Сорок истин - Ана Ховская

Вернувшись домой, Ульяна запретила себе думать о каких-либо решениях до завтра. Она допила остатки вина с нового года, приняла душ и зарылась в одеяло и подушку.

Когда телефон зарядился, Ульяна увидела несколько пропущенных звонков от Маслова и множество сообщений на ватсап. Но открыла только сообщения от Маши и коротко написала: «У меня все хорошо. Спасибо за три прекрасных дня», и снова спряталась под одеяло.

Поздно вечером в дверь позвонили, даже грозно постучали. Но Ульяна так и не поднялась. На следующее утро кто-то снова настойчиво позвонил в дверь. Ульяна накрыла голову подушкой и провалилась в сон.

Вечером спрятаться от назойливого гостя не удалось. Ульяна захотела есть, поэтому включила свет и приготовила себе спагетти.

— Ульяна, открой! Я видел, у тебя горит свет. Что случилось?! Почему ты вернулась раньше? — громко крикнул Аркадий. — Мне дядя Паша сказал…

— Проваливай! — прошипела себе под нос Ульяна, презрительно глядя на дверь.

— Ну, котенок, скажи хоть, что ты жива? — прислонился Маслов к двери.

«О-о, еще как жива! И до пенсии далеко!»

Ульяна не любила, когда с ней сюсюкали, особенно когда называли разными ласкательными прозвищами, но к «Котенку» Аркадия привыкла. Однако сейчас эта лицемерная нежность яростно вспарывала вены.

— Котенок, значит? — процедила она и решительно направилась к двери.

Маслов испуганно отпрянул, когда дверь резко распахнулась, а на пороге на него воинственно глянула Ульяна. Вид у нее был напряженный.

— Твою мать, я думал, с тобой беда! Ты почему трубку не берешь? Неужели так сложно просто написать, что прилетела, что все нормально? — возмущенно спросил он, разглядывая ее с головы до ног.

Ульяна несколько секунд пристально рассматривала Аркадия, выискивая всю ту низость, которую он так умело скрывал от нее. Но, нет, его лицемерная маска прочно вросла в кожу.

«Я ведь хотела от тебя детей… ждала предложения…»— с брезгливостью подумала Ульяна. — А сейчас даже смотреть на тебя противно!»

— Телефон разрядился, — сдержанно проговорила Ульяна.

Аркадия смутил ее странно безразличный тон. Он устало выдохнул, смягчился и сделал шаг к ней. Но она не отступила в сторону, холодно прищурилась и скрестила руки на груди.

— Ты меня не пустишь? — удивился он.

Ульяна еще с минуту мерила его испытующим взглядом, а потом равнодушно отвернулась и ушла в кухню.

— Если у тебя дурное настроение, не срывайся на мне, — закрывая дверь, упрекнул Аркадий и прошел следом. — У тебя что-то случилось?

Ульяна стояла у окна, бедром подпирая подоконник, и перемешивала спагетти с маслом. Она не желала опускаться до выяснения отношений, которые собиралась закончить, только хотела, чтобы Аркадий сказал ей правду в лицо, в глаза ему посмотреть и еще раз увериться в собственной интуиции, которая долго кричала ей не уступать его напору, а она все же сдалась.

— У меня с теткой проблемы, — сухо ответила Ульяна. — Я тут подумала: в рекламе мне будет сложнее быстро войти в курс дела, может, назначишь меня ведущим специалистом договорного отдела в любом из филиалов? Я практически этим и занимаюсь… Хочу с головой уйти в работу.

Маслов перевел глаза на блюдо в руках Ульяны, затем на стол, потом еще куда-то, сунул руки в карманы брюк и подошел ближе.

— Я повышу твой оклад, если тебе не хватает…

— То есть новую должность ты мне не дашь? — прищурилась Ульяна.

— Разве важно, как будет называться твоя должность? — уклончиво ответил он.

«Чего ты трусишь? Скажи мне все прямо, и дело с концом!»— с отвращением подумала она, но продолжила все тем же спокойным тоном:

— А почему ты думаешь, что это не важно?

— Ты будешь получать достаточно, зачем тебе головная боль и лишняя ответственность?

— Почему ты решаешь за меня? — поинтересовалась она.

Маслову стало не по себе от ее прямого взгляда и тона, не предвещающих ничего хорошего. Он напряженно скрестил руки на груди и проговорил:

— Если дело в деньгах, то мы говорили об этом… Мы ведь будем жить вместе, я о тебе позабочусь.

— Разве я говорю о деньгах? — возразила Ульяна. — Я говорю о самореализации, о переходе на другой уровень…

Аркадий нервно сглотнул, но продолжил настаивать:

— Зачем тебе все усложнять? Я не смог устроить для тебя должность в головной компании, а в филиал не хочу тебя отпускать. Хочу, чтобы ты была рядом…

— Но я же не собачонка, чтобы всегда быть рядом, — отрезала Ульяна и сурово выпрямилась. — Кофе, политые цветочки, бесконечные бумажки тебе на подпись и ублажать всех недовольных клиентов — это не мой предел.

— Ты превращаешь все в какую-то экзистенциальную патетику, — недоуменно пожал плечами Аркадий.

Ульяна была оскорблена до глубины души и вот уже сутки корила себя, что могла так в нем ошибиться.

— Конечно, — тихо проговорила она, — я всего лишь не глупая женщина предпенсионного возраста, которой нужна хорошая партия.

Аркадий нахмурился, не понимая, откуда она это взяла, присел за стол и раздраженно выдохнул:

— Ваша женская логика меня с ума сводит!

Ульяна недовольно поставила блюдо на стол, повернулась к плите и поставила чайник на огонь.

— Ульяна, в чем дело? Тебя все уважают, к тебе не относятся как к простому секретарю. Ты давно завоевала авторитет. Я не понимаю, откуда такая агрессия?

— Это не агрессия! — удивилась Ульяна такому непониманию. — Я хочу, чтобы ты все называл своими именами, а не заменял удобными категориями. Я хочу ясности и честности. Я знаю, на что способна, и не хочу быть простым исполнителем. Я хочу иметь перспективу, но не потому, что я с тобой, а заслуженно. Я ведь заслужила, правда?

Ульяна повернулась и вопросительно посмотрела на Маслова.

— Да, заслужила, — с вынужденной виной опустил глаза он. — Но не думал, что для тебя это так важно… Все ведь было хорошо…

«Ты ничего так и не понял обо мне!»— разочарованно отвернулась Ульяна.

Пока закипал чайник, от напряженного молчания звенело в ушах. Ульяне хотелось, чтобы Аркадий просто встал и ушел. Но тот сидел и чего-то ждал. А ей больше нечего было обсуждать. До него даже не дошло, что она слышала его разговор с Терентьевым.

— Знаешь, у меня очень много дел, — не поворачиваясь, проговорила Ульяна. — Езжай домой…

— Котенок, ну прости меня? — неожиданно Маслов обнял ее со спины, а уткнувшись носом за ухо, прошептал — Я люблю тебя…

Ульяна напряженно повернула голову и с насмешкой выдала:

— Так возьми замуж!

Аркадий замер на секунду, неловко выдохнул и разомкнул руки.