Неслучайные люди - Маша Трауб

– Где Жорик?! – продолжала кричать бабушка. Так кричат люди, потерявшие слух.

Уже в автобусе я подслушала разговор наших учительниц. Бабушка-долгожительница в молодости была невозможной красавицей. И замуж вышла по большой любви за уважаемого в селе человека. И даже, по законам гор, родила сына-первенца. Неделю всем селом гуляли, да так, что в соседних было слышно. Мальчик – Жорик – рос настоящим джигитом. Когда ему было пять лет, они с отцом пошли на речку купаться. Отец не справился с бурным потоком, едва не захлебнулся, но выжил, а Жорик утонул.

Нет, у них все вроде бы наладилось. Будущая долгожительница родила еще трех дочерей и жила как все – дом, хозяйство. Она пережила погибшего на войне мужа, умерших кто от болезней, кто от старости дочерей и зятьев. Она увидела внуков и правнуков. Но все эти годы, с того самого дня, во время свадеб, праздников и крестин детей всем задавала один и тот же вопрос: «Где Жорик?» Ее пытались отвлечь, давали подержать правнуков, показывали телевизор и телефон. Но ей было все равно. Она хотела узнать, почему все эти чужие люди, называющие себя ее детьми, внуками и родственниками, не говорят, где ее Жорик.

Тогда, много лет назад, она отказалась хоронить сына. Закрылась в доме и не пошла на кладбище. Она ждала, что Жорик поплавает и вернется.

Женщина, ее звали Зарина, раздававшая нам конфеты, ухаживала за бабушкой. Внучка. Ее бросил муж, потому что она не могла иметь детей. Единственного потеряла еще в утробе. Зарина знала, что чувствовала бабушка. И хотела разделить с ней горе. Их общее. Когда кто-то из родственников напоминал бабушке, что Жорик давно умер, Зарина делала все, чтобы этот родственник к бабушке не приближался. Бабушка жила надеждой, может, поэтому и прожила столько лет. Ради Жорика. И никто не имел права лишать ее этого. Жить надеждой.

Лечебные стаканы

Наша соседка тетя Наташа варила варенье из одуванчиков и экспериментировала с масками и настойками собственного производства. Она вообще любила экспериментировать, что не всегда хорошо заканчивалось. Тете Наташе регулярно требовалась «Скорая помощь» после примочек молодости, вызывавших отравления, аллергическую реакцию, вплоть до отека Квинке, и прочие побочные эффекты. А еще она копила деньги на поездку то ли за мумие, то ли за какой-то другой лечебной грязью. И тут случилась денежная реформа, и все соседи бегали и кричали: «Что же теперь делать?»

Не бегали и не кричали только сосед-самогонщик Генка и тетя Наташа. Первый принял на грудь, а вторая приняла позу. Дело в том, что соседка заинтересовалась йогой, точнее, тогда это называлось лечебной индийской гимнастикой. Йогу тетя Наташа изучала по четвертому слепому варианту перепечатки и рисункам от руки. Тетя Наташа верила – гимнастика просветлит ее сознание, и она найдет много положительных моментов в произошедшем.

Что-то неладное первой заметила беременная Люся. Она, как обычно, смотрела в дверной глазок – вышла соседка или не вышла? Соседка пропустила два положенных перекура, и Люся забеспокоилась. Она подошла к двери, позвонила – никто не ответил. Приложила к двери ухо и услышала слабые крики «Помогите!».

Люся, придерживая двумя руками живот, побежала за слесарем. Замок взломали, Люся влетела в квартиру и увидела соседку, которая лежала на ковре в очень странной позе. Поначалу даже было непонятно, где именно начинается тетя Наташа, а где заканчивается. Одна тети-Наташина нога застряла за головой, а вторая была вывернута как бы задом наперед.

– Застряла, – прохрипела тетя Наташа.

– Как застряли? – не поняла Люся.

Она и в обычной жизни не отличалась понятливостью, а в связи с беременностью вообще стала плохо соображать.

– Заклинило, – терпеливо повторила тетя Наташа, – спина.

– Что же делать? – спросила Люся.

– Позови Генку.

– Гена! – стала стучаться в дверь Люся. – Ты дома? Открой! Там соседку заклинило.

– Эко ж тебя завернуло, – почесал живот пришедший Гена.

Тетя Наташа, немножко посиневшая, уже не могла говорить.

– Ладно, давай вывертайся потихоньку, – сказал Гена и стал распутывать страдалицу.

Кое-как они с Люсей придали соседкиному телу естественное положение – руки вдоль тела, ноги выпрямлены.

– Спина, – прохрипела тетя Наташа.

– Знаю, знаю. Сейчас за стаканом схожу и вернусь, – ответил Гена, – стаканы будем ставить.

Он вернулся с двумя гранеными стаканами. Люся хлопала глазами.

– Давай, милая, надо повернуться, – говорил Гена тете Наташе, задирая на ней майку и спуская треники.

– Ой, – подала голос соседка, когда сосед шмякнул ей на поясницу стакан. Придержал, стакан приклеился.

– Ничего, будешь как новенькая. Стаканы – оно наверняка. От радикулита и от всех проблем – первое дело, – приговаривал Гена. – Внутрь будешь?

Тетя Наташа кивнула.

– Вот и правильно.

После второго стакана, принятого внутрь, тетя Наташа подумала, зачем ей мумие и лечебная грязь, когда есть стаканы и самогон.

Треугольник

У Алексея была первая жена с ребенком и вторая, тоже с ребенком. Казалось бы, ничего удивительного. Но он был знаменитостью – знакомые дальних знакомых спрашивали про него, как про погоду. С неиссякаемым интересом.

У Алексея – почти сорокалетнего, уже с сединой на висках мужика – имелась сложившаяся компания. Они собирались, напивались и играли в детские игры – ассоциацию, монополию, колпачки, морской бой… В этой компании все знали друг друга давно и уже забыли, кто с кем и когда спал. Жены Алексея – Лена и Оля – были подругами. У подвыпивших друзей они вообще сливались в одну женщину – обе блондинки с одинаковыми стрижками и одной комплекции. Алексей сначала женился на Лене, а Оля была просто любовницей. Все, включая Лену, конечно же, знали про их отношения, но и Алексей, и Оля на намеки реагировали возмущенно. Забеременели Оля с Леной практически одновременно.

Жена Лена с головой ушла в тяжелую беременность, а Оля по причине хорошего самочувствия развила бурную деятельность. Она поехала в больницу к Лене, где та лежала на сохранении, и сообщила, что Алексей ее, официальную жену, больше не любит. Та равнодушно пожала плечами – она пыталась лечь так, чтобы не болели синяки от уколов, растекшиеся по ягодицам. Оля позвонила всем друзьям из их компании и сообщила, что с Алексеем теперь она. Друзья спросили, когда за это можно выпить.

Приехавший из командировки Алексей с удивлением обнаружил в своей квартире отсутствие Лены и присутствие Оли, которая успела и вещи перевезти, и обжиться. Он оценил обстановку и решил, что пусть все родят, а там