На вершине бездны - Артем Евгеньевич Белянин

— Сукин ты сын! Как же вовремя, — простонав произнёс испанец.

— А ты думал, я оставлю вас? — перетягивая раненую руку, хрипло спросил Барт.

— Честно говоря, не рассчитывал тебя ещё раз увидеть, — скорчившись от боли, ответил конкистадор.

— Ну и напрасно. Я был так зол, что решил вернуться и помочь комендантским козолюбам устроить вам порку. Но этот болван Кимбо умудрился всё испортить! Сукин сын всё перепутал и перебил не тех.

— Идёмте уже в замок, — послышался измождённый голос Гаспара. — Пора узнать, какого чёрта мы все здесь забыли.

— Кэп! Что дальше? — поправляя разорванную на груди рубаху, спросил Кимбо.

— Ступайте на корабль, парни! Клянусь морской пучиной, вы лучшая команда, что я видел за свою жизнь! Горд, что хожу с вами под одним парусом! — хрипло произнёс Барт и хлопнул боцмана по плечу.

— Спасибо, кэп! Достойному капитану — достойная команда! — ответил Кимбо и стал подгонять своих парней.

Устало косясь на догорающий таран, Барт и остальные двинулись к воротам.

Войдя во дворец, обессиленные мужчины опустились на каменный пол. Одна из дверей дворца распахнулась, и в зале появилась Читана. С трудом удерживая слёзы, девушка бросилась к Кариму и дрожащей рукой коснулась его кровоточащей раны.

— Идёмте за мной! Скорее! — сказала Читана и, растирая в ладони кровь Карима, направилась вглубь зала.

С трудом поднявшись, раненые мужчины двинулись вслед за хозяйкой дворца.

Войдя в главный зал, Читана направилась к самой дальней двери и, навалившись на неё всем своим хрупким телом, отворила.

За дверью послышался громкий шум падающей воды. Внутри было влажно и тепло. С потолка в комнату падали рассеянные солнечные лучи. Посреди этого полупещерного помещения стояла широкая каменная чаша, наполненная пузырящейся водой. Из скальной расщелины под потолком в огромный сосуд падал пенистый поток, отчего чаша бурлила и переливалась через край.

— Раздевайтесь и забирайтесь в неё! — расстёгивая пуговицы на одежде Карима, произнесла Читана.

Веласкес и Гаспар, переглянувшись, не спеша стали ослаблять ремни на доспехах. Сжав на прощание ладонь Карима, Читана молча выскользнула из комнаты и притворила за собой дверь. Эстебан и Тахо аккуратно помогли снять испанцу кирасу. Рана на бедре конкистадора выглядела скверно.

— Боже праведный, она тёплая! — опустив ладонь в воду, произнёс Гаспар.

— Как бы ни истечь в ней кровью, — взглянув на бурлящую каменную чашу, ответил Веласкес.

— Полезай. Не истечёшь, — холодно сказал Карим и, сбросив одежду, вошёл в воду.

Следом в огромный каменный сосуд погрузились и остальные. Пузырьки воздуха приятно защекотали тело.

— Чёрт подери! Почему я не чувствую боли?! — глядя на раненую руку, прохрипел Барт.

— А ведь одноглазый пьяница прав! — послышался удивлённый голос Веласкеса.

— Действительно, боль уходит! — облегчённо произнёс Гаспар и закрыл глаза.

— Сущее безумие, — раздался бас Эстебана. — Что это за вода?! К чёрту боль, я перестал чувствовать усталость!

— В этом месте многое выглядит чудно, — послышался негромкий голос Карима. — Здесь медленнее течёт время, всегда светит солнце и ты никогда не испытываешь голода.

— Звучит так, будто мы только что с боем отстояли Эдем, — произнёс Гаспар.

— Тахо! Чёрт тебя раздери! — заорал Барт. — Убери от меня свои волосы! Они плавают по всему корыту!

— Не обращай внимания, Тахо! — вмешался Веласкес. — Этот плешивый дурак как-то проболтался, что чертовски тебе завидует. И что если бы у него росли волосы на голове, а не на жопе, он непременно отрастил бы себе такие же.

— А ещё мне чертовски интересно, почему этот танцор с кинжалами помчался сюда раньше нас! — прохрипел Барт, переключившись на Карима. — Не хочешь нам рассказать, что у тебя с этой девчонкой и откуда ты её знаешь?

Карим, не ответив, закрыл глаза и как ни в чём не бывало продолжил наслаждаться тёплым источником.

— Какое твоё дело, старый чёрт, что и у кого с кем было?! — сказал Веласкес. — Если бы я сейчас не видел твоих причиндалов, то наверняка принял тебя за старую одноглазую бабу, у которой на уме одни сплетни.

— Я знаю её много лет, — вдруг произнёс Карим. — Однажды, будучи ещё юношей, я увидел красочный сон. В нём была девушка, украдкой наблюдавшая за мной из-под белой вуали. Это и была наша с ней первая встреча. Она могла окунуться в сон любого человека, живущего или жившего на земле, но сердце её остановилось на мне.

— Я не верю своим ушам! — прохрипел Барт. — За время путешествия я от него слышал только огрызки фраз, а тут целый рассказ.

— Эстебан! Сделай доброе дело, сядь на лицо этому трепачу. Может, хоть это его заткнёт, — закатив глаза, сказал Веласкес.

— Хочешь сказать, вы столько лет виделись во снах, а встретились в этом Богом забытом месте? — удивлённо вскинув бровь, спросил Гаспар.

— Да, именно так и было, — ответил Карим.

— Господь всемогущий! В голове не укладывается, — почесав лоб, произнёс Веласкес. — А как ты вообще попал сюда?

— Так же, как и вы, — втянув носом влажный воздух, ответил Карим. — И так же, как и вы, встретил Массара Годо. Он рассказал мне и о дворце, и об оракуле. Расспросив его о деталях, я сразу понял, что мои молитвы услышаны. Естественно, в голове была навязчивая идея её увидеть. Но я был обязан старику, как и вы все. Пришлось выполнить пару поручений, а потом появились вы.

— Ты ведь уже говорил с ней? Зачем мы здесь появились? Как нам вернуться обратно? — отжимая обвисшие усы, спросил Веласкес.

— Самое странное во всём этом, что она тоже однажды здесь появилась. Так же, как мы, — со вздохом произнёс Карим. — Появилась здесь самой первой, и только потом стали появляться другие. Этот мир будто ждал её. «Белый дворец» был древним монастырём. Здесь жил и по сей день живёт орден мраморных воинов, несколько столетий ожидавший пришествия в их стены женщины, видящей сквозь время. Так и вышло. Она появилась прямо здесь. С тех пор она для них не человек, а божество, и каждый из них отдаст жизнь за неё, не колеблясь.

— Старик Годо говорил, что ездил к ней ещё юнцом, сколько же она здесь находится? — внимательно посмотрев на Карима, спросил крестоносец.

— Точно не знаю, но, думаю, не меньше двух столетий, — словно сам не веря в то, что сказал, ответил ассасин.

— Хех! А ты, видать, любитель дамочек постарше, — снова раздался голос Барта.

— Не обольщайся. Ты не в его вкусе! — оборвал его Веласкес.

— Она что-нибудь знает о том, почему мы все здесь оказались? — закинув могучие руки на края каменной купели, спросил Эстебан.

— Знает. Хотя и немного, — задумавшись, ответил