Иностранец - Александр Афанасьев

Вы, наверное, думаете, что я такой герой… я никакой не герой; еще со времен работы в Москве я понял, что героем быть глупо.

Но я и не подонок как некоторые. Подонки – это те, кто приходят на полицейскую работу, чтобы зарабатывать деньги. Или просто иметь деньги – потому что то что они творят, нельзя описать словом «зарабатывать», скорее это рэкет. Просто я помню о цели, о том, ради чего все это. Цель – найти убийцу и воздать ему по заслугам…

Зоран – ждал меня со своими людьми недалеко от «Петли», того места, где произошла бойня. Он на сей раз был за рулем недорогого Фольксвагена, а братки, или охранники, или кто там у него – припарковались на противоположной стороне дороги на джипе. Зоран был в костюме, выглядел уставшим. Мне вдруг пришло в голову, что он мог быть неплохим разведчиком – на улице посмотришь, не запомнишь.

– Деньги получили? – спросил он

– Да.

– Отлично.

– Вот – я протянул папку с отчетом.

Зоран принял отчет, начал читать. Я заметил, что он владеет техникой скорочтения.

– Пойдет. Это вы и отдадите Василию.

– Да.

Я кивнул в сторону аэропорта. Там еще не все прибрали.

– Кто устроил бойню? Кто убил Хребановича?

– Во всяком случае, не мы.

– Он что-то знал.

– Что-то знал… вы влезли в дела наркомафии, а она этого не любит.

– На кого работал Савич?

– Вы разве не получили свои деньги?

Да, конечно, получил.

Как мне говорил первый мой начальник и учитель, Алексей Алексеевич его звали – преступники не рыба, сетью не выловишь. Лови по одному.

– Сегодня я встречаюсь с Василием. Через… три часа.

Божаич кивнул

– Удачи. Как пройдет отзвонитесь.

Я хотел еще кое-что сказать. Но промолчал…

…

У Василия – в доме было многолюдно, как и тогда – но меня пропустили, знали уже. Среди охраны были и те, в кого я целил тогда своим пистолетом – но они встретили меня без особой злобы…

Василий спустился со второго этажа, дал знак следовать за ним. Мы прошли двором – и вышли на улицу. Было уже темно.

– Вон там сядем – Василий снял со стены старомодную керосинку – там нам никто не помешает…

Место, куда меня привел Василий, было беседкой для шашлыков с летней кухней. Там и в самом деле было тихо. Он поставил лампу на стол – и свет снизу вверх сделал его лицо похожим на лицо Дракулы.

Моё, наверное, тоже

– Я слышал, вас… попросили из министерства?

Я кивнул

– Это так.

Василий покачал головой

– Жаль.

– Нет смысла жалеть. Дело практически раскрыто.

– Мне жаль вас.

– Меня?

– Вас.

Василий Никич смотрел на меня – старый и мудрый убийца

– Кому вы служите?

– Я? Никому.

– Вот именно. Потому мне вас и жаль.

…

– Я служу нации. Вы можете понять, что это значит, служить нации?

Я прислушался к себе – нет, не могу. Даже если отнять то что я полицейский, и по долгу службы вижу людей в самых неприглядных ситуациях и никаких иллюзий насчет них не испытываю… и даже с учетом того что мне почти полтинник, и пионерские костры давно отгорели, так давно, что я и не помню, были ли они когда-то… и все равно – нет.

Я не могу это понять. Почувствовать – не могу.

Как то я читал одного автора на русском, так вот – он сказал, что может сразу отличить те нации, в которых в истории была гражданская война – и те, у кого ее не было. Он прав. Гражданская война делит жизнь народа на до и после. И после – будет после. Как раньше – уже не будет.

Никогда.

У сербов – никогда в истории не было гражданской войны сербов с сербами. А у нас была.

– Нет.

– Спасибо за честность.

…

– Я знал русских… они приезжали воевать за нас. Один из них как то сказал мне, что воевать за русских так, как за сербов, он не смог бы.

…

– Что вы принесли?

– Вам не понравится.

– И все же.

Я достал телефон, нашел нужную запись.

– Это запись показаний Иво Хребановича, футбольного агента Лазаря Михалича. Он дал их до того, как был убит.

– Про Лазаря и про Аню? А это тут при чем?

– При том. Ты знаешь, что Аню убили?

– Знаю. Доигралась, с..а малолетняя.

– Доигралась с Богданом? Богданом Жераичем?

– Да какой Богдан… у Богдана таких как она… Богдан и на меня выходил, он хотел чтобы Лазарь забрал Аню, чтобы они поженились. Надоела она уже ему. Хотел спихнуть, и Лазарь был не против. Все были бы только за. Кроме Ани. Она к нему бегала… доставала. Еще придумала сказку… с беременностью.

– С какой беременностью?

– Что она беременна от Богдана. Дура, кого она обмануть хотела. Вбила себе в голову, что он на ней женится. Ага, как же.

– Продолжай. Лазарь знал?

– Да не знал он.

– Точно?

– Точно. Я его как мог от этого оберегал… Богдан Ане давал деньги через Зорана, он ее сам уже видеть не хотел. Она проблемой для него была. Он когда был депутатом – еще мог себе позволить. А сейчас знаете, кто он.

…

– Богдан готов был платить за контракт Лазаря, только бы он уехал и забрал Аню из Сербии. Зоран передал мне деньги от Богдана, много денег – сказал, найди для него клуб, любой, только от Сербии подальше. Если мало будут давать – я доплачу

– Много денег было?

– А… двести.

– Двести чего?