Пройдоха - Эрл Стенли Гарднер

– Морган не придет туда?

– Конечно нет. Он слишком хитер, не такой дурак, чтобысунуть голову в капкан. Он знает, что на него объявлен розыск.

Я спросил Сандру:

– Есть у вас приличные фотографии мужа?

– Есть.

– Вы найдете его изображение в газетах, – вставил Блеейти.

– Знаю, – согласился я, – но они никуда не годятся. Я их ужепосмотрел.

– У меня есть два снимка и хороший фотопортрет, – сказалаСандра.

– Лучше снимки.

– Пожалуйста, пойдемте со мной.

Я кивнул Блеейти.

– Удачи тебе, Лэм, – сказал он, вытянувшись на постели.Казалось, он хотел улыбнуться, но не смог. – Когда закончишь с этим, Сандра,придешь и дашь мне успокоительное. Думаю, через полчаса нос будет жутко болеть.И вообще странно, что ты не смотришь, куда ведешь машину.

– Как это похоже на тебя! Сейчас ты говоришь, что я несмотрю, куда веду машину. А чуть раньше заявлял, что другая машина нарочностукнула мою. Что ты болтаешь? То так, то этак!

– Заткнись! Лэму неинтересно, что думают брат и сестра друго друге в семье Томсов.

Она смотрела на него, как будто хотела убить его взглядом.

– И долго ты соображал? – сказала Сандра и выбежала изкомнаты. Я последовал за ней, закрыв за собой дверь. Альма Хантер смотрела нанас настороженно.

– Ну, узнала? – спросила она, затаив дыхание. Сандра злокивнула.

– Еще бы! – И добавила тихо: – Только бы добраться до этойшлюхи!

Она прошла через гостиную и вошла в спальню.

– Идите сюда, мистер Лэм, – поманила она меня пальцем.Мебель была дорогой. Много зеркал. Две одинаковые постели.

На стенах картины.

– Альбом у меня в комоде. Сядьте там, – предложила Сандра, –нет, лучше на постели. Я сяду рядом. Мы посмотрим снимки, и вы выберете, какиевам подходят.

Я сел на постель. Она вытащила альбом из комода и села рядомсо мной.

– Что брат говорил вам обо мне? – спросила она.

– Ничего особенного.

– Нет, он вредный. Мне наплевать на то, что он мой брат.

– Мы, – напомнил я ей, – хотели найти снимок вашего мужа. Онздесь?

Она скорчила рожу:

– Не забывайте, пожалуйста, кто вас нанял.

– Не забуду, – ответил я.

– Хочу знать, что Блеейти говорил обо мне?

– Ничего особенного.

– Сказал, что я эгоистка?

– Я не помню точно его слов.

– А говорил он, что я сексуально озабочена?

– Нет.

– Значит, он стал лучше, – произнесла она с горечью. –Обычно он говорит, что я такая, Боже мой! Он наверняка сказал, что докторХоломан – мой любовник.

Я не ответил.

Из-под опущенных век глаза Сандры сверкнули:

– Ну, говорил он это?

– Вы это хотели знать?

– Конечно!

– А что собственно?

– Какие у него подозрения? Не говорил ли он, что я дружна сдоктором Холоманом?

– Не помню.

– Что-то память у вас слабовата.

– Видимо.

– Наверняка вы неважный сыщик.

– Возможно.

– Это я вас наняла.

– Я работаю у Берты Кул и отчитываюсь непосредственно передней. Насколько я понимаю, меня наняли, чтобы вручить бумаги Моргану Берксу, имне кажется, что вы пригласили меня сюда, чтобы показать его снимки.

– Ну и нахал вы.

– Прошу прощения.

– Ладно. Мне и не нужен ваш ответ, я сама знаю, что онговорил. Конечно, он обругал меня. Мы никогда как родственники не любили другдруга, но мне казалось, что он не станет вмешивать в это доктора Холомана.

– Предпочтительнее были бы снимки, на которых Морган смеетсяили улыбается.

Она швырнула альбом мне на колени и открыла его. Я началсмотреть. На первом снимке была Сандра Беркс. Она сидела на деревенскойскамейке на фоне водопада, сосен, речки. За плечи ее обнимал мужчина. Онасмотрела ему в глаза.

– Это Морган?

– Нет! – Она быстро перевернула страницу. – Не знаю точно,где его фотографии. Я вставила их кое-как. Мы были в отпуске вместе.

Она перевернула еще несколько страниц.

– Вот он. – Она наклонилась ко мне, чтобы показать пальцем.Это был хороший, четкий снимок высокого худого мужчины с острым лицом иблестящими черными волосами, зачесанными с высокого лба назад.

– Это-то мне и нужно. Четкий снимок. Еще есть?

– Возможно.

Она поддела фотографию острыми ярко-красными ногтями, чтобывытащить из альбома. Перевернула еще две-три страницы, заполненные обычнымиснимками, запечатлевшими в машинах, на верандах или на природе разных людей,смотрящих в объектив с глупыми улыбками.

– А вот тут несколько фото, – указала Сандра, – снятых вовремя отпуска. Мы с подругами купались вместе, но вам это видеть не надо.

Взглянув, она хихикнула, перевернула сразу несколько страници нашла еще один снимок мужа.

– Этот хуже, чем предыдущий, но зато в профиль. Сравнив их,я заметил:

– Отлично, спасибо.

– Больше не нужно?

– Нет.

Она все еще сидела на постели: губы слегка приоткрыты, взорустремлен вдаль, как будто она задумалась о чем-то. Вдруг она сказала:

– Извините, покину вас на минуточку, хочу кое-что спросить уАльмы.

Она соскочила с постели и вышла в другую комнату. Я кинулальбом на подушки. Вскоре она вернулась вместе с Альмой.

– Мне подумалось, что, может быть, вы захотите иметьизображение из газеты. Вот оно, я его вырезала.

Под снимком было написано: «Морган Беркс, подозреваемый вдаче взяток от имени синдиката игральных автоматов. Объявлен розыск». Я сравнилгазетный снимок с фотографиями. Он не был особенно четким, но было ясно, чтоизображения совпадали.

Тут Сандра пискнула и схватила альбом:

– Совсем забыла.

Альма Хантер вопросительно посмотрела на нее.