Посеяв ветер - Виктор Гутеев

Алексей на мгновение потерял координацию. Оторвавшись от созерцания звёздного потока, он, не чуя под собой ног, словно перелетел к центру крыши и опустился в шезлонг. По пути посмотрел на пляж и обнаружил, что вся масса народа, словно получив скрытый импульс, тоже опустилась на песок. И сделала это своевременно. Достигнув пика гипнотических сочетаний, мелодия полностью завладела мозгом, а вспыхнувшее мириадами цветов небо окончательно растворило сознание в безумии красок и звука.

Где-то глубоко внутри осталась мизерная частичка, которая порой напоминала о том, кто он и что происходит. Всё остальное безраздельно принадлежало представлению. Сознание, словно освободившись от телесных оков, оседлало звуковые потоки. Оно тонуло в проецируемом на небо буйстве. Стёрлась реальность, стёрлось чувство времени, осталось лишь детское счастье и великолепие безграничного блаженства.

Шоу закончилось с первыми утренними лучами. Очнувшись, Алексей обнаружил себя всё на той же крыше отеля. Кругом, с блаженными улыбками на лицах оживали остальные постояльцы. Прислушавшись к собственным ощущениям, Алексей с удивлением обнаружил, что, несмотря на бессонную ночь и небывалый эмоциональный всплеск, он чувствует себя отдохнувшим и находится в прекрасном настроении.

Поразмыслив, дал себе слово, что даже при возможности вернуться на Землю не покинет Республику, не посетив фестиваль ещё раз.

— Прошу за мной.

Натан Григ вдавил клавишу, и тяжёлая бронированная дверь нехотя откатилась в сторону.

Двое мужчин, одетых в парадную форму высших офицеров Республики, шагнули вслед за учёным в пустынные коридоры закрытого сектора лабораторий. Заместитель командующего ВКФ генерал Зира Масторд и полковник разведки Харман прибыли на Глупую, едва весть об успешном испытании речевого коммуникатора достигла штаба.

— И что же пленник поведал научному сословию? — привлёк внимание учёного генерал Масторд.

— Поведал, как, едва заслышав ваш позывной, генерал, армия пришельцев бледнеет от ужаса.

— Это радует, — оценил генерал шутку старого приятеля. — А если серьёзно?

— Я не лез в политические и военные дебри. Мою группу интересовали лишь данные, способные помочь эффективно настроить прибор. В какой-то мере это удалось. Чужаки называют себя «вахны», у них, как и у нас, есть имена, звания и социальный статус.

Спустившись на пролёт по широкой лестнице, они оказались в просторном круглом тамбуре, из которого брали начало несколько одинаковых коридоров. Указав на крайний, учёный продолжил:

— Утверждать не берусь, но похоже, в своём обществе пленник имеет довольно высокий статус. Об этом мы не говорили, — предугадав следующий вопрос, скороговоркой выпалил учёный, — это мои личные наблюдения.

— Ясно, — не стал настаивать на их причинах Масторд. — Есть ещё что добавить?

— Визуальное восприятие у людей и вахнов в чём-то идентично. С точностью могу сказать, что они плохо переносят яркий свет. Не берусь утверждать об остальном спектре, но предметы и проецируемые движущиеся изображения они воспринимают так же, как и мы. Сразу хочу предупредить, возможны неточности перевода.

— Какие именно? — впервые с момента прибытия подал голос Харман.

— Числовые, временные, — начал перечислять учёный, — да мало ли ещё какие. Я предупреждал, что для отладки прибора надо как минимум дней десять. В итоге не прошло трёх, а вы на пороге.

— Спокойно, Натан, — зная характер учёного, генерал похлопал того по плечу. — Ты же знаешь обстановку. Противник ремонтирует повреждённые участки станции и делает это быстро. Сейчас не то что сутки, каждая минута дорога.

— Знаю, — кивнул учёный, — для полноценного допроса запас синхронизированных понятий слишком мал, но если не лезть в дебри точных определений, кое-что прояснить можно.

Увидев высокопоставленных посетителей, пехотинцы, дежурившие у входа в приспособленный для содержания чужака блок, отворив тяжёлую дверь, приняли «смирно».

В одной половине разделённого прозрачной перегородкой помещения, гости увидели широкую тумбу со стоявшим на ней замысловатым прибором, два кресла и облачённую в боевое снаряжение охрану, в другой увидели чужака, который при их появлении выпрямился в полный рост. Несколько секунд представители разных цивилизаций внимательно разглядывали друг друга, затем генерал приказал принести ещё одно кресло и поднять разделяющую их перегородку.

— Физически они невероятно сильны, — предостерёг учёный, — вы рискуете.

Дождавшись появления третьего кресла, Масторд приказал охране и учёному покинуть помещение.

Слушая гул гидравлических приводов, поднимающих разделяющую помещение тяжёлую перегородку, генерал не торопясь сел в кресло, спокойно закинул ногу на ногу и жестом предложил пленнику последовать его примеру. Приглашение было принято. Кресло не очень подходило телосложению чужака, однако, невзирая на неудобство, он в него сел.

— Меня зовут генерал Масторд. — Стоило открыть рот, как стержни, торчащие из установленного на тумбе прибора, начали мелко вибрировать. — Я заместитель командующего космическим флотом Новой Республики, — закончил он заранее заготовленную фразу.

На бугристом уплотнении, отдалённо напоминающем голову, дрогнул один из шишкообразных наростов. До ушей донесся синтетический голос электронного переводчика:

— Моё имя Асгул, я верхний координатор энергоёмких воплощений.

Чужак замолчал, явно ожидая реакции людей, а генерал и полковник хлопали глазами. Только теперь генерал понял, что имел в виду учёный, говоря об отладке прибора. Также понял, что для пришельца все его чины и звания такая же ахинея, как для него координация энергоёмких воплощений. Тщательно выверив следующую фразу, сделал вторую попытку.

— Я занимаю высокое положение в обществе людей, я в центре важных событий, происходящих в этом обществе.

— Понял тебя, — ответил Асгул. — Мой статус в обществе вахнов определён как мудрая тень высших наслоений.

«Опять мимо», — решил генерал, но чужак неожиданно продолжил:

— Тень высших, высокий статус. Я пытался объяснить человеку Натан наше устройство общества, это сложно. Думаю, помощь, — Асгул, копируя человеческий жест, вытянул конечность в сторону стоявшего на тумбе прибора, — мыслит не всегда верно, цель произнесённого искажена. У вахнов есть люди, — сказав это, Асгул указал на наличие у противника пленных, — но наш умный сбор не мог построить понимания. Я восхищён умный сбор Натан и люди, сделавшие разговор.

Вновь убедившись в необходимости доработки переводчика, Масторд окончательно смирился, что детального разговора не выйдет, и сузил намеченную программу.

— Зачем вахны напали на людей?

Прибор давно синтезировал слова в речь вахнов, а Асгул всё молчал. Масторд засомневался в правильности постановки вопроса, но оживший динамик развеял сомнения.