Мы не мафия, мы хуже - Борис Бабкин

— Папа, — открыв глаза, промычал Роман.

— Я в порядке, — держась за живот, хмуро проговорил Иван. — Они Степку забрали, — плача, сказала женщина.

— Надо в милицию звонить. — Иван шагнул к телефону.

— Они убьют нас. — Женщина, загородила собой тумбочку с телефоном.

И тут же раздался звонок. Вздрогнув, она подняла трубку.

— Да?

— Помни, что я сказал, — услышала женщина насмешливый голос. — А то следующие деньги дадим на похороны. Сначала сыночка, а потом и вас отпоют.

— Хорошо, — кивнул Семенов. — Я передам. Но почему он тебе это сказал? — спросил он. Выслушав ответ, выругался. — Он слишком возомнил о себе. Не волнуйся, ничего он сделать не сможет. Я сегодня же свяжусь с Москвой. — Он отключил сотовый телефон. — Похоже, Эдуард слишком высоко взлетел. Тем хуже для него, больнее падать будет.

— О ком ты, милый? — услышал он голос Милы.

— О твоем новоявленном хахале, — недобро отозвался он.

Мила рассмеялась:

— А ты, оказывается, ревнуешь. С одной стороны, это радует.

— А с другой?

— С другой — тоже. — Значит, я тебе не так безразлична, как ты хочешь показать.

— Ты мать моего сына, и ничего больше. Даже жена ты мне только по паспорту. Сколько мы с тобой не спим вместе? — ехидно спросил он.

— А я это переношу спокойно, — парировала она. — Мужиков, слава Богу, хватает. И попадаются интересные экземпляры. Ты мой муж, и от этого тебе никуда не деться. Развода я не допущу. Да ты и сам не пойдешь на развод. Ведь ты очень любишь Алешку и не допустишь, чтобы он остался со шлюхой-матерью. И еще: не пытайся избавиться от меня. Я застраховалась на этот случай. Если со мной произойдет что-то, в органы сразу поступит бумага, в которой все о делах вашей фирмы. Я изрядно попотела над бумагами из твоего кабинета. — Мила засмеялась. — И слава Богу, милый, что ты такой аккуратист. Я на твоем месте не стала бы держать подобные документы дома.

Семенов с ревом бросился к ней, но вдруг остановился.

— Перевелись мужчины, — с насмешливым сожалением сказала Мила и ушла в свою комнату.

— Тварина, — прошептал Игорь. — Еще Атаман этот. — Им нужно действительно заняться всерьез. Он много знает. Ведь сюда за хрусталем этот Атаман приезжал дважды. По-моему, даже был на подземном заводе. Ну и провожаю столетие — одни неприятности. И эту шлюху надо оберегать. — Он недовольно взглянул на дверь. — Она ведь не просто так говорила. Она это сделает. У кого могут быть копии?

Семенов задумался, но ответа не нашел. Он открыл сейф и посмотрел на несколько лежавших в нем папок. Мила была права. Он снимал копии с каждой относящейся к делу бумаги. И делал это не только потому, что был, как она отметила, аккуратистом. Семенов понимал, что малейшая его оплошность и совет центра, так именовали себя несколько человек организации, во главе которой стоял Карл Вукинин, приговорит его к смерти. Но если он скажет о копиях, приговор будет отменен, и это даст ему время, чтобы спастись. А как раз времени и не хватало многим из тех, кого центр приговаривал к смерти. Тут еще Кардинал с Нин-дзей. Он его, видите ли, уволил. То есть фактически отбросил наших боевиков. Интересно, как это воспримет центр? Скорей бы вернулся Карл, уж он-то навел бы порядок. И Атамана этого неуловимого давно бы успокоили. Но, похоже, наконец-то Атаманом займутся серьезно. Навруз звонил и сказал, что выехала какая-то команда. Они вот-вот должны приехать.

— И где он может быть? — спросил один из четверых накачанных молодцов в мотоциклетных шлемах. ) — В течение четырех суток, — с заметным испугом проговорил худощавый майор милиции, — его не видел никто. Последнее место, где он засветился, вот. — Он ткнул пальцем в крупномасштабную карту Владимирской области. — В доме тещи своего брата. Там…

— Это мы знаем, — перебил его первый. — Хреновато твои Коллеги работают.

— Он усмехнулся. — За что вам деньги платят? Раненый мужик с заложником пропал бесследно. Может, где-нибудь на заброшенной ферме от раскаяния повесился?

— Вот еще, — вспомнил майор. — Нашли ночлег Атамана. Вот здесь. — Он снова показал на карте. — В старом коровнике. Он там был, это точно. Его отпечатки обнаружены…

— Что же ты нам уши протираешь? — подал голос сидевший на «харлее» второй.

— Просто как-то упустил из виду, — виновато сказал майор.

— Смотри, Наседин, — многозначительно помахал резиновой дубинкой третий, — мы тебя из виду не упустим.

Раздался вызов сотового телефона. Один из мотоциклистов приложил его к уху.

— Что у вас? — недовольно спросил мужчина.

— Ничего существенного. Атаман пропал. Его даже не видел никто.

— Позвони по номеру, который я назову, договорись о месте встречи.

— Нет. — Рита обессиленно опустилась на стул.

— Они сказали, — виновато прогудел Иван, — чтобы ты передала Виктору — если в течение двух дней он не отдаст им брата, Степку… — Он не смог произнести страшное слово.

— Нет! — вскакивая, закричала Рита.

— Только смотри, — быстро сказал Иван, — не вздумай обращаться в милицию. Они погубят мальчишку. Рита молчала.

— Рита! — громко позвал Иван.

— Я слышу, — тихо отозвалась она.

— Ритка! — Иван уже кричал в трубку. Женщина выдернула шнур и, обхватив голову руками, повалилась на пол.

— Вот здесь. — Валерий показал мотоциклистам точку на карте. — Но парни говорят, там менты.

— С ними мы договоримся.

— Вы там моих не зацепите, — усмехнулся Ниндзя.

— Ты нам дай кого-нибудь, — немного подумав, попросил первый. — Все равно дорогу не знаем. А спрашивать — лишний раз светиться. И вот еще что… — Он кивнул на мощные мотоциклы. — Поменяй нам коней. Хотя на переправе их не меняют, но больно уж в глаза бросаются. Да и номера московские. У тебя четыре «Явы» найдется?

— Конечно. Дам пять. С вами двое моих поедут.

— Они как, — спросил старший, — просто кататься умеют или ездят?

— Ездят.

— Договорились? — Из дверей трехэтажного особняка вышел плешивый мужчина.

— Конечно, — кивнул мотоциклист. — Все будет в норме, Клоп. — Задача проста и понятна: дать знать Орехову, что его сынуля находится в руках серьезного дяди, который шутить не любит. Взамен сыночка нужен Атаман. Чего же здесь сложного?

— А как вы известите Орехова? — поинтересовался Клоп.

— Есть вариант, — уклончиво ответил Валерий.

— Ну что же, — кивнул Клоп, — за работу. И помните — Атаман должен сдохнуть.

— Как скажешь, — кивнул Шустрый.

Робинзон подошел к хлеву, оглянулся и, отмахиваясь от назойливых навозных мух, вошел в коровник. Взял скребок на ручке и начал чистить навоз.