На вершине бездны - Артем Евгеньевич Белянин

— Безопасно. Там только крестьяне, — спокойно сказал индеец.

Заведение и вправду оказалось таверной. Несмотря на упадок, царящий вокруг, желающих пропить свои гроши меньше не становилось. Подойдя к хозяину заведения, Гаспар вежливо улыбнулся.

— Скажите, любезный, как далеко мы от портового города? Нам очень нужно попасть на тропу оракула.

— Если вы имеете в виду порт Флобера, то это полдня пути, если огибать архипелаг на запад при попутном ветре. Но до тропы оракула по суше будет быстрее. К «Белому дворцу» ведёт хорошая проторённая дорога. Местные проводники доставят вас верхом за сущие гроши, — натирая тарелку, произнёс тавернщик.

— Благодарю, уважаемый! — воскликнул Гаспар и положил на стойку пару монет.

— Ну что там? — угрюмо пробасил Эстебан.

— Думаю, хорошо, что мы причалили именно сюда. В порту Флобера скоро будут корабли коменданта. Не хотелось бы с ними пересечься. До замка можно добраться и отсюда, — произнёс Гаспар.

— Вот и замечательно, — сказал Веласкес. — Допросим Барзолу, выясним, что этой скотине здесь нужно, и тронемся.

Вернувшись на корабль, команда стала собираться в дорогу, а Эстебан, приняв на себя роль дознавателя, направился в трюм.

Спустившись, гладиатор бросил тяжёлый взгляд на связанного Барзолу. Подойдя к пленнику вплотную, Эстебан схватил капитана стражи за шиворот и, оторвав того от дощатого пола, поставил на ноги.

— Слушай меня внимательно, комендантский прихвостень, — тихо, но с осязаемой угрозой в голосе пробасил гладиатор. — Ты можешь рассказать мне всё, что знаешь о вашем походе на архипелаг, и тогда тебя высадят на одном из необитаемых островов. А можешь не говорить. Тогда я раздроблю каждый твой палец, каждый зуб, колени и локти. А потом я вспорю твой живот и оболью кишки уксусом. Поверь, у меня колоссальный опыт в причинении боли, — ровным, невозмутимым голосом произнёс Эстебан.

— Не надо. Я скажу всё, что знаю, — нервно проглотив в горле ком, ответил Барзола.

— Учти, если ты соврёшь, то мы снова встретимся, ведь я обязательно навещу тебя на острове, куда ты отправишься. Выбор у тебя небольшой, — крутя в руках щипцы, тихо сказал Эстебан.

— Я скажу всё как есть! — испуганно заёрзал Барзола. — Комендант отдал приказ доставить оракула в Ракшу любой ценой, если потребуется, солдаты будут штурмовать «Белый дворец». Вы им не особенно нужны. Взять вас при отплытии была моей идеей, — виновато опустив голову, признался Барзола. — Решил выслужиться. Думал, за вас выторгую местечко потеплее. Я устал быть подтиркой для задницы коменданта и подчищать все его грязные дела. Хочу уже спокойной жизни.

— Я сейчас зарыдаю, — всё так же спокойно произнёс Эстебан.

— Их ведёт Кобылин, — шмыгнув носом, продолжил Барзола. — Кстати, это он сдал Годо! И девчонку в его поместье тоже он порешил, — участливо заглянув Эстебану в глаза, сказал капитан. — С ним сейчас половина гарнизона Ракши. Хотя уже меньше, учитывая погибших при абордаже. Высадка у них в порту Флобера. Больше я ничего не знаю, — опустив голову, произнёс Барзола.

— Хорошо, — потрепав капитана по макушке тяжёлой ручищей, ответил Эстебан. — Посиди тут, пока мы не уладим дела, а потом, как и обещал, я тебя высажу в каком-нибудь тихом райском местечке, где ты уже никому навредить не сможешь.

