В чём дело, Полли? - Марьяна Иванова

На мелкие кусочки разлетится всё что угодно, кроме него самого.

А потом быстро и безжалостно всадил осколок в шею Ани. Удивительно, что она даже не попробовала предотвратить это. Словно иного исхода для неё быть и не могло. Аня упала на пол, сразу же став чёрной лужей. Не знаю, умирают ли Тени, когда тают или же просто возвращаются откуда пришли.

– Продолжим играть, Полли?

Я не шелохнулась. Всё что могло, уже умерло внутри меня. Тогда он подхватил меня под руки и подвёл к окну, что раньше выходило в сад. Теперь, наверное, оно должно смотреть на заросший сорняками задний двор.

– Знаешь, почему здесь не бывает зимы? Зимой дом возвращается в никуда. Диана этого не видела, она понятия не имела, почему зимой я никогда не выходил из дома. Для меня за дверями простилалась лишь чёрная, бездонная пустота. – Он отодвинул штору и продемонстрировал то, что я уже видела. – В эту же пустоту превратится весь мой мир, если надолго уехать из дома. Тот из моих предшественников, кто пытался просто убежать отсюда, коротал свой век, блуждая в бесконечной темноте. Тебе ещё многое предстоит узнать об этом месте. Не будем тянуть время понапрасну. Отдай мне заколку.

Иди же и живи, дорогая, и не дай никому забрать твою жизнь.

– Прости, мой Король, но заколка осталась на дне озера. Она была со мной, когда Питер толкнул меня туда. – Моя финальная реплика. Гасите свет. Занавес.

Над головой просвистела тишина. Дом заскрипел хуже прежнего и перестал быть Домом Нади. Зажглись всевозможные лампы и торшеры. В окна засветило ясное воскресное солнце.

– Что. Ты. Сказала? – надавливая на каждое слово, спросил Мишель.

Это то, что ты упустил. Теперь всё рухнет.

Он в гневе содрал штору и кинул её на чёрную лужу, что когда-то была Аней.

ДВА.

Потом взял меня за плечи и потряс. «Ты блефуешь! Этого не должно было произойти!» Мишель схватился за волосы и завыл, смотреть на него было страшно. Глаза покраснели, кожа совсем побелела, губы начали кровоточить.

– Диана предупреждала, что если ничего не получится, я закончу, как Надд…

Он рухнул. Нет, Мишель всё ещё стоял на ногах. Но он рухнул. Обвалился внутри. Как-то во сне я видела на нём корону, сотканную из теней. Теперь такая же теневая петля подбиралась к его горлу.

– Уходи, Полли, – хрипло выдохнул он.

Чувствуя, как пустота внутри меня с каждой секундой становится всё больше, я подошла к Эмме. Она серьёзно подставила меня. Но она вернулась, чтобы спасти. Потому что…

Забеспокоилась, ведь узнала, что здесь умерла девушка и год назад один парень. Но Крис покончил с собой уже дома. Как она узнала о нём?

– Какого чёрта, Мишель?! – Эмма Аддерли от злости стала какой-то пурпурной. Её рыжие волосы торчали во все стороны и казались языками пламени. – Что это значит? Коронация не может быть закончена?!

– Питер, глупый мальчишка, идиот… Он даже не знает, что натворил. А я и предположить не мог, что столь продуманный план может рухнуть из-за такой мелочи. – Мишель поднёс руки к камину, даже со стороны он выглядел продрогшим до костей. – Но, если задуматься, дорогая Роза, никакая это не случайность. Когда я отдал Криса Теням, я сам создал этот финал. И вот он добрался до меня по нерушимой цепочке событий. – Он сел в кресло и опустил лицо в ладони. – Всё кончено.

Я уставилась на Эмму. Роза? Сестра? Та самая, ради которой он мальчиком изуродовал лицо матери, чтобы защитить её, Розу, от участи быть заживо погребённой в этом доме. Заметив мой тяжёлый взгляд, она подскочила ко мне и хлестнула по щеке. Кровь хлынула к лицу, щека стала гореть. Меня это слегка растормошило. Последние полчаса меня словно вводили в анабиоз.

