(Не) бойся зверя - Рианнон Шейл

Не-е-е-ет, Катя… нет! Не твой мужчина. Не твой вариант! Тем более он оборотень! Да и взрослый он слишком. А сколько у меня загонов? Мама, не горюй!

Отворачиваюсь и снова смотрю в папку. Неловко. Грех хмыкнул и отвернулся.

Так и проехали молча до аэропорта. С переводом оказалось все просто. Я даже не переживала. Может, потому, что бизнес-партнер, которого мы встретили, не выделился строгостью характера и элегантностью в образе?

Итальянцы — законодатели моды. И мужчина в рваных джинсах встретил меня с улыбкой, и отвесил пару комплиментов моему образу.

— Он спрашивает, как насчет ужина сегодня вечером, а не завтра? Завтра он хотел бы вернуться в Милан.

— Я согласен, есть ли у нашего гостя предпочтение в еде?

Итальянец светится, даже умудряется меня за руку хватать, отшучиваться, пока мы стоим и ждем его машину, а Грех, по глазам видно, пылает. Ему не нравится, как ведет себя итальянец. А мне нормально, таких открытых людей еще надо поискать. Итальянец разбавляет своей аурой пространство, привносят в пасмурное Пулково солнечную Италию. Грех же своим видом на все бросает тень.

— Гость предпочел бы домашнюю русскую кухню. С ним будет дама. Думаю, Лидия найдет хороший ресторан и нужное вам сопровождение.

— Зачем мне сопровождение, если со мной будешь ты.

— Я?

Итальянец смотрит на нас, улыбается, ни черта не понимая. Я извиняюсь перед ним, отвечаю, что обговариваем место встречи. Он кивает одобрительно, ждет.

— Ты же переводчик. Естественно, ты будешь со мной.

— Но я не смогу выбрать хороший ресторан.

— Не люблю я рестораны. Предложи гостю поужинать в моем доме. Ты же сможешь что-нибудь приготовить?

— Я?

Алекс достаточно громко откашливается, пока мои брови в удивлении так и застряли на середине лба.

— Да, ты. Например, вишневый пирог и что-нибудь еще. Переведи, что я был бы рад видеть Фабрицео у себя дома вместе с его спутницей. Не волнуйся, я хорошо тебе заплачу за сегодняшний день. Италия славится своей пастой, а Россия макаронами по-флотски. Кстати, итальянцам они нравятся. Умеешь такие готовить?

— Конечно.

— Отлично. Хочу, чтобы ты разбила итальянское сердце.

— В смысле?

— Домашней русской кухней, Катя. Мы, во что бы то ни стало, должны подписать этот контракт сегодня вечером. А как известно, путь к сердцу мужчины лежит через желудок.

***

Когда сказали про ужин дома, я наивного полагала мы едем в квартиру. Но нет, разговор был действительно о доме… домище! Куда меня привезли, после того, как гость отправился в отель.

Стоя на новой, просторной и совершенно чужой кухне, я терялась от смущения, пока оборотень мешал мне своим присутствием. Как я поняла, работа на сегодня не входила в его планы. А вот волновать и смущать меня вполне себе являлось саморазумеющимся для него.

Наедине с Александром я чувствовала себя не в своей тарелке, а теперь, зная, что он оборотень, тарелка казалась весьма глубокой и наполненная ледяной жидкостью.

— Расслабься.

Вздрагиваю и роняю ложку, которая с грохотом ударяется об пол и падает прямо к ногам Александра. Он поднимает ее, закидывает в раковину и медленно подходит ко мне. Руки словно намеренно держит в карманах, но легче мне от этого не становится.

Чувствую себя странно. Будто в клетке. А может, я себя просто накручиваю? Ведь этот оборотень в домашней обстановке выглядит не так устрашающе. И в обычном спортивном костюме он мало был похож на бизнесмена. Скорее на фитнес-тренера. Такого очень сексуального и крутого фитнес-тренера.

— Я говорю, что нет повода для беспокойства. Может налить тебе немного виски для расслабления?

— Нет, спасибо. Так с чего мне начать? — адресовано самой себе. На большом кухонном острове лежало много продуктов. Я вообще не понимаю, зачем ему такая большая кухня. Впрочем, рано или поздно у него появится своя семья.

— У тебя есть шесть часов. Ты ведь справишься?

— Конечно, — за те деньги, что он просунул мне в конверте, я справлюсь и за три часа. — А не маловато ли еды? Макароны, пирог… странно все это.

— Считаешь, надо заказать лобстера, креветок и черную икру? — с усмешкой в голосе спрашивает он и, сорвав несколько черри с ветки прямо не мытые погружает в рот. Рискованный, однако, мужчина.

— Я именно такое и предполагала.

— Обойдется, — Алекс улыбается, что кажется неожиданным и необычным для меня. — Остальное Семен привезет. Всякие закуски, колбасы и сыры.

— И вино, — зачем-то добавляю я, заглядывая в пакеты.

— Итальянец с собой возьмет. Итальянское, естественно, — встав позади меня, впечатывает в столешницу, и хотя не касается, но тело обдает жаром от близости. Я боюсь повернуться. Не задаваясь вопросами, зачем он так встал, понимаю, что намеренно пытается смутить меня, гадкий оборотень.

— Александр…

— М?

— А не слишком ли вы близко ко мне стоите?

Рука касается моих волос и убирает их, оголяя шею. Я напрягаюсь как дикобраз. Жаль, иголок нет. А когда его дыхание ощущаю на своей коже, ноги вдруг отказывают мне в поддержке.

— А разве мы не договаривались в приватной обстановке на ты? Мне нравится твой парфюм, Катя. Что это?

— Детское мыло!

— Мыло, значит, — Александр отстраняется. — Давай наденем на тебя фартук. Позволишь?

9 Катя

Меня малость потряхивает. Хотя нет, не малость, и не потряхивает, а колбасит! Я оборачиваюсь, мужчина держит черный фартук и протягивает мне, но, когда я попыталась его забрать он не дал.

— Я помогу, — говорит немного строго и закидывает мне на шею бретельки. — А теперь повернись.

Кажется, ему это доставляет удовольствие! Нет, не фартук на меня надевать, а вгонять в краску.

— Мне еще тридцать восемь, не такой уж я и старый, чтобы ты мне тыкала пока мы наедине.

— Хм.

— Что?

Его пальцы скользнули по моей талии, чувствую, как он аккуратно и медленно завязывает пояс у меня за спиной.

— Спасибо.

— Что значит твое хм?

— Совершенно ничего, — вот и думайте теперь. — Вы мой босс, не могу я на «ты». Вот когда услышу, как Семён и Лидия к вам так обращаются, тогда я подумаю.

— Ты принимаешь приглашение работать на меня?

— Только сегодня.

— Тогда маловероятно ты от них такое услышишь. В моем доме мои