Четвертый рубин - Джеймс Р. Ганнибал

– Могли бы и раньше включить.

Профессор откинул крышку на подлокотнике и нажал красную кнопку. Раздался гул, и кресло поднялось в воздух на подушке голубоватого пламени. Джек бросился вниз по ступенькам, спеша открыть двери перед влетающим креслом.

– Каждый раз жалею, – проговорил Таннер, что не могу использовать фотонные двигатели, вместо того чтобы ползать по пандусам в подземке… но секреты надо беречь.

Профессор с учеником оказались в восьмиугольном кабинете, стены которого сплошь занимали книжные полки, шкафы и столики из красного дерева. Впрочем, в отличие от остальных помещений башни, здесь искателю было на что отвлечься. Из бамбуковых трубок настольного фонтанчика капала вода, вдоль шкафов и полок с жужжанием гонялись друг за другом два заводных дирижабля. А ещё в кабинете повсюду лежали сферы. Блестящие, всех размеров и цветов, из камня и металла, на каждой полке, на каждом столе, некоторые – огромные, как шары для боулинга.

Сферы служили для тренировки юных искателей. За год учёбы Джек перепробовал их все до одной и наблюдал тени и лица Эдвардов Таннеров многих ушедших поколений. Где-то в недрах Цитадели хранились и сферы предков самого Джека, но он их ни разу не видел: служебный кабинет Баклзов был опечатан в ожидании суда над отцом.

Входя в кабинет, Джек задержался у двери, чтобы потрогать свой любимый шарик из драконьего камня, тёмно-серого, почти чёрного, с глубокими переливами красного и синего. Все залежи этого минерала в Лондоне были исчерпаны ещё тысячу лет назад, а в бывшей шахте-крепости Министерства драконов в центре города теперь располагался архив Старших министерств – самая странная библиотека в мире. Джек не боялся видений из драконьего шара: ни одному искателю такое пока ещё не удавалось. Прикосновение вызывало в руке лишь приятную волну золотистого тепла.

– Снимай куртку, – велел профессор, щёлкнув пальцами, когда колёса кресла плавно опустились на ковёр. – Порядок есть порядок.

Джек отнял руку от сферы и скинул кожаную куртку, оставшись в жилетке и галстуке, которые полагалось носить всем ученикам в министерстве. Конечно, джинсы и футболка, которые он носил на арене, были удобнее, но Таннер их не терпел.

Поворачивая кресло, чтобы повесить куртку, профессор смахнул со стола лист бумаги. Поднимая его, Джек увидел рисунок – треугольник с четырьмя кружочками на вершинах и в центре с соединяющими линиями. Почерком Таннера было приписано: «Ныряльщиков, 49». Сразу вспомнив рассказ о судне Ост-Индской компании, ухнувшем в Марианскую впадину, Джек с любопытством взглянул на профессора:

– Вы… до сих пор ищете рубин Тимура?

– Ну, понимаешь, это стало для меня чем-то вроде хобби. – Старик неловко улыбнулся, пряча рисунок в ящик стола. – А теперь, мой мальчик, давай-ка попытаемся вернуть тебе уверенность в своих силах после вчерашнего… мм… скажем так, фиаско. У меня тут есть кое-что новенькое, чего ты ещё не пробовал.

Таннер выдвинул на середину стола ореховый ящичек, в котором на ониксовой подставке был укреплён серебряный стержень с двумя плетёными золотыми корзинками на концах. В каждой лежал золотистый каменный шарик размером с мячик для гольфа.

Джек взглянул на камни. Крупные и полупрозрачные, они захватывали свет и звук лучше других минералов, позволяя получать чёткие видения. Такие шарики использовались для обучения новичков.

Джек вздохнул. Похоже, учитель решил вернуть его к азам ремесла.

– Профессор, я всё умею. Вчера мне просто…

– Правда? – Таннер откатился назад, испытующе глядя на ученика. – Ты знаешь, что это такое на самом деле?

Джек пожал плечами.

– Ну… вибрация молекул передаётся моим нервным окончаниям. – Он неопределённо пошевелил пальцами. – А по нервам картинки и звук передаются в мозг.

– Э-э… – покачал головой Таннер. – Такое объяснение слишком сильно всё упрощает. – Он кивнул на бамбуковый фонтанчик в углу стола. – Ты хочешь сказать, что образы текут по нервной системе, как вода по трубе, в одном направлении? – Его сухие пальцы вдруг вцепились Джеку в запястье. – Только вот это… – Он покачал руку Джека вверх и вниз. – Это не просто труба. Рука искателя скорее напоминает электрический кабель. А как движется сигнал по кабелю, ты знаешь?

– В обоих направлениях, – кивнул Джек. До него начало доходить.

– Вот именно! Речь идёт о двусторонней коммуникации, о взаимодействии. – Профессор поднёс руку Джека к жёлтому камню. – Вот и пора нам выйти за пределы простого наблюдения!

– Погодите! – Джек задержал руку, невольно оглянувшись на куртку, но заветный Зет был далеко. – Но… почему вы мне раньше этого не показывали?

Эдвард Таннер усмехнулся:

– А потому, мальчик мой, что взаимодействие с потоком видений крайне опасно!

С этими словами он прижал ладонь Джека к поверхности жёлтого шара.