Сорок истин - Ана Ховская

— Да ладно тебе, народ разный. На всех вежливости не хватило. А Стас мне нравится. Увлеченный своим делом и лояльный заказчик.

— А что у него за фото в ватсапе?

Вынимая мобильный из кармана пуховика, Ульяна поднесла стакан с кофе к губам и чуть не обожглась, когда телефон завибрировал и заиграл неприятно-знакомым рингтоном. Она поморщилась и передала стакан подруге.

— Да, теть Лиль…

— Я приехала, а тебя нет! Ты где? — раздался прокуренный голос тетки.

— Вы приехали?! — удивилась Ульяна и перевела круглые глаза на Машу.

— Да, Уля, я вернулась, чтобы решить вопрос с квартирой. Ты же вроде переехать надумала к жениху… Я решила продать квартиру. Деньги сейчас очень нужны… Сама понимаешь, здоровье у меня не очень…

Ульяна скосила глаза к носу, понимая, что сейчас придется выслушивать все о новых болячках тетки, как ей сложно живется. Но она прекрасно понимала, кому на самом деле были нужны эти деньги. Юрий давно облизывался на эту квартиру, а больше всего хотел выбить Ульяну из колеи. Это была давняя месть…

— Я в отпуске, теть Лиль, уехала к подруге, — вежливо перебила Ульяна. — Вернусь через неделю, и все решим.

— А где это ты? Далеко ль? — недовольно спросила та. — Вернулась бы на денек. Все быстро оформим. Тебе же выписаться надо…

— Я в Москве, быстро не получится. Билеты не поменять, — терпеливо ответила Ульяна.

На самом деле билет можно было обменять на более ранний рейс с небольшой доплатой, но Ульяне из принципа не хотелось менять планы. Тетка всегда была эгоистичной и не терпела других решений, кроме собственных. Ульяну не слишком расстраивало отсутствие жилья, собственно, его у нее никогда и не было. А скоро она переезжает к Маслову. Но неприкрытое равнодушие тетки к дочери родной сестры и желание отобрать последнее, что связывало ее с родителями, отзывалось горечью внутри.

— Улька, я приехала всего на неделю, — продолжила настаивать тетка. — У меня тоже самолет. В Гомель не так просто билеты поменять. Тебе уж проще… И что за неблагодарность такая? Я тебе столько лет позволяла жить в этой квартире, могла бы пойти навстречу…

Крылова, расслышав слова тетки, презрительно прищурилась:

— Позволяла она тебе жить! Вот мразь!

Ульяна прикрыла трубку ладонью и отошла от подруги.

— А что мне делать с пропиской?

— А жених тебе на кой? — возмущенно запыхтела тетка.

— Я поменяю билет, но не раньше чем через три дня, — решила Ульяна, быстро извинилась, что заходит в метро, и отключилась.

Маша стояла за спиной Ульяны и качала головой. Та оглянулась и, глубоко вздохнув, бодро сказала:

— Все хорошо!

— Угу, и ведь не пристрелишь собаку бешеную, — кивнула Маша и обняла подругу.

— Да пусть себе живет со своими болячками. Они ее быстрее доконают, — отмахнулась Ульяна, не желая впускать дурные мысли в отличное настроение, и отстранилась.

***

К позднему вечеру подруги добрались домой. Басин был в командировке, поэтому уютная квартира подруги, обставленная строго по фэн-шуй, ароматный травяной чай, горячая ванна с солью приглушили неприятный осадок от разговора с теткой.

Мария уложила Ульяну на широкий диван в большой кухне-гостиной, сделала точечный массаж головы, чувствуя, что той нужно расслабиться и, пожелав доброй ночи, удалилась в свою спальню.

Среди ночи Ульяна проснулась от какой-то странной тревоги. Вроде бы кошмары не снились, но было не по себе. Она заварила ромашку с чабрецом, которые привезла Денису, и села на широкий подоконник.

Дом стоял далеко от дороги. Во дворе было тихо-тихо. За окном медленно кружил снег, а тревога не утихала. Тогда Ульяна переключилась на мысли о том, как вернется в Новороссийск, переедет к Аркадию, как будет каждое утро варить ему кашу, выезжать с ним на работу, возвращаться назад… А по выходным готовить свои любимые десерты, рисовать…

Ульяна была благодарна жизни за эти отношения. Она ценила и уважала Аркадия: надежный, разумный и обстоятельный мужчина, несмотря на то, что он несколько моложе. В этих отношениях не было огня, страсти, но и шальных качелей, расшатывающих нервную систему, как с бывшим мужем и несколькими ухажерами после. Гораздо важнее, что Аркадий дарил ей уверенность в будущем и спокойствие в настоящем. Взаимное уважение, схожие взгляды, удовольствие от близости — все, что нужно, чтобы чувствовать себя счастливой. Такие отношения не приносили разочарований и разрушений.

Но почему-то беспокойство не оставляло. Казалось бы, все хорошо, но впереди была такая же неопределенность, как в конце длинного двора, где перегорели фонари, а снег мешал разглядеть перспективу.

— Все хорошо, все хорошо, все хорошо, — как мантру, нараспев прошептала Ульяна и вернулась в постель.