Проклятие ледяной горы - Антти Джокинен

– Сара, может, обнимешь меня и пожелаешь удачи? – спросил Николас усмехаясь.

Она только отшатнулась. Между ними тут же влетело облако сверкающих и хихикающих эльфиек. Они подлетели к лицу Николаса и наперебой зашептали ему на ухо:

– Хочешь, я тебя поцелую!

Вяйнямейнен на это только фыркнул, а потом завязал глаза Николасу толстой тряпкой, да так сильно, что Николас вскрикнул. Затем старик ударил его по плечу и произнес:

– Беги, парень! Сейчас же! И ни в чем не сомневайся!

«Сейчас или никогда», – сказал Николас про себя, поднял меч к лицу и сделал первый шаг.

Склон был настолько крутым, что у бегущего не было никаких шансов двигаться медленно. Снег взлетал тучей, а скорость все нарастала. Николас попытался было устоять на ногах, но тут же со всего маху врезался в ствол ели и отлетел на спину. Лишь каким-то чудом ему удалось не выпустить меч из рук.

– Что это значит? Он что, проиграл? – в ужасе спросила Сара у Вяйнямейнена.

– Вот тебе и все! – выкрикнул Вяйнямейнен в ярости, да так громко, что его слова повторились эхом тысячу раз, а потом с издевкой добавил: – Я всегда знал, что он мошенник! Может быть, мне нужно было взять вместо тебя какую-нибудь из моих коз, щенок? Во всяком случае, у нас сейчас было бы в достатке свежего молока.

– Прекрати сейчас же! Ты – чудовище! – закричала Сара и ударила Вяйнямейнена кулачком в грудь.

– А ты попусту тратишь свое время, девчонка! Проваливай обратно в пустую деревню! – зашелся в ярости Вяйнямейнен. – Кривша, собирай свои пожитки, и пошли отсюда, я сыт по горло этой кучкой сумасбродов!

– Оставь ее в покое, я справлюсь! – прокричал ему Николас. Он поднялся на ноги, помотал головой и начал разминаться.

– Ты – неудачник! – прорычал ему старец. На его лице мелькнула загадочная улыбка.

– Забудь это слово! И следы, что я оставлю, будут точь-в-точь как те, что я уже оставил! Помнишь это? – прокричал в ответ Николас, повернулся и бросился бежать. Он слегка пошатнулся, но быстро выпрямился и побежал еще быстрее. А дальше… А дальше он чуть было не врезался в березу, но сумел ловко увернуться.

Вяйнямейнен улыбнулся и подмигнул Саре:

– Прости, но я должен был рассердить мальчишку. Иногда, только рассердившись, человек начинает действовать по-настоящему.

И правда: быть может, впервые в жизни Николас делал что-то с искренней решимостью, а не влекомый мгновенным желанием.

Его скорость все росла. С повязкой на глазах Николас бежал между деревьями, перешагивал через валуны, держа, как и следовало, меч перед собой. Скоро его кенги начали скользить по насту, точно лыжи. На редкость ловкими движениями Николас уворачивался от набегавших навстречу деревьев, наклонялся точно в нужный момент, проскальзывая под прижатыми снегом ветвями. Вот он перемахнул через поваленный ствол дерева, вот перепрыгнул через острый конец торчащей из снега каменной глыбы, вот уже избежал столкновения с огромной сосной, которая скорее всего оказалась бы для него роковой. Николас несся вперед с такой сумасшедшей скоростью, что слышал лишь свист ветра у себя в ушах.

И вдруг наступила тишина: Николас прошел через лес и начал скользить вниз по склону прямо к пропасти.

Он почувствовал далеко за собой присутствие Сары.

– У меня получилось! – прокричал он что есть силы. Охваченный бескрайней радостью победы, Николас вдруг вспомнил о пропасти, которую он видел, стоя на вершине сопки. От этого он вздрогнул, поскользнулся и начал скользить в совсем другую сторону: врезался в упавшую ель, споткнулся, но сумел все же оправиться, чтобы в последний момент на ощупь начать двигаться по переброшенному через пропасть бревну. И только он выровнял шаг и с облегчением вздохнул, как сорвался в расщелину.

– Он исчез! – взвизгнула в ужасе Сара и вцепилась в Вяйнямейнена.

– Вот лешачьи сопли! Ну где этот Николас? – обеспокоился Хесси и подполз к краю обрыва. Он высунулся вперед и сощурил глазки, всматриваясь вниз. – Куда это он подевался?

Вяйнямейнен лишь усмехался в бороду, поглядывая на подошву крутой сопки.

В этот момент эльфийки начали в суматохе летать взад-вперед.

– Тревога, тревога! Опасность! – кричали они. – Нам нужно прятаться, нам всем! Скорее все под защиту Гиги!

Сара взглянула на Хесси, Вяйнямейнена и на Крившу, а он – на них на всех: на лице каждого отразилось непонимание.

– Что такое? – спросила Сара.

– Я не знаю, но нам всем, пожалуй, стоит послушаться совета эльфов. И побыстрей, – сказал Вяйнямейнен, глядя на небо. – Железный орел! – яростно зарычал он. – Он все время был рядом! Скорее сюда, все вслед за лесным народцем!

Вяйнямейнен ухватил Хесси за шкирку и двинулся вслед за облаком эльфов. Сара последовала за ними. Они бежали мимо заснеженных берез по сотрясающейся земле. Снег валился с веток. Вдруг показался вход в пещеру, над ним возвышался круглый холмик, на котором росло два тысячелетних можжевельника. По склону текла вода, и в воздухе висел запах пота и застоявшейся воды. Эльфы махали им руками у входа.

– Сюда, скорее сюда, под защиту Гиги! – хором кричали они. Когда Сара подбежала ближе, она поняла, что это Гига наклонился, чтобы защитить их от железного орла.

Земля продолжала трястись, когда Гига закрыл рот своими ручищами. В темноте сверкали лишь огоньки эльфиек.

– А как же Николас? – всхлипнула Сара.

– Мальчишка справится, – изрек Вяйнямейнен, – и если я не ошибаюсь, он там, где ему следует быть.

Железный орел кружил вокруг холма, скрипя крыльями и изрыгая клубы дыма. На огромных крыльях он спустился вниз, прямо к переброшенному через пропасть бревну. В воздух взлетело облако гари, и земля вздрогнула, когда орел ударил лапой по тому месту, где все еще виднелись следы Николаса. Разлетающиеся раскаленные угли шипели в снегу, а железная зверюга шастала взад и вперед вдоль края пропасти, вглядываясь в горный склон и посматривая вниз. Орел искал следы мальчика, которого он должен был доставить своей хозяйке, но от того не осталось ни понюшки. Только в снегу одиноко лежал меч.

Подобрав его, орел тут же почувствовал запах Николаса и вытянул железную шею в сторону расщелины: заскрежетали железные суставы и бронзовые щитки, заскрипели кожаные ремни, а крылья орла начали высекать искры из стены. Зверюга вытягивала шею и принюхивалась.

Рассвирепев, орел мгновенно перекусил меч клювом пополам и сбросил его в бездну, а затем одним взмахом крыла разломил переброшенное через расщелину бревно.

Тут откуда-то высунулась мордочка крохотного лисенка. Орел заметил его, чуть отступил назад и мгновенно схватил его когтями. Выдрав щенка из норы, он раздавил его о стену, потом бросил мертвую тушку вслед за мечом, расправил крылья и, издав ужасный клекот, сорвался в полет.