Клан бешеных - Марина Серова

Едва я произнесла эту фразу, как увидела, что к нашему столику с загадочной улыбкой Чеширского кота приближается рыжий Гриня. А этот здесь какими судьбами? Поэт подошел к нам, вежливо поздоровался и радостно сообщил:

– Полина, Антон! Вы не представляете! Произошло чудо! – Буйковский без приглашения присел на свободный стул.

– Что ты говоришь? Кто-то из богов спустился к нам, грешным, на землю? – усмехнулась я.

– Слушай, Полина! Это же хорошее начало стихотворения…

Гриша задумался на минуту, потер переносицу и вдруг с чувством выдал:

Спустился бог на землю к нам

Воздать всем людям по делам,

Спросить за смертные грехи…

– И за дурацкие стихи, – закончила я его четверостишие. – Гриня, ты давай не отвлекайся! О каком чуде ты говорил?

Гриня совершенно не обиделся, только удивленно захлопал своими рыжими ресницами:

– Я? О чуде? Действительно, о каком? Подождите… А! Фу ты, черт! Забыл… Я же сегодня утром был на допросе у следователя Портянкина. Он меня все подробно расспрашивал, расспрашивал, потом снова переспрашивал, уточнял, как там все было да что…

– Короче, Склифосовский! – не выдержал Ярцев.

– Да, Гриня, ты давай в двух словах, если можно, – поддержала я друга, – а то мы здесь вообще-то беседуем, если ты заметил.

Гриня не понял моего тонкого намека или сделал вид, что не понял:

– А если в двух словах, то он опять ничего толком не сказал. Но я пришел к такому выводу: он не может поймать меня на враках.

– Правильно мыслишь, – одобрил Ярцев. – Так что, от тебя теперь отстанут?

– Честно говоря, я не знаю. Но одно точно: мне больше не грозят, со мной разговаривают вежливо, наручники не надевают, признательные показания писать не заставляют…

– Ну, вот видишь, я же говорила, что все теперь будет хорошо! Я оказалась права…

– Да, Полина, но как ты угадала?

– А я – телепат.

– Но это действительно чудо!

– Тогда зайди в церковь и поставь свечку! – усмехнулся Ярцев.

– А что, и пойду, и поставлю! Во славу божью… За сим разрешите откланяться! – Довольный Гриня поднялся, галантно раскланялся и удалился, помахав нам на прощание рукой.

– Нет, ты слышала? – снова усмехнулся Антон: – «За сим разрешите откланяться»… Клоун! Ну, скажи, Полина, где справедливость в этом мире? Запись с риском для жизни сделала ты, подкинула следователю тоже ты, а свечка и слава – богу…

Я только улыбнулась в ответ.

– Антон, а ты передал ментам ту запись, где Виссарион признается в убийстве Полины Зайцевой?

– Разумеется! А ты подкинула Портянкину диск?

– А ты в этом сомневался?

– Нет, какие мы с тобой все-таки молодцы, а!

– Был бы толк…

Мы с Ярцевым доели обед, затем попрощались до вечера, и я ушла из кафе.

Я ехала домой в своем «Мини-Купере» и размышляла, что все-таки я нашла ахиллесову пяту Виссариона. Это – его связь с женой отца. Но как теперь подкинуть Кинделия-старшему запись, где его сынок развлекается на даче с его молодой горячей женушкой? Прийти к Иосифу Виссарионовичу на работу и проникнуть в его кабинет будет довольно проблематично. Нет, работа отпадает.

А если в то время, когда Кинделия, выйдя из здания ГИБДД после тяжелого трудового дня, садится в свою машину? Может, в этот момент пробежать мимо и бросить диск в окно его шикарной «Мицубиси»? Вдогонку за мной он точно не кинется: с его комплекцией беременного пингвина бегать – все равно что топору плавать. Но нет, окна он не открывает, у него в салоне наверняка кондиционер. А если подсунуть конверт с диском под «дворник» на переднем стекле? Но на входе в здание ГИБДД наверняка установлены камеры. Может, там даже специальный человек сидит на просмотре. Выскочит за мной… Нет, этот вариант мне тоже почему-то не особо нравится, не люблю играть в догонялки. А если просто следить за Кинделией? Он после работы опять пойдет в супермаркет, я – за ним. А там… Там видно будет. В крайнем случае можно положить конвертик в его почтовый ящик. Главное, чтобы женушка не достала мой диск.

За всеми этими размышлениями я не заметила, как превысила скорость, но спохватилась поздно, когда инспектор ГИБДД махнул перед моей машиной палочкой. Черт! Деваться некуда, знак я, разумеется, видела, только вот скорость не сбавила. А чего ее вообще здесь сбавлять: машин на дороге немного, сама дорога широкая, новая? И кому только пришла в голову такая светлая мысль – повесить знак «40» в таком неподходящем месте?!

Молодой лейтенант бойко козырнул мне:

– Инспектор Егоров. Ваши права!

Я в ответ улыбнулась лейтенанту и тоже представилась:

– Водитель Казакова! Мои права…

Я протянула ему права, он начал внимательно изучать их, словно впервые видел такую штуку, а я сделала наивное лицо и спросила удивленно:

– А что случилось, товарищ инспектор?

– Вы знак «40» метрах в ста отсюда видели?

– Знак «40»? – Я задумалась. – Э-э-э… Кажется, видела.

– Тогда почему ехали со скоростью шестьдесят два километра?

– Я? Шестьдесят два? Какой ужас! Как же это я так?.. А я задумалась, товарищ инспектор.

Я понимала, что я нарушила правила и теперь мне придется заплатить триста рублей. Три сотки, конечно, не бог весть какие деньги, но расставаться с ними все равно очень не хотелось, и я решила попробовать способ, который использовал господин Версальский и о котором недавно рассказал мне дед.

– Нельзя задумываться на дороге, – наставительно сказал инспектор, – теперь придется заплатить штраф. Пройдемте в мою машину.

– Что?! – вскрикнула я, продолжая оставаться на месте. – Как штраф?

– Да, штраф. А вы что хотели?

– И много?

– Триста рублей.

– Ну, надо же!.. А у меня нет денег. Можно, я сделаю звонок другу? – Я достала из сумки мобильный.

Инспектор немного насторожился:

– И кому вы хотите звонить?

– Одной моей подруге, Илоне Кинделия. У нее супруг – человек с деньгами, может, он даст мне взаймы? Как вы думаете, Иосиф даст мне взаймы? Ну, то есть Иосиф Виссарионович…

Я покосилась на инспектора. Тот немного замялся. Он вертел в руках мои права, очевидно, раздумывая, как ему поступить. Штрафовать знакомую своего начальника, подполковника Кинделия он не торопился. Я решила помочь ему принять верное решение и начала нажимать на кнопки телефона. Потом я поднесла мобильный к уху.

– Илонка! – крикнула я. – Привет! А это я!..

Инспектор тут же протянул мне права, все-таки решив не связываться со мной, козырнул, отошел к своей машине и тут же тормознул другого нарушителя правил.