Влюблён до смерти - Анна Жнец

День я провела, разбирая коробку с вещами для новоприбывших. Разрезав заклеенный скотчем стык и заглянув внутрь, я обнаружила заламинированную карту с указанием кратчайших маршрутов до важнейших мест в Крепости. Теперь я  знала, как добраться до архива, не прибегая к посторонней помощи. Теоретически.

На дне коробки в беспорядке валялись  канцелярские принадлежности: ручки, карандаши, упаковки с разноцветными стикерами. Лежали две пачки офисной бумаги. Блокнот в обложке из чёрной кожи. И толстенная книга, на которой большими золотистыми буквами значилось: «Полный список имён».

Страниц в этой книге оказалось свыше трёх тысяч, поэтому список, вероятно, действительно был самый полный. Читать весь я, конечно, не собиралась. Открыла случайным образом и ткнула в первое попавшееся место на бумажном листе. И только потом поняла, насколько мне повезло: имена там встречались престранные. Некоторое занимали целую строчку. Разобрать другие удавалось лишь с третьей попытки. 

То, что я выбрала наугад, по крайней мере, неплохо звучало.

Эстер.

Ладно, пусть будет Эстер.

Далее я принялась знакомиться с многочисленными инструкциями. В связи с чем благополучно пропустила обед, но на ужин всё же отправилась, по дороге то и дело сверяясь с картой.

С Россом мы, к сожалению, разминулись. Зато я имела удовольствие наблюдать бесстрастную физиономию начальника: тот сражался с бифштексом через стол от меня. 

Столовское меню не отличалось разнообразием. Утром это было несколько вариантов каш, вечером — три мясных блюда и овощные нарезки.

Клюквенный сок, как Росс и говорил, оказался разбавлен, а курица на моей тарелке, похоже, прожила долгую счастливую жизнь и скончалась в глубокой старости. 

— Вы получили коробку? — закончив с едой, Молох приблизился к моему столику.

— Да.

И всё же он был красив, мой босс. Холодной такой, загадочной красотой. Он одновременно и пугал, и притягивал. Сердце от звука его голоса начинало тревожно колотиться. Общаясь с Молохом, я словно ходила по тонкому льду — не знаешь, в какой момент под ногами начнут разбегаться трещины. Когда он говорил этим механическим тоном, в кровь выплёскивался адреналин, и я получала эмоциональную встряску. 

— Выбрали имя?

— Эстер.

— Возьмите завтра чёрный блокнот, Эстер, — и он ушёл, снова оставив меня взбудораженной. Приятно или нет, определить было сложно.

* * *

Мысль о том, что утром меня ожидает  первое задание в качестве богини смерти, не давала уснуть всю ночь. Я ворочалась с боку на бок, меняла положение подушки, клала её прохладной стороной — без толку. От переживаний спасения не было.

Я вспоминала короткий разговор с Молохом и представляла, каково будет работать под его началом. Думала о словах Росса. Как поведу себя, если меня всё же станут домогаться и к кому в этом случае обращусь за помощью? Кто защитит меня в незнакомом неженском мире?

Честно говоря, с трудом верилось, что Молох — мужчина с таким  равнодушным лицом — способен делать непристойные предложения. Или что оголодавшие без женской ласки жнецы набросятся на меня в тёмной подворотне. Тем не менее на первое задание я надела не платье, а костюм: узкие брюки до щиколоток, короткий пиджак на одной пуговице, под низ — белый топ.

Образ получился стильным, и судя по взглядам, которые я на себе ловила по пути в архив, не менее откровенным, чем вчерашний. Ещё бы! Штаны обтянули задницу, как вторая кожа.

— Здравствуйте, Эстер, — Молох был предсказуемо пунктуален и напоминал глыбу льда. Взгляд скользнул к блокноту, зажатому у меня под мышкой. — В архиве боги смерти получают задания на текущую смену, — пояснил и толкнул массивную железную дверь.