Нарушители - Клэр Макфолл

Потрясенная, Сюзанна стала выискивать глазами Джека. Тот оглядывался по сторонам, злобно сжав кулаки. И шаг за шагом он отходил от них все дальше. Сюзанна с внезапным ужасом поняла, что он бы ушел от них совсем, если бы только мог.

Как только она подумала об этом, сразу же почувствовала резкую, пронизывающую боль в животе. И увидела, как схватился за живот Джек. Меж пальцев у него сочилась кровь.

– Джек, – проскрипела она сквозь боль. – Джек, подойди ближе.

Он совсем не хотел идти к ней – она это ясно видела, – но ему явно было так же больно, как и ей самой. С каждым шагом он уменьшал ее агонию; вот уже припустил бегом. Сюзанна не могла вздохнуть полной грудью, пока он не встал рядом с ней.

– Что за хрень происходит? – рявкнул он.

Времени отвечать не было: внезапно перед ними возник Инквизитор. Сюзанна моргнула – и он заполнил все пространство у нее перед глазами.

– Проводник, – заговорило существо, пронзая ее взглядом; не было никаких сомнений: оно обращалось именно к ней. – Ты знаешь, кто я?

Ополоумев от ужаса, Сюзанна кое-как кивнула. Тристан говорил, что Инквизитор может обездвижить и лишить воли. Но знать и испытать самой – совсем разные вещи.

На секунду существо перевело взгляд на Тристана. Сердце Сюзанны успело сделать один-единственный удар и снова остановилось – не Тристан, а она была в центре внимания Инквизитора.

– Проводник, ты не исполнила свой долг.

Сюзанна открыла рот, но не издала ни звука.

– Ты не выполнила своей главной обязанности: не доставила доверенную тебе душу в горние пределы. Что еще хуже, ты позволила душе вернуться в тело, вернуться в мир живых, обладая запретным знанием.

Слова звучали бесстрастно, словно Инквизитор читал правило из книги законов.

– Ты покинула пустошь, оставила свой пост и свой священный долг. Ты выдавала себя за человека, не обладая таким правом. Ты позволила злу просочиться в этот мир, принося безвременную смерть. – Инквизитор замолчал, и Сюзанна почувствовала, как ее прожигает горячим взглядом. – Твои руки запятнаны их кровью.

Сюзанна знала, что это метафора, но все равно покосилась на ладони, ожидая увидеть кровавые пятна. Однако увидела только свою не слишком чистую после сражения с монстрами кожу, а потом пальцы Джека с обкусанными ногтями, которые обхватили ее тонкое запястье и потянули. Потянули в противоположную сторону.

– Не знаю, что за хрень тут творится, – прошептал он ей в ухо. – Но нам лучше уйти.

Впервые Сюзанна была с ним полностью согласна. Но проблема заключалась в том, что идти она не могла – ноги приросли к земле и мускулы отказывались шевелиться. С губ сорвался крик: Джек тянул так сильно, что вот-вот вывихнет ей плечо.

– Я уйду от тебя! – угрожал он. – Вот честное слово. Уйду, и все тут.

Сюзанна посмотрела на бесстрастно наблюдавшего за ними Инквизитора. Их возня его совершенно не занимала.

– Ты не можешь, – сказала она Джеку. – Ты умрешь. Мы оба умрем.

Это несколько остудило его пыл. Высвободив запястье, Сюзанна повернулась к Инквизитору.

– Проводник, – продекламировал тот, словно угрозы Джека ничего не значили. – Ты услышала свои грехи. Имеешь ли что-то сказать, прежде чем я вынесу приговор?

Приговор? Сюзанна лихорадочно искала себе хоть какого-то оправдания, но быстро поняла, что нет ничего. Она могла предложить ему лишь правду.

– Я хотела жить, – сказала она Инквизитору. – Мне очень жаль, я… – Она сглотнула и перевела взгляд на Тристана.

Будет несправедливо приплетать его сюда. У него – и его души – оставался шанс на спасение.

– Мне просто хотелось жить.

Инквизитор наблюдал за ней немигающим взглядом. Время тянулось мучительно; звуки окружающего мира становились тише, она слышала только, как Джек шепчет ей на ухо:

– Сюзанна, Сюзанна!

– Ты виновна.

Сюзанна испытала стремительный прилив облегчения, напряжение спало. Однако тут же всколыхнулась волна ужаса. Она ждала, что Инквизитор скажет дальше.

– Ты лишаешься жизни, которую украла для себя в этом мире. Мир живых не игрушка для бессмертных. Тебя вернут на пустошь, где ты получишь свое наказание.

– Наказание?

– К чертям это все! Я ухожу. – Джек резко развернулся.

– Джек! Нет! Ты же знаешь, что тебе нельзя!

Распахнув глаза, Сюзанна наблюдала, как Джек понесся прочь. Пробежал три метра, потом еще пять. Потом споткнулся и остановился, схватившись за бок.

– Джек, подожди!

До нее смутно дошло, что это кричит Дилан. Девчонка просила, чтобы Джек вернулся. Он ее проигнорировал, как и Сюзанну. Тристан, единственный человек, к которому Джек бы прислушался, молчал. Со слезами боли и страха Сюзанна в умоляющем жесте протянула руки к Инквизитору.

– Пожалуйста! – выдохнула она. – Пусть боль прекратится!

– Ты плохо выбрала свою душу, – отчитал ее Инквизитор. – Я вижу между вами связь. Она сплетена из черных нитей жадности и себялюбия. Ты позволила умереть невинным, чтобы исполнились твои собственные эгоистичные желания. Ты не заслуживаешь ни моей жалости, ни моего милосердия.

– Пожалуйста… – повторила Сюзанна, падая на колени.

– Нет, – Инквизитор покачал головой. – Ты вернешься на пустошь. Ты вернешься на свой пост. И ты должна быть благодарна мне, что я даровал тебе этот шанс, а не превратил в чудовище.

– А как же Джек, моя душа?

Инквизитор перевел равнодушный взгляд на Джека, который все еще пытался уползти. За ним тянулась кровавая дорожка.

– Твоя душа сама выбрала смерть, – сказал Инквизитор. – В моих действиях нужды нет.

Едва Инквизитор договорил, Джек распластался по земле. Он предпринял было отчаянную попытку встать, но у него не вышло. Грудная клетка поднялась раз, другой, третий… Он затих.

Инквизитор снова повернулся к Сюзанне и поднял руку.

– Подожди! – Тристан дернулся, пытаясь сделать шаг вперед, но, конечно, он тоже застыл на месте, как и Сюзанна. – Дай ей еще один шанс! Она помогла нам, попыталась исправить…

– Мне еще предстоит вынести тебе окончательный приговор, проводник, – проговорил Инквизитор. – Будет мудрым, если ты прибережешь просьбы для себя самого.

Тристан открыл рот, пытаясь что-то сказать, но быстрый взгляд Дилан, наблюдавшей за диалогом раскрыв глаза и разинув рот, заставил его передумать. Он кинул на Сюзанну извиняющийся взгляд, и та поняла. Она уже очень, очень давно знала Тристана, но ни разу он не смотрел на нее так, как на Дилан. Сюзанна была ему подругой. А Дилан – родственной душой. Слезы заблестели у нее на щеках, и Сюзанна прошептала:

– Я готова.