Убиваем наповал - Сергей Зверев

– Уходить надо, – коротко и категорично бросил старпом. – Я отдам команду о приготовлении к срочному погружению.

Услышав эти слова, Крутолобова шагнула к леерам, вцепилась в них мертвой хваткой и решительно произнесла:

– Я останусь здесь. Погружайтесь, но без меня. – Судя по поведению, настроена она была решительно.

– Что вы, Ларисочка! – Академик горестно всплеснул руками. – Что вы такое говорите?

– Я останусь здесь, – упрямо повторила девушка.

– Нас расплющит, как консервную банку под прессом! – зло выкрикнул старпом.

– У нас нет времени даже подтащить к борту тушу кита, – спокойно сказал командир, – тем более пришвартовать ее. Да и с таким довеском мы вряд ли сможем уйти. Вопрос решенный. – Тон его был еще решительней, чем у девушки. – Мы погружаемся и уходим.

В это время море тяжело вздохнуло и на чистую воду, в полукилометре от лодки и льдов, словно гигантский поплавок, всплыла туша мертвого млекопитающего.

– Всем спуститься вниз! – приказал командир, и старпом с академиком послушно двинулись к трапу.

– Я не пойду, – негромко сказала Лариса и сильнее ухватилась за леера.

– Не заставляйте меня применять силу, – процедил сквозь зубы Морской Волк и шагнул к ассистентке.

– Еще шаг, и я прыгну за борт, – предупредила она, и по ее тону мужчины поняли, что именно так она и сделает.

Все застыли в нерешительности. Воспользовавшись короткой паузой, Лариса нервно закричала:

– Вот же он, кит! Смотрите! Мне нужно от силы двадцать минут, всего каких-то двадцать минут! Мы что, зря столько гонялись за ним? Зря была затеяна вся эта операция?

– «Ы», – прорычал командир и начал медленно подходить к девушке.

– Что? – не поняла Лариса.

– Операция «Ы», – повторил командир, – а сейчас вы немедленно спуститесь вниз. Иначе я проведу операцию «ЗЮ».

– И не подумаю, – неожиданно весело возразила Крутолобова, и стало понятно, что решение она приняла и его не изменит. Девушка занесла ногу, готовая прыгнуть. – В море будете проводить свою «ЗЮ».

– Илья Георгиевич! – неожиданно крикнул старпом разгоряченному, ничего не соображающему командиру, за которого в данной ситуации решения приходилось принимать ему. – Можно попробовать один вариант.

– Какой? – Командир гневно обернулся к нему, однако свое наступление на Крутолобову временно приостановил. – Лодку я гробить не позволю!

– И не надо, Илья Георгиевич, – старпом пытался урезонить командира и вернуть ему способность трезво соображать, что в данной ситуации было весьма кстати. – Лодка сейчас же срочно погружается, а я с академиком и его ассистенткой немедленно отчаливаем к киту. Лодка уже полностью снаряжена и готова. Пока лед доберется до туши, мы должны успеть, – скороговоркой тараторил Даргель, экономя драгоценные секунды, – как поле пройдет – вы нас подберете.

– А если не успеете? – усомнился командир.

– Лодка – не субмарина, на таких, даже похуже, как говорил академик, наши предки-поморы спокойно ходили среди льдов, – старпом спокойно глянул на Морского Волка, – и потом, Илья Георгиевич, – добавил он, – вы же меня знаете…

Первая серьезная ледяная гостья со страшным скрежетом потерлась о борт субмарины и пошла дальше параллельным курсом, обгоняя обездвиженное судно. Макаров раздумывал ровно секунду:

– Действуй, Николай…

– Лодку на воду, – тут же приказал Даргель в нагрудный передатчик, и на палубу сразу выскочили четверо членов экипажа, словно только и ждали этого распоряжения. Пока электронасос быстро закачивал воздух во внутренность лодки, все члены экспедиции и командир придирчиво осматривали снаряжение, в том числе и на членах команды этой резиновой посудины. Спасательные жилеты с радиобуйками, набор продуктов и питьевой воды, ракетница, фальшфейера, запасное топливо для подвесного мотора, теплое водолазное белье…

– А это что такое? – удивленно ткнул пальцем командир, указывая на незнакомый предмет.

– Это моя косметичка, – пожала плечами Лариса.

Командир только закатил глаза и не стал вступать в перебранку. Не было лишнего времени, да и что с женщин возьмешь?

– Там у меня радиомаяк, – пояснила вмиг повеселевшая Крутолобова.

– Зачем это вам? – только и спросил Морской Волк.

– Что? – поинтересовалась Лариса. – Косметичка или радиомаяк?

– Ларисочка, – озабоченно предварил вопрос командира Расторгуев, – а вы чип с набором китовых сигналов взяли с собой?

– Да, – девушка осторожно дотронулась до флешки, которая покоилась на шее на прочной металлической цепочке, какую обычно с личными номерами выдают офицерам.

– В этом чипе, можно сказать, результаты всей моей жизни и работы, – пояснил академик Макарову свою странность. – Я с ним ни на минуту не расстаюсь.

Еще одна непрошеная гостья громко ткнулась в борт субмарины и захрустела ломкой ледяной крошкой.

– Это еще цветочки, – нравоучительно начал командир, – а ягодки… – Он не успел закончить.

Одна из сравнительно небольших с виду близких льдин вдруг начала потихоньку клониться на бок, заваливаясь верхушкой в сторону «Макарова». Морской Волк знал, что это значит. Этот кусок льда подмыло снизу, изменилась остойчивость, верх стал тяжелее низа и льдина начала переворачиваться. И очень даже вполне возможно, что снизу она окажется грозным айсбергом, до столкновения с которым не больше минуты.

– Быстро отчаливайте! – гаркнул командир, подтолкнул к резиновой посудине Ларису, а сам бросился к внутреннему трапу.

Но как Макаров ни спешил, прежде чем отдать команду на срочное погружение, он убедился, глядя в узкую щель люка, что лодка с подвесным моторчиком двинулась в сторону китовой туши, умело маневрируя во льдах под командой опытного морехода.

– Отстрелите якорный радиобуй, – скомандовал Морской Волк перед погружением. Старпома с его спутниками командир намеревался забрать при первой же возможности.

«Ничего с ними не случится, – успокаивал себя Макаров. – Даргель – моряк опытный, лодка оснащена всем на добрую неделю автономки, на море по прогнозам никакого волнения не ожидается. Даже замерзнуть не успеют – плюс восемь. Разве что ночью… Ну, от простуды у меня есть хор-р-рошее лекарство». – И он усмехнулся, вспомнив, как Крутолобова махом и почти не поморщившись опрокинула в себя полстакана спирта, даже не подав виду. Какая женщина…