Влюблён до смерти - Анна Жнец

Ближайшую неделю моя работа не отличалась от обычной офисной. У меня были собственный стол рядом с каменной стеной, поражённой плесенью, кожаный стул на колёсиках и довольно навороченный компьютер. Я открывала специальную программу, брала из внушительной стопки дневник, из тех, что недавно поступили в Крепость, и вбивала данные — номер папки и дату смерти. Данные эти обрабатывались. Программа выдавала список смертников на текущую неделю, который автоматически отправлялся на  электронный ящик руководителям полевых групп. Те в свою очередь формировали задания.

Работа была нудной до невозможности, и я почти понимала, почему большинство моих новых коллег мечтали перевестись в другой отдел. Периодически такая мысль мелькала и у меня. Годами сидеть в затхлой комнате без окон, до отупения повторяя одни и те же, набившие оскомину действия, — то ещё удовольствие.

Но, обозначив мои обязанности, Молох больше не появлялся, а подходить к нему в нерабочие часы я не решалась.

На ужин большинство подтягивалось ближе к семи. До девяти отыскать свободный столик было проблематично. Некоторые подсаживались к чужой компании, но этот вариант я не рассматривала: единственная женщина в мужском коллективе и так привлекала излишне много внимания. 

Самое глухое время — и моё любимое — было с десяти до одиннадцати: те, кто работали в дневную смену, уже поели, а ночники только отправились на задание. Я выбирала вакантное место у окна и наслаждалась спокойствием. Тем более вид открывался потрясающий. Вечером море часто штормило, и гигантские волны накрывали мерцающий голубоватым светом маяк. Иногда казалось, каменные стены вот-вот проломятся, рухнут, погребённые бурлящей водой.

Звуки бури до столовой обычно не доносились: подозреваю, их глушила магическая плёнка на окнах. Но порой она словно барахла, и тогда помещение наполняли впечатляющие рёв и грохот. 

 Сегодня было именно так. 

Я ковыряла вилкой коктейль с мидиями — единственное блюдо, к тому времени оставшееся на линии раздачи, — когда за мой столик подсел незнакомый жнец. Из-за строгого дресс-кода все мужчины в Крепости казались мне на одно лицо. Исключением был Росс в своих попугайских нарядах. И, пожалуй, Молох, ибо выглядел уж очень авторитетно.

— Смерть не ждёт, — прозвучало обычное приветствие.

Нарушитель моего спокойствия напоминал модель из глянцевого журнала. Смазливый до слащавости блондин, пытающийся выделиться если не одеждой, то стрижкой. 

— Я — Беррион, — поправил он волосы: длинная косая чёлка закрывала глаз, мешая обзору. 

Кто-то явно открыл книгу с «полным списком имён» на неудачной странице.

— Эстер, — сухо улыбнулась я. — Привыкла есть в одиночестве.

Намёк остался непонятым. Берри ослепительно улыбнулся и подался ближе, почти нависнув над моим салатом.

Нет, я, конечно, догадывалась, что приставания неизбежны. Неделю ко мне присматривались, и вот первый рискнул закинуть удочку. Признаюсь, я и сама была не против интрижки, ни к чему не обязывающего служебного романа — не хранить же целибат всю оставшуюся жизнь. Однако нашлись вещи, к которым я оказалась не готова.

— Давай переспим, — проникновенным шёпотом обозначил свои намерения жнец.

Мидия попала не в то горло, и я закашлялась. Меня радостно, можно даже сказать, с излишним рвением похлопали по спине. 

Взгляд Берри потерялся в моём декольте. После недолгих размышлений я пришла к выводу, что ничего удивительного в таком поведении нет. Прошлой жизни боги смерти не помнят, женщин — не считая тех, кого собираются убить —  не видят. Где ему было научиться красивым ухаживаниям? Книгу со списком имён новоприбывшим выдавали, а с полным перечнем норм приличия не знакомили. А зря.

— Можно сначала сходить на свидание, — исправился Берри. — Выбирай мир, эпоху, страну. Древний Египет, Месопотамия, Альпы, Париж. Мне нравится Драконий остров. Там всё такое заброшенное, мрачное.

А вот это уже интересно. Сколько у богов смерти возможностей! Магия во мне ещё не проснулась. Или, вероятнее всего, я просто не пыталась ею воспользоваться. Но телепортация определённо была тем, чему хотелось научиться в первую очередь.

— Так что? — зелёные глаза горели азартом.

Я только сейчас поняла, что у всех жнецов радужка была либо жёлтой, либо изумрудной. 

— Я подумаю. 

Разнообразить досуг мне бы не помешало. Всё свободное время я тратила на сон: Крепость оказалась наискучнейшим местом. Почему бы и не сходить на свидание? Без постельного продолжения, разумеется. 

— Беррион, вам нечем заняться? — раздался ледяной голос начальника. 

От его тона меня всегда пробирала дрожь. По рукам побежали мурашки.

Молох стоял за спиной моего незадачливого поклонника и взглядом был готов заморозить континент. 

— У меня законный выходной, — вскинулся смазливый блондин.

Босс сощурил глаза. Надо было видеть реакцию Берри! Да и у меня брови полезли на лоб. Если бы бронзовая статуя вдруг ожила и заговорила, мы бы и то впечатлились меньше. Ничей крик не действовал на подчинённых так, как хмурый взгляд Молоха.