Охота на Странника - Ульяна Муратова

— Мелч, завязывай с похабщиной. Ты же видишь: Кайру это начинает бесить, — одёрнул северянина Блайнер и обратился ко мне: — Кайра, если ты придёшь к Страннику с таким выражением лица, как сейчас, он в лучшем случае выставит тебя из дома, а в худшем — сразу заподозрит в намерении его прикончить. Мы тут, конечно, шутим, но реальность от этого не меняется. Тебе нужно взять себя в руки и притвориться, будто я тебе нравлюсь. Подобраться поближе и желательно дезориентировать. Это даст тебе преимущество. В твоих интересах усыпить его бдительность. Пойми: после нападения он будет крайне осторожным. При виде любого незнакомого мужчины наверняка примет боевую стойку. Наш единственный шанс подобраться к нему поближе — выдать тебя за невесту, а Мелча — за твоего брата.

— А как же височный узор? Он же у нас разный... — нахмурилась я, слушая Блайнера внимательно.

Вот почему сразу нельзя вести себя по-деловому?

— Об этом позабочусь я, — подошёл ближе Эрер. — У нас есть краска, которая позволит сымитировать нужную родовую печать. Так что твою подправим и чуть-чуть прикроем прядями волос, а у Мелча оставим как есть.

— Хорошо, — вздохнула я. — То есть я должна буду выпить дух Странника, а Мелч будет меня страховать?

— Мы все будем тебя страховать, — мягко возразил Блайнер. — Но если предположить, что это тот же Странник, которого мы ищем, то он знает, как выгляжу я, а ещё узнает твою родовую печать, потому что знаком с Гвендолиной.

Упоминание сестры окончательно настроило меня на серьёзный лад. Заметив это, Блайнер сказал:

— Давай я помогу тебе начать, — он на секунду замолчал. — Знаешь, мне нравится, что ты прямолинейная. Не люблю недомолвки и полунамёки, когда приходится расшифровывать ребусы. А ещё мне нравится твой воинственный вид.

Он замолчал, а я невольно растерялась.

— Это звучит, как правда.

— Это и есть правда. Лгать никогда не стоит. Твои собеседники не дураки, многие чувствуют фальшь. Попробуй найти в человеке что-то, что ты готова похвалить искренне, — подсказал Десар.

Я прикрыла глаза, постаралась абстрагироваться от того, что он Блайнер. Представить, что он — Странник, и мне нужно его очаровать. Собравшись с мыслями, подошла ближе и осторожно положила руку на грудь.

— Жду нашего брачного дня... — посмотрела ему в глаза и томно улыбнулась.

— Переигрываешь, — сказал Мелч. — Ты его видишь первый раз, в постель с ним ложиться не хочешь и боишься. Тебя отдали ему, как вещь. Какого брачного дня ты можешь ждать? Искренность, Кайра. Игра должна быть правдивой, иначе в неё никто не поверит.

Я нервно вздохнула:

— Это сложно.

— Поэтому ты сейчас тренируешься. Десар, лучше молчи, я подскажу сам. Давай с самого начала. Иди сюда, — Мелч протянул мне руку. Я её не приняла, но ближе подошла. — Завязывай с этим тоже. С братом на публике ты бы так себя не повела. Итак, наша легенда: ты лардонья из обедневшего рода с приличным даром. Наш отец подписал соглашение с отцом Реннарда, а я привёз тебя знакомиться с женихом. Ты взволнована, полна страхов и одновременно надежд, что жених тебе понравится. Поехали.

— Дорогая, позволь тебе представить твоего будущего мужа, — Мелч подвёл меня к Десару и жестом на него указал.

Тот склонил голову в приветственном кивке, а затем протянул мне руку, в которую я вложила ладонь. Он слегка её сжал и проговорил:

— Рад знакомству. Вы гораздо красивее, чем я смел надеяться.

Мне на плечи легли тяжёлые ладони Мелча, а над ухом прозвучали его слова:

— Просто расслабься, иначе твоё намерение атаковать или защищаться слишком очевидно.

Я резко передёрнула плечами и рыкнула:

— Руки убрал, пока я тебе их к заднице не пришила. С чего ты взял, что можешь меня трогать?

Мелч тут же поднял ладони в воздух, выставив их перед собой и показывая, что сдаётся.

— Заткнитесь все и не трогайте её. Вы мешаете ей настроиться, — тут же влез Блайнер, и желание сломать кому-нибудь нос стало просто нестерпимым.

А ведь ещё и дня не прошло, как меня определили в его команду.

Однако где-то глубоко внутри сидящая совесть нашёптывала, что правы они, и чем сильнее я бешусь, тем глупее выгляжу. Разумеется, эта мысль разозлила окончательно!

В своей ярости я обычно черпала силы, но вот в чём проблема — у меня не получалось злиться на новых напарников по-настоящему, от всей души, так упоительно, чтобы при виде них сами собой кривились губы и сжимались кулаки. Так яростно, чтобы этот раздирающий душу огонь был сильнее боли. Так естественно, чтобы не приходилось себе об этом напоминать.

— Я справлюсь. Сама! — решительно отрезала я и снова закрыла глаза.

Сосредоточиться, сконцентрироваться на цели, раствориться в ней. Нет ничего невозможного. Я уже делала то, что другие считали невероятным. Мне всего лишь нужно побыть милой. Слабой. Желающей казаться уверенной в себе, но в то же время немного застенчивой и ранимой.

Я мысленно представила себе Блайнера и подумала о нём не как о враге семьи, а как о незнакомце. Что если я случайно встретила бы его на улице? Если бы он был женихом, которого выбрал для меня брат?

— Меня пугает, что вы станете моим мужем, хотя мы совсем незнакомы, — наконец проговорила я, открывая глаза.

— Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы мы узнали друг друга ближе, — мягко отозвался он.

— У вас приятный голос. Умиротворяющий и глубокий, словно идущий от самого сердца.

Десар взял мою руку и осторожно убаюкал в массивных ладонях.

— Мне невероятно повезло с будущей женой. Я и вообразить не мог, что вы будете настолько красивы. И высоки! Вы не представляете, насколько приятно видеть рядом девушку, к которой не нужно наклоняться.

Его серо-голубые глаза с тёмной окантовкой радужки, смотрели так искренне, что я поверила. Он снова говорил правду: ему действительно нравились высокие девушки. Почему-то это вызвало волнение и смущение одновременно, и я опустила глаза, но руку из плена шершавых ладоней не вызволила.

— Вы умеете очаровывать.

— Я изо всех сил стараюсь вам понравиться, — отозвался он. — Дорогая, чем вы любите заниматься?

Вопрос поставил меня в тупик. Что ответить? Что может любить лардонья? Вышивать? Я не обучена. Шью хорошо… но лишь раны! Музицировать? Так я играю разве что у брата на нервах. Ничего типично женского я не просто не люблю, но даже и не особо умею. Только готовить, однако можно ли признаться в таком