Мы не мафия, мы хуже - Борис Бабкин

— Ну? — спросила стоявшая в купальнике у бассейна Лола. — Кто там?

— Вас спрашивает какая-то женщина, — почтительно сказал рослый парень в черной одежде. — Говорит, что насчет Степана.

— Вот так-то. — Лола довольно улыбнулась. — Я же говорила, что все получится. Давай ее сюда.

— Мне остаться? — спросил охранник.

— Что она может? — усмехнулась Лола. — Тем более раз уже пробовала. Не мешай нам и позвони Валерию. Скажи, скоро все узнает. Я так и думала, что она знает, где ее Муж с братцем.

Парень вышел. К бассейну быстро подошла Рита.

— Ну? — не поворачиваясь, спросила Лола. — Что скажешь?

— Верни сына, — негромко сказала Рита.

— А почему ты решила, — повернувшись, насмешливо посмотрела на нее Лола,

— что я знаю, где он?

— Верни Степу. — Рита шагнула вперед.

— Сразу, как только брат твоего мужа будет у нас, твой сыну-ля будет дома. Но не раньше.

— Верни сына! — закричала Рита, бросилась вперед, вцепилась Лоле в волосы и вместе с ней свалилась в воду. Подняв каскад брызг, они на некоторое время скрылись под водой. Первой появилась голова Лолы, которая широко раскрытым ртом хватала воздух. На ее плечах были руки Риты. Женщины отчаянно боролись в воде. На крики Лолы в бассейн вбежали трое парней в черном и сразу прыгнули в воду. Оторвав от Ореховой хозяйку, Двое парней вытащили судорожно хватавшую воздух Лолу из воды. Третий, коротким ударом оглушив Орехову, обхватил ее и поплыл к уходящим в воду ступенькам.

— Убейте ее, — прошипела Лола и бросилась к Рите.

— Держите ее, — приказал Валерий, — Убью! — вырываясь, визжала Лола. — Уничтожу!

— Заткнись! — рявкнул на нее муж. Она замолчала.

— Что с ней? — Он присел рядом с лежавшей без сознания Ореховой.

— Я ее слегка приласкал, — признался боевик, — а то бы она меня точняком под воду утащила. Сейчас очухается, я ее…

— Уведите Лолу, — не оборачиваясь, бросил Валерий.

— Я убью ее! — Взвизгнув, та рванулась вперед. Поймав ее за руки, двое парней буквально выволокли разъяренную женщину за дверь.

— Пусть зайдет кто-нибудь из медиков, — крикнул им вслед Ниндзя.

Рита застонала и открыла глаза. Увидев Валерия, рванулась.

— Спокойно, — удерживая ее, сказал он. — Не бойся. Все будет хорошо. — И велел боевику:

— Дай что-нибудь выпить. Оставшийся боевик достал из шкафчика коньяк. Налил в рюмку.

— И закусить, — добавил Ниндзя. Парень протянул Рите шоколадку.

— Где Степа? — спросила она. — Отдайте мне сына. — Она заплакала.

— Выпей, — протянул ей рюмку Валерий, — станет легче. Парнишку тебе вернут, сегодня же. Но ты пообещаешь мне, что я встречусь с Атаманом.

— Я не знаю, где они, — замотала головой Рита. — Честное слово, не…

— Они на тебя сами выйдут, — усмехнулся Ниндзя, — не сегодня, так завтра. Сына ты получишь сегодня. Но запомни: если в течение двух дней ты не позвонишь и не скажешь, где со мной может встретиться Атаман, твой пацан умрет. А теперь все. — Он поднялся и приказал:

— Отвезите ее домой. И скажи бабам, чтобы отдали мальчишку тебе. Ты отвезешь его домой. К ней домой, — увидев непонимание в глазах боевика, уточнил он.

— Здесь? — спросил в сотовый телефон Кардинал. — Значит, они…

— Да, — перебил его Навруз. — Ты начал это и не можешь взять Атамана. Ведь по твоей инициативе было устроено это шоу с покушением на него?

— Что? — растерялся Кардинал.

— Не надо, Эд, мы все знаем. Конечно, ты старался для дела. Но… — Кашлянув, многозначительно замолчал.

— Ну? — поторопил его Кардинал. — Договаривай.

— Ты должен вернуться в Москву, к тебе имеется ряд вопросов.

— Вот как? — удивился Кардинал. — Хорошо, приеду. Завтра или послезавтра. Сейчас не могу, мне необходимо покончить с Атаманом. Я не ожидал от него такой прыти и поэтому сам должен убедиться, что с ним все кончено.

— Ты должен быть в Москве, — буркнул Навруз. — Поверь, Эдуард, это в твоих интересах.

— Может, все-таки объяснишь, — раздраженно спросил Кардинал, — в чем дело?

— Поверь, — вздохнул Навруз, — это не телефонный разговор.

— Но здесь Атаман! — разозлился Кардинал. — Надеюсь, ты и остальные понимаете, как важно, чтобы он замолчал навсегда.

— Ты прав, — нехотя признал Навруз. — Но желательно, чтобы ты хоть на день вернулся в Москву.

— Да ты говори толком, — разъярился Эдуард, — что за срочность такая?!

— Ладно, — буркнул кавказец. — Думаю, ничего серьезного за три дня не случится. Атаман тоже крайне важен. Мы несем ощутимые убытки.

— Положим, убытки всегда ощутимы, — усмехнулся Эдуард. — Но ты меня заинтриговал своим мягким, — нашел он определение, — требованием приехать в Москву. Что происходит?

— Еще ничего, — буркнул Навруз. — Но может произойти. Именно поэтому ты и нужен.

— Чертовщина какая-то, но если ты не доверяешь телефону, то хотя бы намекни, в чем дело.

— В Нонне, — неохотно сказал Навруз.

— Ах, вот вы о чем. — Кардинал засмеялся. — Ну, тогда могу вас уверить: ничего страшного нет. Если, конечно, вы о наркотиках, которые она отдает Валентину. И на вид они могут показаться очень даже влюбленной парочкой. Но там все гораздо проще. Валентин — ее двоюродный брат. Он в нее влюблен с детства. И поэтому я позволяю ему иногда целовать ее. Сама Нонна к этому относится тоже очень спокойно. Так что не волнуйтесь, Навруз Али, никто к моей жене без моего ведома не подкрадывается. Если, конечно, ты только это имеешь в виду.

— Именно это, — озадаченно ответил Навруз.

— В общем, как покончу с Атаманом, — переменил тему Кардинал, — сразу вернусь. — Отключив телефон, зло сказал: — Значит, снова ты с ним. Ну ты и стерва. Но как узнал об этом центр? Или знает один Навруз? Зря ты со мной так, милая. Сейчас я уже твердо стою на ногах, и помощь мне не нужна. Кто и как узнал об этом? Впрочем, нужно что-то делать. Что именно, решу по приезде.

— Здоров, дед, — войдя в комнату, кивнул Бугор.

— Заявился наконец-то, — ворчливо встретил его лежавший на кровати старик. — Снова куда-то запропастился. Я уж подумывал, не цапнули ли тебя мусора. Но потом решил — если бы спеленали, на хату обязательно нарисовались бы. Ты тоже хорош гусь — ведь мог сказать, куда отправляешься.

— Дела, дед. — Мы одного отморозка вылавливаем. Нагрубил здорово, вот и ищем козла.

— Это кого же? — спросил дед. — Если из ваших, то таких полно, молодых, да ранних. Если кто из мужиков нагрубил, то, может, и знаю. Кто такой?