Прокурор срывает печать - Эрл Стенли Гарднер

— Ненависть не принесет никакой пользы твоей клиентке, —назидательно сказал Селби. — Тебе надо попытаться представить ее присяжным внаилучшем свете. Во-первых, ты неудачно ее посадила. Она смотрит на тебя иповернута спиной к присяжным. Помести ее там, где сейчас место Стэнтона. Пустьприсяжные почувствуют ее спокойную уверенность. Пусть время от времени онивидят ее улыбку. Она может по-матерински положить ладонь на твою руку…

— Чушь! — прервала его Инес. — Неужели ты думаешь, чтоБеркли Стэнтон пожелает сдвинуться со своего стула? Я уже пыталась растолковатьему, что будет лучше, если моя клиентка разместится с той стороны. Но онпожелал, чтобы присяжные видели его рожу. Будь у меня дубина, я бы вышибла изнего мозги, если там, конечно, найдется, что вышибать.

Селби рассмеялся, но быстро посерьезнел.

— Ты не ответила на вопросы шерифа вчера вечером, Инес?

Ее лицо мгновенно превратилось в неподвижную маску.

— Я не могла дать ответ на поставленный им вопрос.

— Ты разговаривала по телефону с Фредом Роффом?

— Дуг, ты задаешь вопрос ради себя, для Рекса или длягородской газеты под названием «Кларион»?

— Я спрашиваю ради тебя, Инес, — задумчиво ответил Селби.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я хочу дать тебе шанс объясниться.

— Если ты услышишь ответ, то, очевидно, передашь егосодержание Брэндону?

— Возможно.

— А также Сильвии Мартин?

— Не знаю.

— Ну, если не ты, так Рекс ей все расскажет.

— Вероятно.

— Никаких комментариев! — зло выпалила Инес.

— Но ты же знаешь, — настойчиво продолжал Селби, —расследуется убийство, и фактор времени очень важен, чтобы раскрыть всеобстоятельства.

— Да, я понимаю.

— Чтобы ответить на важные вопросы, например о мотивеубийства, надо выяснить все, что возможно, о прошлом обвиняемого.

— Не сомневаюсь.

— Нельзя исключить, что присутствие Фреда Роффа вМэдисон-Сити каким-то образом связано с делом о спорном наследстве.

— Никаких комментариев.

— Отказ отвечать не поможет тебе, Инес.

— Спасибо, я не нуждаюсь в помощи.

— Боюсь, это не так.

— Я предпочитаю поражение победе, если к ней приведут меняСильвия Мартин и те сведения, которые она сможет раздобыть.

— Может, ты ухитришься получить такие сведениясамостоятельно?

— Или достать материал для ее статьи?

— Почему ты так недоброжелательна к ней, Инес?

— Вовсе нет.

— Твои слова звучат именно так.

— Ну пожалуйста, пойми наконец, Дуг, — сказала она. —Сильвия использует тебя лишь как прикрытие, чтобы добыть материал для своейгазеты.

— Я же не видел ее с…

— С какого времени?

— С трех часов утра.

— Твои вечера, кажется, весьма загружены, — ледяным тономпроизнесла Инес.

Прежде чем Селби успел ответить, судья Фэйрбенкс вновьпоявился в зале, кивком пригласил присутствующих сесть, убедился, что всеприсяжные на месте, и взглянул на Беркли Стэнтона.

— Вы закончили свое вступительное слово?

— Я едва начал, ваша честь, — сказал Стэнтон, скривив губы вулыбке, как бы ожидая взрыва смеха после такого остроумного ответа.

Но судья Фэйрбенкс спокойно, без всяких эмоций произнес:

— В таком случае продолжайте.

Стэнтон бросил взгляд в сторону неулыбчивых присяжных. Егоголос приобрел модуляции оратора, который уверен, что держит внимание аудиториитак же прочно, как ученый-биолог — мотылька, приколов его иглой.

— Итак, леди и джентльмены, — загудел он, — мы намеренырассмотреть зловещие махинации Марты Отли, хитрой авантюристки, этойбеспринципной интриганки, нацепившей маску преданного работника, а тем временемвводящей каплю за каплей яд в сердце завещательницы при помощи длинной цепитщательно сфабрикованной лжи, которая…

— Минуточку, ваша честь.

В голосе Альфонса Бейкера Карра чувствовался укор, как еслибы он уличал человека, совершившего святотатство под сводами храма.

— Слушаю, мистер Карр. Вы желаете заявить протест?

— Да, ваша честь. Мне кажется, мой коллега должен сберечьсвою аргументацию для будущего. Сейчас же он выступает с предварительнымзаявлением, в котором следует излагать лишь факты, которые коллега будетобосновывать позже. Поэтому, мне кажется, сейчас неуместно чернить имяпокинувшей этот мир женщины, встретившей свой смертный час на службе у дамы,которой она так долго помогала.

На секунду в зале повисла напряженная тишина. Анита Элдонизвлекла изящный носовой платочек, почти незаметно смахнула слезинки с ресниц изастыла в неподвижности.

Эффект был такой же, как если бы Беркли Стэнтонпреднамеренно ударил ее по лицу.

Судья Фэйрбенкс сказал скрипучим голосом:

— Я думаю, вы знаете, что в предварительном заявленииадвокат лишь указывает на факты, которые он попытается доказать с привлечениемсвидетелей, дабы присяжные могли осмыслить и оценить значение указанных фактов.Дискуссия сторон начнется на следующем этапе.

Беркли Стэнтон горделиво вскинул голову, сверкнул глазами всторону А.Б. Карра и набрал полную грудь воздуха.

Селби незаметно выскользнул из зала.

В вестибюле он нашел Сильвию Мартин, увлеченно делающуюкакие-то записи на свернутом газетном листе.

— Привет, Дуг, — сказала она, глядя на него снизу вверх иукладывая карандаш и газету в сумочку. — Что ты думаешь об этом деле?

— А я не думаю, — рассмеялся Селби. — Я заскочил на минутуполюбоваться вступительным фейерверком.

— Ты видел, что АБК сотворил с девушкой?

Селби кивнул.

— Ни за что не подумаешь, что это один и тот же человек. Онаневинна и чиста, как пасхальная лилия.

— Мне кажется, мы все недооцениваем Карра. Если бы мыподумали хорошенько, то сообразили бы, что Карр не настолько глуп, чтобыпоявиться в суде сельского округа с женщиной, которой впору играть в кинозлодеек-вампиров.

— Стэнтон сейчас только мешает, — сказала Сильвия. —Представляя интересы брата, он воспринимает самого себя слишком серьезно. УКарра имеется замечательный способ спускать его на землю. Стоит только Стэнтонураздуть шар своего красноречия, как Карр одним-двумя словами прокалывает оболочкуи выпускает из него дух. Иногда для этого хватает и жеста.