка, но я все-таки мать. Ты хочешь выставить меня за порог? – схватилась за сердце Светлана Степановна.

– Нет, мам, но я не хочу жить так, как сейчас, – честно признался Макс. – Прости, я разговаривал с Дашкой и Артемом. Ты их использовала. Я не буду тратить деньги на твоего мужа, даже не жди. И мы с Олей давно пытаемся зачать ребенка, а твое присутствие эти шансы никак не увеличивает.

– Оля не может стать матерью? У нее проблемы? Тогда хорошо, что вы еще не женаты! Ты можешь найти себе нормальную девушку! – воскликнула Светлана Степановна.

– Мам, у Оли все прекрасно с фертильностью. Это у меня проблемы. Я сдавал анализы. Проблема со мной, – сказал в отчаянии Макс.

– Ой, ну что ты говоришь глупости! У тебя не может быть никаких проблем! Ты рос абсолютно здоровым ребенком! – запричитала Светлана Степановна.

– Но проблемы все же у меня. Видимо, из-за того, что я в детстве переболел свинкой.

– Тогда все дети болели свинкой. Целым детским садом. И что – теперь у всех проблемы? Эти врачи… чего только не придумают. Наверняка дело в Оле, только она не признается. Знаешь, многие современные женщины винят в бесплодии мужей. Сейчас это модно – сдавать анализы, находить, кто виноват. Раньше такого не было. Не можешь родить, значит, сделала аборт. Ты поинтересуйся у своей Оли, может, у нее тоже кто-то был до тебя?

– Да, мам, был, конечно. Но она здорова. Анализы это подтвердили.

– Не может такого быть, – заявила категорично Светлана Степановна. – Значит, у вас просто несовместимость. Надо найти другую девушку, и все будет прекрасно.

– Но другая мне не нужна. Я люблю Олю и хочу жить с ней, – ответил Макс.

– Оля, Лена, Катя – какая разница? – отмахнулась Светлана Степановна.

– Для тебя никакой, к сожалению. А для меня – огромная. Ты ведь даже не заметила, что Оля делает себе уколы в живот – мы готовимся к ЭКО. Это уже вторая попытка, если что. И она очень тяжело переносит процедуру – и физически, и эмоционально. Я думал, ты ей поможешь, а ты сделала из нее служанку – приди, подай, приготовь. Еще и придираешься. – Макс был расстроен.

– Это она тебе нажаловалась? – возмутилась Светлана Степановна.

– Нет, я сам все вижу. И не хочу, чтобы Оля мучилась. Сейчас, правда, не до тебя и не до твоих проблем с очередным мужем. Мы хотим стать родителями. Это важнее всего на свете. И для меня, и для Оли.

– У вас все так правильно, все по графику, все запланировано. Даже дети из пробирки. Разве это нормально? – удивилась возмущенно Светлана Степановна.

– Эти дети – не из пробирки, как ты выражаешься. Счастье, что медицина не стоит на месте и есть такой способ, – ответил Макс.

– Ой, не доверяю я этим методам, – хмыкнула Светлана Степановна.

– А тебе и не надо. Главное, что мы с Олей им доверяем и хотим детей. Ты сама всегда твердила, что дети должны жить своей жизнью, а родители – своей. Поэтому дай нам возможность пожить своей семьей. Оле было очень плохо после первой неудавшейся попытки. Я не хочу, чтобы она опять страдала. Мы надеемся, что в этот раз все получится. Понимаешь?

– Не понимаю. С чего такие страдания? У нас как-то все проще было. Не забеременела – отлично. Дети – это не счастье, а сплошные проблемы, – пожала плечами Светлана Степановна.

– Да, мам, спасибо за разъяснение. Мы с Дашей – твои проблемы, а вовсе не любимые дети. Вот для своих детей я такого точно не хочу.

– Станешь отцом – поймешь, – отмахнулась Светлана Степановна. – Хорошо, я уеду в ближайшее время. Завтра. Или послезавтра.

Она замолчала, уйдя в собственные воспоминания. Да, времена сейчас изменились. Современное поколение планирует свадьбы, зачатие, даже дата родов у них заранее известна. Но разве это нормально? Разве она ненормальная, как считают ее собственные дети?

Да, она всегда выходила замуж незапланированно, действовала импульсивно. Неразумно, но ею руководили чувства. Думала ли она о будущем, последствиях? Никогда. Это же нормально, когда есть пусть не любовь, а страсть. Когда хочется сегодня испытать весь калейдоскоп – от невозможного счастья до близости смерти. Светлана Степановна однажды спросила у дочери, почему та так не живет.

– Это безответственно, – честно ответила Даша. – Прежде всего по отношению к себе самой. – Ты так и осталась инфантильной, не способной отвечать даже за собственные поступки.

– Как можно отвечать за любовь? – удивилась Светлана Степановна.

– За любовь, пожалуй, нет. А за необдуманные адюльтеры – да, – пожала плечами Даша, – отношения, которые скажутся, например, на твоих детях.

– И что, я должна была терпеть и страдать? – ахнула Светлана Степановна.

– Нет, не должна. Но хотя бы иногда думать головой.

– Вы с Максом выросли нормальными, – отмахнулась от упреков Светлана Степановна.

– Мне кажется, мы вообще чудом выжили, – горько улыбнулась Даша.

– Ой, не преувеличивай! Тогда все так жили! Это вы сейчас сдвинутые – то у вас психологи, с которыми вы детские травмы прорабатываете, то мать у вас всегда во всем виновата. Я вас хотя бы не била, – отмахнулась Светлана Степановна.

– И на том спасибо. Но меня однажды ударил один из твоих временных мужей. Ты не помнишь? Павел.

– Не было такого никогда! Пашка? Да он мухи бы не обидел! Ударил! Скажешь тоже. Может, дал подзатыльник. Но ты всегда была невыносимой, будто специально всех доводила.

– Знаешь, если бы посторонний мужик ударил моего ребенка, я бы его убила, – тихо сказала Даша.

– Не придумывай! Пашка вас любил. И тебя, и Макса. Возился с вами как с родными. – Светлана Степановна не собиралась сдаваться и принимать обвинения.

– Макса он тоже бил, кстати. А ты делала вид, что не замечаешь.

– Меня мать тоже била, причем