Тайна Животворящего Креста - Михаил Палев

– А что же она не помогла составить фоторобот?

– Пробовали, но не получилось. Не может старушка узнать человека по фотографии. Но, как она уверяет, в реале узнает точно.

– А в связи с чем милиция снова открыла дело?

– Да кто вам сказал, что его открыли?! Это Тавров ведет расследование. Он считает, что тот, кто приходил к Торбе, и был заказчиком ограбления вашего дяди.

– Вполне возможно, – задумчиво произнес Липатов. – Слушайте, я никак не могу поверить, что Марина…

Он не договорил и судорожно дернул кадыком. Ему никак не удавалось скрыть шок от разоблачения Марины, и он отчаянно цеплялся за соломинку.

– Давайте подождем ответа от «Целлариуса», – предложил я. – Тогда и вернемся к теме. Хотя есть от чего прийти в отчаяние. Дело о деревянном крестике тянется два месяца, и в нем уже имеется пять трупов, из которых три явно криминальные, а никаких признаков приближения к развязке не наблюдается. Мы до сих пор не узнали, кто послал рецидивиста Торбу к академику Липатову, кто послал бандитов к вам на квартиру, кто убил этих бандитов, кто убил Сергея Геннадьевича и кто такая на самом деле Марина. Мы многое узнали о крестике, судьбе Джузеппе Тозо и Андрея Тузова и тем не менее не знаем, какую роль играл крестик во всей этой истории. Меня охватывает отчаяние от постоянного ощущения опасности и отсутствия приближения к истине!

Говоря эти слова Липатову, я и не подозревал, что развязка наступит гораздо раньше, чем можно было ожидать.

* * *

Ночью я писал роман и потому лег спать далеко за полночь. Поэтому разбудивший меня в десять утра звонок показался очень ранним. Звонил Тавров. Даже не поздоровавшись, он сразу спросил:

– Ты сказал Липатову о том, что мы нашли квартиру, которую снимал рецидивист Торба?

– Да, – ответил я, зевая.

– Ты сказал, что хозяйка квартиры может опознать приходившего к Торбе мужчину, если увидит его вживую?

– Да.

– Вот как…

Тавров сделал паузу.

– Еще что-нибудь ты говорил Липатову?

– Нет. Если вы о…

– Слава, приезжай ко мне в офис, – прервал меня Тавров. – Кое-что случилось.

* * *

Я не стал даже завтракать, лишь торопливо выпил чашку сублимированного кофе и помчался в офис Таврова. По дороге я терялся в догадках: что же могло произойти? Может, что-то случилось с Липатовым? И почему Тавров не захотел сказать мне все по телефону?

– Сегодня утром мой криминалист, прибывший снимать отпечатки пальцев в квартире рецидивиста Торбы, обнаружил там труп хозяйки квартиры.

– Оперативно сработано. Думаете, они подслушали наш разговор?

– Да, потому что моему человеку удалось найти отпечатки пальцев в туалете, которые не принадлежат ни Торбе, ни квартирной хозяйке. Липатов никуда не выходил из дома: сейчас оба выхода из его квартиры я контролирую с помощью видеокамер. Камеры работают от датчиков движения, и мне не потребовалось много времени, чтобы просмотреть записи после твоего разговора с Липатовым. Так что Липатов вне подозрений. Тогда кто?

– Тогда мы, – грустно усмехнулся я. – Видимо, прослушиваются разговоры: либо мои, либо ваши, либо Липатова. Возможно, что и все наши телефоны. Надо бы проверить.

– Проверим. Еще идеи есть?

– Есть. Липатов задумал ехать в Черногорию. Но планами пока не делится. Не вздумал бы он тайком от нас туда отправиться! Если придет ответ от «Целлариуса» и Липатов окончательно убедится в том, что Марина не та, за кого себя выдает, – не захочет ли он сам с ней разобраться?

– Нет, не похож Владимир Николаевич на Отелло, – не разделил Тавров мои опасения. – Он рациональный человек. Думаю, когда пройдет первый шок от разоблачения Марины, его можно будет убедить, что лучше сыграть в отношении нее свою игру.

– И пожить на халяву в вилле на берегу БокиКоторской, – закончил я мысль Таврова, добавив с ехидством: – Там, в случае чего, Марине и ее сообщникам будет легче нас прикончить и спрятать трупы так, что никто не отыщет: недалеко от берега глубина уже метров двадцать, а то и все тридцать – камень на шею, и аминь, никто не найдет.

– Сплюнь, а то еще накликаешь, – поморщился Тавров. Я усмехнулся, но на всякий случай сплюнул.

Надо срочно поговорить с Липатовым о поездке в Черногорию.

* * *

На следующий день я получил ответ от главы финской юридической Карла Целлариуса. Как и следовало ожидать, почтенный финский адвокат с глубоким возмущением воспринял известие о появлении в Москве наглой аферистки, действующей под именем его сотрудницы, и просил оказать содействие в скорейшем пресечении ее преступной деятельности. Я немедленно переслал ответ Целлариуса Липатову и отправился к нему домой.

Липатов действительно был занят разработкой плана поездки в Черногорию. К моему удивлению, он пребывал в заметно приподнятом настроении и даже пытался напевать. Мелодию, правда, опознать не удалось.

– Вы прочитали мое письмо, Владимир Николаевич? – осторожно осведомился я.

– Да, Мечислав, спасибо! – бодро откликнулся Липатов. – Как нельзя вовремя вы разоблачили эту женщину. А ведь у меня, простофили, даже сомнений не возникало в ее искренности! Ну, ничего, как говорится: век живи, век учись.

– Продолжение помните? – не удержался я.

– Это насчет «дураком помрешь»? Возможно. Но на эти грабли я еще раз точно не наступлю. Ладно, сейчас надо заниматься организацией поездки в Черногорию. Я уверен, что там мы раскроем все тайны.

– А вы не боитесь столкнуться там с Мариной?

– Нет, не боюсь, – невозмутимо ответил Липатов. – Более того, я согласился с ее предложением остановиться на вилле, которую она покупает для своего клиента.

Я в изумлении воззрился на него. Липатов сам завел разговор, который я так мучительно обдумывал накануне, и предупредил все мои сомнения.

– Поймите, если Марина… или как там ее… Если она догадается, что мы ее разоблачили, то сможет нарушить все наши планы. Так что придется вести себя предельно осторожно. Разумеется, я рассчитываю на то, что вы с Тавровым поедете вместе со мной. Скажу без обиняков: мне очень не хотелось бы оставаться один на один с Мариной. Неудобно признаваться в этом, но после всего произошедшего – элементарно боюсь.

Однако все складывалось как нельзя лучше, и я даже боялся в это поверить.

– А можно узнать подробности вашей черногорской программы?

– Первое: ищем тот самый предмет, который Андрей Тузов тайно переправил графу Ивеличу. Не факт, что мы его найдем, но подходящих предметов довольно много, и по их фотографиям, присланным профессором Вулановичем, ничего не определишь. Так что все посмотрим на месте.

– А если нам так и не удастся найти этот предмет?