Отчаяние драконов - Владимир Аренев

Ренкр поднялся, растерянно оглядываясь. И правда, где-то вдали, сквозь переплетение ветвей и листвы была заметна небольшая светящаяся точка. Она бы и вовсе осталась невидимой, если б местность здесь не поднималась, так что Ренкр находился как бы на высоком гребне, а то место, где сейчас жгли костер, — в низине.

Так, ну и что дальше? Он размышлял, а руки привычно держали кусок вяленого мяса и какой-то плод, челюсти жевали.

В общем-то, Черный не оставил ему другого выбора, не идти же и вправду выручать бессмертного. Смех. Но смеяться почему-то не хотелось. Наверное, потому, что все время вспоминался страх в зрачках Черного — если он так боялся гномьего плена, то уж вовсе не из-за своей суеверности.

Ладно, хватит. Пора собирать вещи и уходить как можно дальше от этого костерка.

Всю ночь Ренкр шел, ориентируясь по звездам и пытаясь сообразить, каким же образом ему раздобыть меганевру. Потом плюнул, решив, что все равно окончательно это выяснится в самый последний момент. Нужно искать летунов, а там уж разберемся. Ближе к рассвету он устроил привал и даже попытался заснуть, понимая, что теперь придется переходить на дневную активность, а иначе меганевреров не выследить.

Поздним утром Ренкр проснулся, позавтракал и отправился в путь. Сейчас он шел по местности, напоминавшей больше степь, чем те тропические леса, к которым он уже успел привыкнуть. Высокая, до пояса, трава и множество кустарниковых деревьев, и все это на складчатой морщинистой поверхности, состоящей из чередующихся низин и гребней. Очень удобно играть в прятки, но почти невозможно нормально передвигаться: на гребне могли заметить тебя, в низине попробуй продерись сквозь гибкие колючие ветки кустарника. Ренкр все-таки рискнул и предпочел гребни — оттуда было неплохо видно окружающее пространство, и он надеялся, что заметит летунов первый.

Ближе к полудню надежда оправдалась. Где-то вдали, почти у самого горизонта, мелькнули две продолговатые тени. «Кажется, приближаются», — подумал альв и сошел с гребня вбок, передвигаясь по склону. В случае опасности отсюда можно было легко скатиться в заросли и замереть, надеясь, что не заметят. Тени на самом деле приближались, но достаточно медленно, чтобы он успел остановиться и не тратить сил понапрасну. Даже наоборот, пошел в ту же сторону, куда летели стрекозы. Ведь все равно через некоторое время они успеют его догнать и обогнать, еще дай Создатель, чтобы потом он смог их найти.

Меганевры приближались. В результате Ренкр все-таки спустился в заросли низины и замер там, забравшись как можно дальше в колючее сплетение ветвей. С тяжелым гудением стрекозы пронеслись над его головой и полетели дальше на восток. Парень выбрался из цепких объятий кустарника и пошел вслед за насекомыми. Признаться, надежды на то, что он сможет найти их стоянку хотя бы к полуночи, почти не было. С такой скоростью летуны окажутся слишком далеко, и потом, они могут свернуть когда угодно, а он так об этом и не узнает.

Когда пошел дождь, вначале альв даже не поверил. Слишком уж удачно все складывалось. Он ускорил шаг, даже перешел на бег, но потом одернул себя: силы еще понадобятся. В конце концов Ренкр добрался до холма, макушка которого солидно возвышалась над окружающим, давая возможность прекрасного обзора. Уже темнело, и парень без труда разглядел маленькую светящуюся точку чуть правее, чем он предполагал. Здесь, на холме, Ренкр присел и решил перекусить перед грядущей бессонной ночью. Если все получится…

Альв оборвал свои мысли и засунул их в самый дальний закуток сознания. Праздник и цветы потом, сначала — дело.

Ренкр собрался и пошел в сторону светящегося огонька.

