Загадка последнего Сфинкса - Наталья Солнцева

Мурат смешался и замолчал. Он всегда уступал ее напору, робел перед ней.

– Мне нужно было кое-куда зайти, а «Хонда» слишком заметна, – примирительно сказала Александрина. – Хочу избежать лишних сплетен. Люди приписывают мне то, чего я и в мыслях не держу.

Возникла напряженная пауза, во время которой Мурат уговаривал себя, что Санди непричастна к смерти Теплинского. Она бы не смогла этого сделать… она такая страстная, такая нежная в постели, такая ненасытная. Женщина, с таким самозабвением предающаяся любви, не способна на убийство. Неужели она очаровывает мужчин, соблазняет их, чтобы нанести внезапный удар в спину? Неужели ее для этого нанимают и за это платят ей деньги?

– Не верю… – прошептал он.

– Правильно! – обрадовалась она, села рядом на краешек дивана и потрепала его по жестким черным волосам. – Я ведь красивая, правда? И горячая… Обними меня.

Мурат обвил руками ее талию.

– Ты спала с Теплинским?

Санди наклонилась и прижалась губами к его макушке.

– Глупо ревновать, милый. Мы же договаривались: никаких претензий, никаких скандалов. Ты мне даже не муж.

– Ты спала с ним или нет? Пойми, если начнут копать, обязательно выйдут на тебя.

– А ты скажешь, что я весь сегодняшний день провела с тобой, – едва слышно произнесла она прямо ему в ухо. – Мы любили друг друга до изнеможения, а потом уснули. И не спрашивай меня больше о Теплинском. Он мертв, и дело с концом. Ты обещаешь?

– Да…

Мурат не мог противиться ее ласкам; близость ее тела повергала его в сладостную дрожь, в томительную жажду обладания, изнурительную, как бег по раскаленной пустыне…

За окнами бесновалась метель. Шторы были раздвинуты, и красноватый свет торшера отражался в черных стеклах. Приглушенно бубнил телевизор. Когда Санди уснула, Мурат осторожно поднялся, нашел в прихожей ее сумочку, открыл и внимательно изучил содержимое. Обычные женские мелочи, кошелек, косметика. Ничего заслуживающего внимания…

Наутро в передаче «Криминал» снова на разные лады муссировалась тема «безвременной смерти господина Теплинского, который собирался бороться с коррупцией, строить дороги в глубинке и поднимать фермерские хозяйства». Говорили про политических конкурентов погибшего, про его бизнес, про безутешную вдову и осиротевших детей… И только в одном эпизоде мельком показали секретаршу в строгом костюме, в очках, с гладко зачесанными назад волосами. На вопрос корреспондента, не заметила ли она чего-то необычного в последние дни жизни босса, дама ответила: «За неделю до этого ужасного дня Михаилу Андреевичу пришло письмо. Оно было в букете цветов, попало под снег, намокло, открылось и… Я невольно прочитала текст. Какой-то Сфинкс советовал поторопиться с ответом».

– Там было всего несколько слов? – уточнил корреспондент.

– Да. «Советую поторопиться с ответом». И подпись.

– Вы передали письмо Теплинскому?

– Передала, но Михаил Андреевич… – с этими словами дама прослезилась и промокнула глаза платком. – Он рассердился и сказал: «Выбросьте эту бумажку!» Я выбросила.

– Вам кажется, письмо имеет отношение к смерти господина Теплинского?

– Не знаю… оно показалось мне странным. Особенно подпись.

Александрина, не отрываясь, смотрела на экран.

– Сфинкс?! – воскликнула она с какой-то непонятной, неопределенной интонацией. – Ты слышал, Мурат?

– Я разговаривал с Баркасовым, – сказал тот. – Ты просила у него адрес подпольного фармацевта или химика. Зачем?

Она фальшиво, нарочито громко расхохоталась.

– Хочу, чтобы он изготовил для меня эликсир вечной молодости!

От ее смеха Мурату стало жутко…

* * *

Инга была безутешна. Она оплакивала мужа, но о письмах молчала.

– Если Миша погиб из-за любовницы, пусть это останется нашей последней тайной, – заладила она. – Я не допущу публичного обсуждения его интимной жизни и грязных сплетен.

Астра не возражала. Желание клиента – закон.

Следствие по делу об убийстве Теплинского не связали официально с убийством скрипача: искали политические причины, конкуренцию в бизнесе. Злые языки поговаривали о «руке спецслужб», которым не угодила предвыборная программа погибшего.

Инга относилась к этим версиям и гипотезам безучастно.

– Киллер бы попросту застрелил Мишу… Зачем ему сложности с письмами и отравленными булавками? Тут явно прослеживается почерк женщины. Или маньяка.

Астра кивала. Она сама так думала.

Матвей придерживался другой точки зрения.

– Способ убийства идеальный, – рассуждал он. – Быстро, легко, не требует длительной кропотливой подготовки. Снайперу нужно оружие, позиция для стрельбы и прочие премудрости. А тут – подошел, уколол, смешался с толпой и спокойно удалился. Раздобыть яд – не проблема.

– Ты выяснял? – спросила Астра.

– Интересовался. У меня есть знакомые химики.

– Эксперты не обнаружили в крови Теплинского ядовитых веществ, – во всяком случае, так сообщили его жене. Видимо, алкалоиды, вызывающие паралич мышц, успели распасться. Теперь возникает вопрос: а был ли мальчик?

– Курареподобные яды тем и отличаются, что их следов через короткое время в организме не остается. Не удивлюсь, если смерть Теплинского в конце концов спишут на сердечный приступ.

– После того, как растрезвонили про убийство?

– Принесут извинения, – сказал Матвей. – Объяснят: ошиблись, мол, наболтали лишнего сгоряча, а когда разобрались, оказалось, у политика сердце не выдержало нервной нагрузки. Уколоться, поцарапаться обо что-нибудь он мог сам.

– Ну да, – уныло согласилась Астра. – Тем более что ответственные лица воздержались от комментариев по поводу причины смерти Теплинского. Но его охранники уверены: босса убили. Они сразу высказали свое мнение вдове.

– Мнение к делу не пришьешь.

– Инга тоже не сомневается в насильственной смерти мужа. Сфинкс не разбрасывается пустыми угрозами.

– Допустим… И как ты его выведешь на чистую воду?

Астра предпочитала не обороняться, а наступать.

– Закажу скульптору Маслову изваять себя в полный рост… в обнаженном виде! – выпалила она. – Очарую его, и он во всем признается.

Матвей забыл, кто такой Маслов, чем вызвал бурное возмущение.

– Это тот тип, который прислал Игорю Домнину гипсовую фигуру сфинкса! Неужели ты не помнишь? Наверняка художник вскоре получит письмо… Ой! – спохватилась Астра и похлопала себя по губам. – Нет-нет-нет! Я не то хотела сказать.

– Думаешь, раз Маслов подарил приятелю фигурку, то он и есть тот самый Сфинкс? – Матвей едва не расхохотался. – Зачем ему было убивать Теплинского?