Невидимые тени - Алла Полянская

Скамейка у дома была пуста, и Матвеев, припарковав машину напротив подъезда Майи, был рад этому – старухи утром разозлили его, и ему совсем не хотелось их видеть снова.

– Подъезд открыт почему-то…

Дверь кто-то зафиксировал камнем, и она не могла закрыться. Отбросив булыжник ногой, Майя вошла в подъезд, мысленно обругав старух – это они оставили дверь открытой. Случалось это уже, и не раз.

– Видишь, что делается? И так каждый день. Как только становится тепло, эти старые курицы выползают на солнце и сидят. И все бы ничего, если б они не оставляли открытой входную дверь. Лень им, видите ли, закрывать ее всякий раз.

– Я тут утром пошумел…

– А, ничего. – Майя быстро поднимается по лестнице. – Может, присмиреют на какое-то время. А это что такое?..

Дверь в ее квартиру была приоткрыта. Матвеев инстинктивно придержал Майю, но она вырвалась и вошла в прихожую. С первого взгляда стало понятно, что здесь побывал кто-то чужой: вещи разбросаны, вывалены из шкафов на пол, книги сброшены с полок, подушки разрезаны, раскурочено кресло, изрезан матрац на кровати, на кухне все крупы высыпаны на пол. Кладовку кто-то тщательно обыскал – все выброшено из коробок, фарфоровые статуэтки разбиты.

– Кто-то что-то искал.

Матвеев достал сотовый и набрал номер Олешко. Пожалуй, без него сейчас не обойтись.

Майя опрометью бросилась к кровати. Отодвинув ее, она подняла часть паркета и запустила руку в образовавшееся отверстие. Лицо ее просветлело.

– Денег не нашли. – Она хмыкнула, пытаясь сдержать нервный смех. – Эти кретины выворотили все наизнанку, но денег не нашли.

Достав деревянную шкатулку, она сунула ее в рюкзак. Под креслом валялась кукла – шляпка слетела, локоны растрепались, глаза смотрят испуганно – Майя взяла ее в руки, поправила прическу, разгладила платье. Сидеть теперь несчастной Луизе совершенно негде. Как и ей самой.

– Павел сейчас приедет. – Матвеев встревоженно смотрит на Майю. – Может, на улице подождем?

– Надо прибраться… Ой!

– Что?

– Ноутбук! Забрали мой ноут! И шкатулку с украшениями! Их немного, но все же!

– В ноутбуке было что-то важное?

– Нет, но он мне нужен для работы. Все документы я храню на сервере электронной почты, так что восстановить их очень легко. Но сам факт! А украшения… их просто жаль.

– Ноутбук я тебе отдам свой, сегодня же. У меня их четыре штуки, а тот, что в машине, забирай хоть сейчас. Не спорь. – Матвеев пресек ее протест на корню. – Украшения купим лучше прежних. Порядок восстановим, кресло, кровать и подушки я куплю новые прямо сегодня, но…

Он не успел договорить – в квартиру вошел Павел, за ним проскользнула Ника.

– Ой, что натворили! – Ника сочувственно посмотрела на Майю. – Обидно-то как… квартира была красивая.

– А будет еще лучше. – Матвеев предостерегающе покосился на сестру. – Я думаю, что…

– Здесь что-то искали. – Олешко внимательно рассматривал картину разрушений. – Что-нибудь взяли?

– Украшения и ноутбук. – Майя огорченно вздохнула.

– Какие украшения?

– Цепочка с подвеской, серьги и колечко с хризолитами, два колечка с цирконами, браслет.

– А вчерашние серьги?

– Они на мне, я их не снимала. Забыла из-за этой суматохи.

Олешко фыркнул, представив, как она мела дворы в серьгах с бриллиантами. Хотя, конечно, это в своем роде маскировка идеальная – кто обращает внимание на дворничиху, а уж тем более – кто предположит, что камни, которые блестят у нее в ушах – вовсе не стекло?

– Ну, смею вас заверить: все это взяли для отвода глаз. Сработали под ограбление, но тут не ограбление.

– Как вы можете это знать? – Майя испуганно смотрит на Олешко. – Ведь забрали…

– Понятно, что они должны были взять что-то ценное. Вот и забрали первое, что сочли ценным: ноутбук и побрякушки, которым цена пару тысяч долларов в совокупности. А вот антикварное Евангелие в отличном состоянии. Лежит на полу, стоит тысяч двадцать вечнозеленых денег. И шкатулочка деревянная, семнадцатого века, похоже. Тоже сумму немалую стоит. И лампа керосиновая – вон, в уголочке на крюке висит. Я такую в музее как-то видел, бронза и цветное стекло, использовалась на кораблях английских аристократов, этих ламп почти не осталось, а эта в идеальном состоянии, и если не подделка…

– Не подделка.

– Ну, вот. – Олешко потер кончик носа. – Нет, дамы и господа, искали здесь что-то, что можно спрятать, например, в банке с крупой. В чашке на полке. В подушке, под обивкой кресла. Искали что-то небольшое. Что еще пропало?

– Я должна проверить лоты, которые лежат в коробках – может, там…

Майя наклоняется над кучей вещей, ее движения беспомощны, тонкие пальцы осторожно перебирают предметы, разбросанные по полу.

– Паш, а полицию ты вызвал? – Ника помогает Майе запихнуть в коробку самовар. – Громоздкий, зараза… нет, давай боком его… ага, вот так. Паш, полиция едет, а мы здесь все трогаем…

– Я не вызывал полицию. – Олешко поднял с пола какую-то книгу и поставил ее на полку. – Не вижу в этом никакого смысла. Сейчас приедет человек, снимет отпечатки – хотя я думаю, что люди, побывавшие здесь, не оставили «пальчики». А потом нужно прибраться и подумать, что могли искать. Майя, что у тебя было такое, ради чего можно устроить вот такой разгром среди бела дня? Ты каждый день работаешь в супермаркете?

– Деньги были, но они их не нашли. И – да, я каждый день до часу дня в «Восторге», уже скоро год.

– Деньги? Нет, искали что-то другое.

– Я не знаю что.

– А твою коллегу убили вчера в этом же подъезде…

– Ну… да. А как это может быть связано?

– Может, и никак, но я думаю, что связь есть. Ничего необычного не было в последнее время?

– Нет… Ах да! Позавчера в мусорном баке Светка обнаружила труп какого-то мужчины.

– Ну вот. А кто он такой, не знаешь?

– Нет, я и не видела его, но не думаю, что это кто-то из местных, иначе я бы уже знала, бомжи бы мне сказали. А он только и сказал, что…

– Кто – он? Майя, говори толком! – Олешко пристально смотрит на нее, он уже сделал свои выводы. – Кто тебе что сказал?

– Макар, бомж здешний. Я сегодня убирала Светкин участок, а он мне и говорит: видел накануне, как убили того, что в баке. Их двое было, одного он узнал. А это значит, что убийца кто-то из здешних жильцов!

– Понятно. Ладно, возьми свои вещи и езжай, пока здесь жить нельзя, да и незачем – тут сейчас люди будут работать.

– Но…

– А пока у меня побудешь. – Ника погладила Майю по плечу. – Поселю тебя в кабинете, там вы с Максом поместитесь оба.