Возвращение Мориарти - Джон Гарднер

— Вы же предатель. Доносчик. — В голосе Кроу сквозило отвращение.

— Мне дорого собственное будущее, и я ставлю на него все. Я расскажу, где искать Профессора, как туда попасть… расскажу все. Но только при условии, что вы дадите мне час.

В голове у Кроу уже гудел растревоженный рой мыслей. Предложение Пейджета стало нежданным подарком, манной небесной. Пейджета можно взять потом, а сейчас — если он выдаст логово Мориарти — все полицейские силы следует бросить на поимку главного злодея. На остальное времени не будет — именно на это и делает ставку Пейджет.

Кроу медленно кивнул.

— Я дам вам час, — спокойно проговорил он.

Пейджет облегченно выдохнул. Волна надежды ударила с такой силой, что он едва не выпустил рукоятку револьвера.

— Ладно, инспектор. Будем считать, договорились. Посмотрим, кто чего стоит.

Некоторое время — Кроу оно показалось вечностью — Пейджет молчал, потом, словно приняв окончательное решение, заговорил — негромко, твердо, как человек, покончивший с сомнениями. Он рассказал о складе все: месторасположение, пути подхода, внутреннее устройство. Рассказал, как пройти через ворота, описал замки и запоры на дверях. Он говорил долгих десять минут, и все это время Кроу слушал его — внимательно, сосредоточенно, не перебивая и не отвлекаясь.

— Что еще вам нужно? — спросил наконец Пейджет.

— Сколько человек там может быть?

— Трудно сказать. Когда я уходил, все готовились к переезду. Возможно, птичка уже улетела. Если нет, человек двадцать-тридцать. Или даже больше, если Профессор решил остаться и дать бой. Все входы будут прикрывать еще и снаружи. У него отличная система наблюдения и охраны.

— И вы говорите, что подходить следует только пешим?

— Да. Подъехать можно лишь со стороны доков.

— Расскажите об этом.

Пейджет подробно расписал маршрут, зная, что к этому времени на складе уже никого не осталось.

— Хорошо, — сказал наконец Кроу. — Благодарить сейчас не стану. Думаю, мы еще встретимся.

— Я уже говорил вам, что дом окружен. — Пейджет скосил глаза на часы. Прошло двадцать минут — поезд от Паддингтона уйдет через семьдесят с небольшим. — За вами будут присматривать еще десять минут. — Он криво усмехнулся. — Поверьте мне, инспектор Кроу, они застрелят любого, кто попытается выйти раньше назначенного времени. — Их взгляды встретились, и Пейджет понял — полицейский знает, что он блефует. — Мне нужно убраться отсюда. Понимаете?

— Вам позволят убраться.

Сильвия Коулз в очередной раз всхлипнула. Справиться с истерикой у нее не получалось, и Пейджет подумал, что инспектор еще намается с этой дамочкой.

— Тогда я пойду.

Пейджет осторожно отступил к порогу, вышел в коридор, закрыл за собой дверь и рванул по коридору.

Кэб стоял на прежнем месте. Пейджет подлетел к нему, вскочил на подножку и окликнул возницу.

— Отвези меня к Марбл-Арч. — От триумфальной арки до вокзала было не так уж далеко, к тому же он знал короткий маршрут.

Кэб сорвался с места. Пейджет плюхнулся на сиденье и выдохнул.

— Привет, Пип, — раздался у него над ухом тихий голос. — Я подумал, что приберегу тебя для себя. Хорошо, что мои парни приглядывали за мистером Кроу.

Паркер сидел рядом с омерзительной улыбочкой на губах, и дуло его револьвера упиралось Пейджету в живот.

Уильям С. Уозерспун, он же Доктор Ночь, квартировал в доме на Сент-Мартин-лейн, неподалеку от «Альгамбры», что, вероятно, в какой-то степени компенсировало расходы.

Профессор уже ознакомился с деталями на удивление скромной личной жизни и быта иллюзиониста, бывшего за пределами театра человеком тихим и нелюдимым. Знал он и то, что в доме есть небольшая мансардная комната, которую хозяйка никому не сдает.

Выйдя из «Альгамбры», Мориарти быстро прошел на Крэнборн-стрит, где его ждал кэб с Харкнессом и Мэри. Оттуда они проехали к Сент-Мартин-лейн, где Профессор и Мэри вышли, а Харкнесс получил указание относительно следующей встречи. Пара прошла к дому миссис Харрингтон, добродушной, краснощекой дамы, переживавшей затянувшийся роман с бутылкой джина.

На цепочке у Уозерспуна болталось несколько ключей; угадать, который из них открывает переднюю дверь, Профессору не составило труда — по части замков у него был немалый опыт.

Он закрывал дверь, когда из гостиной вышла миссис Харрингтон.

— Мистер Уозерспун, — с чувством произнесла она и, увидев Мэри, осеклась и выразительно вскинула бровь. — О, у вас гостья. Не желаете ли чаю?

— Да, миссис Харрингтон, если можно. — Мориарти пришлось слегка понизить голос, чтобы попасть в нужный тон. — И не могли бы вы помочь мне в одном деле?

— Для вас, мистер Уозерспун, все, что угодно. — Хозяйка жеманно, как девчонка, хихикнула.

— Все дело в Рози, — сказал Профессор.

— Рози? Той самой, что выступала с вами?

— Я отпустил ее.

— О… Дали ей коленкой под зад? — Новость удивила миссис Уозерспун не больше, чем привратника в «Альгамбре».

— Я стараюсь не употреблять таких выражений, миссис Харрингтон. Это нехорошее выражение. Но вы правы, Рози пришлось уйти. — Он кивком указал на Мэри. — Ее заменит мисс Мэри Мэллони.

Выпитое добавило улыбке хозяйки тепла.

— Рада познакомиться.

— Я тоже, — ответила Мэри.

— Дело вот в чем… — нерешительно начал Мориарти. — Мисс Мэллони живет далеко отсюда, а нам в ближайшие дни предстоит много работать, чтобы подготовиться к выступлению.

— Да?

Он подумал, что вот сейчас миссис Харрингтон встанет в позу и заявит, что у нее приличный дом.

— Вы не могли бы сдать на несколько дней мансардную комнату? Она ведь сейчас пустует?

— Да, — неуверенно ответила миссис Харрингтон. — Там никто не живет.

— Я заплачу вам больше обычного, поскольку это ненадолго, и вы избавили бы меня от неудобств.

Сдавать комнату наверху миссис Харрингтон не хотела, но предложение выглядело заманчиво, и отказываться от хороших и быстрых денег было бы глупо.

— Пусть берет. Надолго?

— Только до конца недели. Видите ли, — важно, следуя манере настоящего Доктора Ночь, добавил Мориарти, — нам еще многое нужно сделать до пятницы, когда мы выступаем перед принцем и принцессой.

Это историческое событие, по всей видимости, выпало из памяти миссис Харрингтон, и теперь она едва не склонилась в почтительном поклоне.

— Ах, да, да. Конечно. Как я могла забыть! Разумеется, пусть занимает ту комнату.

— Я спущусь позже, и мы обсудим условия.

Хозяйка закивала.