Земля обетованная - Дэвид Хьюсон

– Нет, – возразила Сюзанна. – Слушать это я не намерена. Я не вступлю в переговоры под давлением.

– Заткнись, – приказал Маккендрик.

– Заткнись, – повторил я.

Она заткнулась, но при этом окинула меня уничижительным взглядом.

– Деньги? – спросил я.

Он рассмеялся.

– Деньги. Деньги! Вот ты сидишь, ешь мою еду. У тебя ничего нет, никаких доказательств, и ты толкуешь о деньгах.

– Ты же не думаешь, что я принес тебе пленку сюда. Тех людей, которых застрелили в маленьком секс-клубе, ты и твои друзья использовали в своих целях. Давай, Кайл. Не будь дураком.

Он насупил брови, глаза гневно засверкали. Я подумал, что с людьми такого статуса, как он, нельзя делать одной вещи: называть их дураками.

Пришел Микки с тремя глубокими тарелками дымящегося рагу. Один только запах вызвал у меня желание взять тарелку, уйти в уголок, прихватить бутылку вина, есть, пить и забыться.

Микки ушел, мы остались одни. Маккендрик спросил:

– Так ты вспомнил?

Я рассмеялся.

– Ты неглуп. Я всегда это знал. Мириам – тоже. Она отдавала тебе должное, Кайл.

– Когда ты вспомнил? – спросил он. – В гараже того придурка?

Я покачал головой.

– Угадай.

– Мы что, с тобой в угадайку играем? – заревел он и перегнулся через стол.

При этом его движении разлетелись по сторонам помидоры и куски рыбы.

– Теперь понимаешь, – спокойно сказал я, – почему мы едим на улице.

Интересная деталь: Пол, его помощник, во время вспышки хозяина даже глазом не повел. Видно, знал свое место.

– Когда ты узнал? – повторил Кайл.

– Всегда знал, – ответил я. – С самого начала. Но что мне еще оставалось?

Он снова раскидал еду.

– Мы в тебя столько наркоты вкачали! Я даже перевел тебя в коррекционное заведение, чтобы там с тобой делали все, что не могли делать в Гвинете.

Сюзанна смотрела на меня широко открытыми глазами, с лестным сочувствием. Должен отметить, что без макияжа, с бокалом вина в руке она выглядела изумительно. В мои холостые дни я бы мечтал обедать в «Лумис энд Джейк» с такой женщиной, как она, особенно если за обед заплатил бы кто-то другой.

– Извини, – сказал я. – Поставь себя на мое место, Кайл. Если бы в тюрьме я тебе все отдал, то был бы сейчас мертв.

Он жадно ел рагу. Похоже, оно ему понравилось.

– Ну? – сказал я. – Я прав?

– Конечно, тебя бы не было, – подтвердил он.

– Поэтому я и держал это при себе.

– Врачи ведь в тебя вкачали столько дерьма…

– Ох уж эти врачи! Неужели ты им веришь? Я просто хотел жить.

И поднял бокал.

– А теперь я снова свободен. И хочу еще пожить. К тому же у меня была возможность проверить, остались ли записи там, куда я их положил. И в каком они состоянии. Зачем продавать подпорченный товар? Удовлетворенный покупатель – счастливый покупатель. Я хочу, чтобы ты был счастлив, Кайл. Что в этом плохого?

Он прорычал. В глазах Сюзанны я читал шок и тревогу.

– Деньги, – снова сказал я.

– Я положил на твой банковский счет тысячу, – сказал он. – Просто посмотреть, работает он или нет.

Он вдруг рыгнул. Громко.

– Ничего страшного, – сказал я. – И как, работает?

– Да, да, да. Миллиона ты не получишь, Бирс. Ты получишь… – Он снова рыгнул, и этот звук был еще ужаснее предыдущего. – Двадцать тысяч и твою жизнь, – слабым голосом закончил Маккендрик.

– Мне этого мало.

– Ладно, получишь пятьдесят и жизнь. И…

Он снова принялся рыгать.

Сюзанна похлопала его по руке.

– Кайл, дорогой. Что с тобой? Может, пойдешь в туалет?

– Вонючая рыба, – выдохнул он. – Глупые итальянцы, готовить не умеют.

Микки заметался вокруг стола.

– Что-то не так с едой, сэр? – спросил он, перебарщивая с угодливостью.

Кайл Маккендрик уже несся к дверям в кухню, схватившись за живот и выпуская за собой удушливую струю газа.

Микки последовал за ним. Я посмотрел на Пола. Он шаркал короткими ножками. Вид у него был потерянный. Я заметил, что он нажал на какую-то потайную кнопку в пиджаке. Это мне не понравилось.

– Бирс! – набросилась на меня Сюзанна. – Что, черт возьми, происходит?

Я взял ее за руку.

– Уходи тихонько отсюда, – посоветовал я. – Возьми такси и поезжай домой. Сиди там. Не пускай посторонних. Пока я не позвоню.

– Я еще не доела! – закричала она.

– Разве ты не видела, что случилось с нашим добрым другом Кайлом?

– Да, но только потому, что ты и твой итальянский дружок подложили что-то ему в тарелку. Может, Кайл – дурак и слепец, но я-то все вижу. Я не…

За дверями послышался шум.

– Все, я ушла, – сказала она, и к тому моменту, как я приблизился к Полу, ее и след простыл.

Он положил руку на маленькую скрытую кнопку. Я держал руку на револьвере.

– Прошу прощения, – сказал я и выдернул его наушник, сунул руку ему под пиджак и выхватил из кобуры револьвер.

Он был чистым и блестящим, как значок полицейского в первый день работы.

Пол глянул на мой револьвер, задохнулся, на шее медленно заходило крошечное адамово яблоко.

– Вы меня собираетесь застрелить, сэр? Должен вам сказать, у меня есть подруга. И мы надеемся начать семейную жизнь.

– Ну конечно же нет, Пол, – ответил я. – За какого человека вы меня принимаете?

– Не знаю… Иногда мистер Маккендрик встречает людей… Я совсем ничего не знаю.

– Вы звонили кому-то? Что у вас за наушник?

– Нет, – ответил он с грустной искренностью. – Если б я был порасторопней, то позвонил бы. Ведь мистер Маккендрик платит мне за работу.

Шум в соседнем помещении стал потише. Скоро Маккендрика посадят в фургон. Я надеялся, что рвота у него прекратится. Запах стоял ужасный.

Микки вышел из кухни, вытирая руки.

Посмотрел на Пола.

– Что будешь с ним делать?

– Может, здесь останется?

– Нет! У нас здесь не перевалочный пункт для бандитов.

– Он не бандит, – сказал я, прежде чем сам Пол успел возразить.

– Он не официант и не повар. Поэтому пусть убирается ко всем чертям.

– Ради бога, – пробормотал я. – Пол, вытяни руки.