Кают-компания тем временем оживлённо грохотала ящиками. Переход через горы сулил быть нелёгким, а потому следовало снарядиться как положено. Вошедший в каюту Эстебан замер в дверях.

— Что-то ты быстро, — взглянув на великана, произнёс Веласкес. — Не рассчитал силу?

— Он оказался тем ещё орешком. Не пришлось отвешивать и пощёчины.

— Что поведал наш крепыш? — стягивая узел походного мешка, спросил Гаспар.

— Мы мало интересуем коменданта. Солдат он послал вовсе не по нашу душу. Они идут за оракулом. Девчонке, по-видимому, приписывают всю чертовщину, что творится вокруг. У Кобылина приказ достать её любой ценой.

— Но ведь дворец под защитой самой короны, он неприкасаемый, — удивлённо произнёс Веласкес.

— Им плевать. Комендант, по-видимому, вконец обезумел, раз девчонка ему важнее собственной головы. Его солдаты идут штурмовать дворец.

В углу комнаты что-то разбилось. Растолкав мужчин, к Эстебану вышел Карим. Взгляд ассасина, по обыкновению холодный и беспристрастный, в это мгновение сквозил тревогой.

— Сколько у них бойцов? — не сводя глаз с Эстебана, спросил Карим.

— Много. Половина гарнизона Ракши, — удивлённо ответил гладиатор.

— Что стряслось, Карим? — нахмурив брови, спросил Гаспар. — У дворца серьёзная охрана, по словам Годо, там один воин стоит десяти, ты же помнишь! Никуда этот оракул от нас не денется. Мы завтра к вечеру будем на месте. Ну а если коменданту приспичит пойти на штурм, то поможем охране дворца отбить им всякое желание буянить. Уж поверь, у меня колоссальный опыт осадного дела.

— Я ухожу прямо сейчас, — отрезал Карим.

— Да какая муха тебя укусила?! — вмешался Веласкес. — Эти болваны доберутся туда многим позже нас. Барт не зря запрягал бурю в наши паруса. У нас серьёзная фора. К чему твоя спешка?

Карим, словно не слыша товарищей, проверил оружие, набросил на плечи дублёную волчью шкуру и, кивнув присутствующим, молча вышел из каюты.

Веласкес в недоумении развёл руками и хотел было выйти за ассасином, однако на его плечо легла рука Тахо.

— Оставь его, — тихо произнёс индеец. — Его дух рвётся впереди его тела. Он с нами на одной стороне, но там, в замке, у него есть нечто большее, чем у нас всех.

Веласкес выдохнул и, покачав головой, продолжил собираться в дорогу.

В полдень группа, оседлав коней и навьючив на них вещи, в сопровождении проводника тронулась в горы. Карим, втридорога выкупивший у старосты лучшую в деревне лошадь и старую карту ущелий, покинул деревню ещё утром.

Кутаясь в шкуры, на холодном ветру группа медленно, но верно продвигалась вглубь перевала. С каждым новым ущельем и бродом горной реки они всё ближе подбирались к сакральным ответам, неистово взывающим к ним из-за стен «Белого дворца».

Медленно покачиваясь в седле, Тахо с улыбкой посмотрел на зацепившийся за ветку дерева и трепетавший на ветру пучок волчьих волос. Это было напоминанием о Кариме, промчавшемся здесь несколькими часами ранее.

— Эй! Старый хрыч! Когда ты уже нас доведёшь до этого чёртова дворца?! — крикнул проводнику Барт. — Клянусь, я уже прирос задницей к лошади!

— Не переживай, мы снимем тебя вместе с седлом, — сказал Веласкес. — Тебя прозовут «Оседлый Барт».

— «Оседлый Барт — гроза морей!» — расхохотался Эстебан.

— Тише! — вскинув руку, сказал Тахо.

Земля задрожала, а после заходила ходуном. Лошади встали на дыбы. В горах раздался грохот.

— Назад!!! — завопил проводник.

Развернув коней, группа в галоп направила коней