– Ты хоть представляешь, чего мне всё это стоило?! Как долго я подыскивала нужного человека! Как много взяток пришлось дать, чтобы покопаться в историях болезней и полицейских отчётах?! Ты обещал, ты клялся, что всё устроишь! Я даже подобрала для тебя девчонку, похожую на ту, что тебе привиделась в озере – хрупкую, длинноволосую, что чуть не утонула в тот же год, что и ты! Это был мой ответный подарок тебе! И что теперь? Ты говоришь, что что-то случайное перечеркнуло столько трудов? Я ненавижу тебя, Мишель! – На этом она выдохлась и села рядом с ним. – Как ты мог…

Зато мне теперь наконец стало ясно, как я оказалась здесь. Им нужно было заманить к себе кого-то, кто пережил смерть, и разыграть этот странный спектакль. Но Роза пошла дальше, она нашла для брата занятную игрушку – русалку, что он видел в одном из своих видений. Ответный подарок. Забавно и грустно, но именно с этого его сказка и начала рушиться…

Мимо гостиной проплыл Питер. Правой рукой он держался за раненый бок, посиневшая левая рука волочилась за ним, как тряпка, будто из неё удалили кости. Нужно срочно отвезти его в больницу. Я почти направилась к нему, как заметила краем глаза странное движение.

– Я решилась на это, чтобы спасти от нашего проклятия свою девочку. Я не позволю забрать её. Но вот в чём правда, Мишель: ты всё равно не должен был покинуть этот дом. Ты оживляешь кошмары. Твоё безумие должно быть похоронено здесь. – Роза вытащила из кармана пиджака обычный кухонный нож и недрогнувшей рукой вонзила его в тело брата. – Ты бы всё равно не прижился в том мире, милый Мишель. Ты провёл здесь слишком много времени – мир изменился за эти годы. Тебе так будет лучше. Всем так будет лучше.

ТРИ?!

Он шатко встал с дивана. Кровь бурым дождём окропила пол. Я увидела, что нож насквозь пронзил его ладонь, которой он защитился от удара. Роза отшатнулась, словно сама ужаснулась содеянному. Но потом её глаза вспыхнули новой яростью, и она сделала ещё один замах. Мишель поймал её руку в воздухе и заломил запястье. Женщина вскрикнула от боли и выронила нож.

– Роза! Остановись!

– Почему ты сопротивляешься? Твоя жизнь пуста, ты всё равно обречён!

– Я поступлю, как Надд, твоя дочь сможет прожить обычную жизнь.

Роза вырвалась из его захвата и подобрала нож. Теперь она направилась ко мне.

– Но проклятье всё равно коснётся её – когда-нибудь ей придётся отдать своего ребёнка! И всё повторится! Снова и снова. Ты должен был спасти нас от этого, но ты… – Она замерла, глядя на меня, и сильно изменилась в лице. Лицо Розы смягчилось и сделалось красивым. В этот миг я заметила лёгкое сходство с братом. – Ах, теперь я понимаю… Ты слишком увлёкся ей…

Роза громко зарыдала. Я потеряла бдительность и не сразу среагировала, когда она замахнулась на меня. Нож со свистом разрезал воздух и с ужасающей лёгкостью вошёл в корпус гитары Питера, вернее, Криса. Очнувшись, он, очевидно, забрал её из своей старой комнаты и только потом спустился. А когда Роза подняла руку, подоспевший Питер выставил гитару и принял удар на себя. В этот момент, клянусь, он был тем благородным романтиком, каким был в его глазах брат. Струны недовольно завибрировали, деревянный корпус треснул. Питер занёс гитару над головой и несколько раз ударил Розу по голове. После неудачных попыток схватиться за воздух, женщина упала на пол и отключилась.