Последние несколько метров он прополз на животе, стараясь издавать как можно меньше шума. Летуны устроили свой лагерь на небольшой полянке, в низине. Вокруг лагеря росло такое множество кустов, что Ренкр даже обрадовался — удастся незаметно подобраться, а уж там… Он снял и оставил здесь свой мешок, прихватив все, что могло понадобиться. Выглянул. На небольшом пятачке свободной от кустов земли топтались две гигантских стрекозы и сидели у костра четверо гномов.

Дождь прошел, но влажная трава уже успела намочить всю Ренкрову одежду, так что, притаившись у самого края полянки, он не ощущал особого комфорта. А ведь лежать ему здесь еще Создатель ведает сколько. Тем временем гномы уже достали из вьючных сумок спальные мешки и улеглись у костра, даже не позаботившись выставить охрану. Наступил тот момент, которого Ренкр дожидался, в глубине души надеясь, что он никогда не наступит. Потому что убивать спящих…

/все равно придется! И не строй из себя невесть что!/ Он и не строил. Подождал еще с полчаса, потом выбрался из своего укрытия и тихо-мирно перерезал троим гномам горло. Третий, правда, проснулся за мгновение до смерти, посмотрел на альва испуганными непонимающими глазами, но тот ударил лезвием по шее, и глаза эти сразу же стали равнодушно-стеклянными, как у тряпичной куклы. Четвертого Ренкр оглушил и связал — сам он понятия не имел, как обращаться с треклятой стрекозой, но отступать не собирался. Пока связанный приходил в себя, парень сходил за своим мешком и проверил вещи гномов. Правда, взял он только припасы летунов и карту — Черный, конечно, помнил ее наизусть, но Ренкр мог восстановить лишь отдельные фрагменты, а вот только заблудиться ему сейчас как раз и не хватает для полного счастья.

Тем временем связанный гном уже пришел в себя, но кричать и звать на помощь не стал — и так понимал, что звать, в общем-то, некого. Он только злобно посмотрел на парня и прошипел:

— А где ж твой напарник?

Ренкр пожал плечами:

— Тебя это не касается. Лучше попробуй уснуть, до утра еще много времени.

— А утром?

— А утром мы будем летать, — коротко ответил альв.

Потом встал и принялся оттаскивать трупы в кусты. Тела были какие-то мягкие — и одновременно неестественно твердые, как мешки, в которые набросали камней, а затем переложили эти камни тряпками. Крови, запачкавшей руки и куртку, Ренкр не замечал. Закончив, альв вернулся к костру и прилег, понимая, что заснуть не удастся, но нужно было хотя бы попробовать. Завтра предстоял тяжелый день.

Попытка удалась, и он даже успел слегка удивиться, проваливаясь в колодец сна. В тот самый колодец, который, казалось, уже перестал его преследовать. После Эндоллон-Дотт-Вэндра он не появлялся ни разу, а вот гляди ж, никуда не исчез. Просто дал передышку.

Ренкр падал. Но теперь его почему-то не пугали клочья /кровавых волос/ мха, торчащие из щелей между камнями, не пугало алое свечение внизу (или впереди?)… Он просто падал, потому что это «ему свойственно». И замолчали голоса, потому что им было нечего сказать. «Остановись?» Так ведь нельзя останавливаться на полпути. Даже если это — полпути к смерти, к чужим искореженным судьбам? Да, даже в этом случае. Потому что по-другому не получается. Но поверьте, это не означает, что от падения в этот проклятый колодец Ренкр получает удовольствие, совсем даже наоборот.

Долинщик вынырнул на поверхность действительности, глотая ртом колючий холодный воздух раннего утра, пытаясь разобраться, где он и что с ним. Прийти в себя помогло зрелище двух огромных стрекоз, стоявших неподалеку. Они шевелили большими черными зубцами, расположенными у ротовых отверстий, и подергивали подсохшими за ночь белесыми крыльями. Гном, кажется, все-таки сумел заснуть. «Счастливчик», — мрачно подумал Ренкр.