Тайна Животворящего Креста - Михаил Палев

– Народ совсем оборзел! Ездят, словно по пустыне, в которой полбедуина и четверть верблюда на один квадратный километр. Я понимаю, когда за рулем «Лексуса» блондинка в золоте и бриллиантах: ясно, что права она купила, а водить забыла научиться. Но если человек за рулем грузовика, то он по определению профессионалом должен быть, – так ведь нет! Практика показывает, что именно таких профессионалов и надо опасаться в первую очередь! Ну, чем не парадокс?

– Точно так! – согласился мой собеседник, мужик лет пятидесяти потертоинтеллигентного вида. – Я тебе так скажу: это все дерьмократы своей перестройкой народу мозги отшибли!

– Вот и я об этом, – подтвердил я, вдаваясь в воспоминания. – Помню, как в году эдак девяносто третьем шел я на рынок, что был на пересечении Алтуфьевского шоссе с улицей Пришвина.

– Годы были голодные: разгул окончательно победившего дикого капитализма и не менее дикой демократии, – прокомментировал собеседник. – Ужас! Кстати, меня Сергей зовут.

– А меня – Мечислав, можно просто Слава, – ответил я, пожимая Сереге руку, и продолжил: – Да, времена голодные были. Я тогда в авиационном бюро работал, начальником конструкторской бригады – двенадцать конструкторов в подчиненных, между прочим! – так у меня зарплата была в долларовом эквиваленте без учета налогов аж сорок пять «вечнозеленых общемировых ценностей» в месяц. С семьей на такие деньги после уплаты коммунальных платежей можно было впроголодь прожить не больше недели. Потому приходилось подрабатывать: я, начальник конструкторской бригады, после работы ехал в Мытищи ремонтировать магазин за пять долларов в час. Дышал в подвале краской, пылью и сыростью – и почитал за счастье такую подработку! Такие вот времена тотальной свободы… Да что я говорю?! Ты и сам знаешь!

Серега печально покивал головой.

– Что тогда было хорошо, так это то, что появилось много отличных книг, – вдохновенно вспоминал я. – И вот однажды понадобилась мне под книги новая книжная полка. А купить – денег нет. Решил я на рынке приобрести доску и соорудить из нее. И отправился на рынок, где по тем временам торговали всем: от досок до водки. Так вот, стою я на перекрестке, жду появления «зеленого человечка» на светофоре, а слева к перекрестку несется грузовик с пиломатериалом. Хорошо так несется – под сто километров, на каждой неровности подпрыгивает. А в те времена неровностей на дорогах было гораздо больше, чем «ровностей», так что грузовик трясется, словно в лихорадке. И вот, проезжая мимо меня, грузовик попадает колесом в особенно глубокую неровность, подпрыгивает – и из кузова вылетает доска! Хорошая такая доска: дюймовая, сантиметров двадцать пять шириной и длиной больше двух метров. Вылетает и буквально в полуметре от меня втыкается в газон! Полметра левее – и точно в голову пришлось бы.

– Повезло! – заметил Серега. – На полку такая доска идеально подходит. Тем более на халяву. Подобрал доску?

– Ха! Как бы не так! – грустно ответствовал я. – Пока я стоял, впав в кратковременный ступор после пережитого, какой-то мужик ее схватил и исчез вместе с ней. Так что пришлось доску для полки покупать за свои деньги. Вот так!

– Но у нас сейчас не тот случай, – возразил Серега, кивая на лежащего неподвижно в десятке метров от нас покойника. – Этот сам бежал через дорогу, не глядя по сторонам. Водила тут ничего не мог поделать!

– Ну, это уж гайцы выяснят, – заметил я и глянул на часы. – Пора бы им появиться! Кстати, и пешеходы сейчас тоже словно очумели. Еще понятно, если пьяный или обдолбанный, так нет же: абсолютно нормальные люди ведут себя как под гипнозом, словно не слыша и не видя того, что творится вокруг. Тут вот недавно ужасный случай произошел: мужик совсем молодой, сорок лет, переходил железную дорогу абсолютно трезвый и попал под поезд. Актер, только-только в популярном сериале снялся – и вот так… Ужасно! Может, видел его по телевизору? Имя прибалтийское такое: Армандс Нейландс-Яунземс.

– Ну как же! Он же в сериале «Знахарь» играл! – вспомнил Серега. – Этот самый доктор, до того, как ему пластическую операцию сделали. Так?

– Точно! – кивнул я.

– Неужели правда?! А я не слышал о его смерти. Жаль мужика! Такой талантливый, жить да работать, а вот ведь… – огорчился Серега.

– Вот так вот… – печально вздохнул я.

– О! Вроде менты подъехали, – оживился Серега. Действительно, из переулка выехала милицейская машина с мигалкой. Вылезший из нее старший лейтенант осмотрел лежащее на проезжей части тело, поговорил с невезучим водителем сбившей человека «Лады-Калины» и подошел к нам.

– Вы свидетели? – деловито осведомился он, открывая планшет.

– Да, – хором ответили мы с Серегой.

Записав наши паспортные данные, старлей принялся оформлять протокол.

– Как произошел наезд? – спросил он меня.

В памяти всплыли детали ужасного происшествия, и я невольно поежился. Как произошел? У меня на глазах. Похоже, теперь мне это все будет ночами сниться.

* * *

Я люблю на досуге прогуляться по центру Москвы. Что бы ни говорили об «изуродованном Лужковым» историческом центре города, но надо отдать должное прежнему мэру: наконец тут можно спокойно прогуляться, не опасаясь быть убитым внезапно отпавшим куском штукатурки от обветшалого «исторического памятника, находящегося под охраной государства». Да от таких «памятников» впору самих граждан охранять! А что касается «новодела», то ни один созданный по индивидуальному проекту новодел не может испортить вид города так, как портят его воткнутые на Садовом кольце унылые стандартные кирпичные, блочные и панельные жилые многоэтажки времен «развитого социализма». И при всем моем прохладном отношении к творчеству Церетели я категорически против переноса его монументальных творений вроде памятника Петру Великому или «памятника грузинскому языку» возле Тишинки. Когда-то передовые французские мыслители ужасались уродству Эйфелевой башни, ставшей позже символом Парижа. ИМХО, разумеется…

Так вот, проходя по одной центральной, но не очень оживленной московской улице, я стал свидетелем ужасного происшествия. Из подъезда дома, едва не сбив меня с ног, внезапно выскочил мужчина лет тридцати и стремглав бросился на противоположную сторону улицы.