Последняя сделка - Майкл Ридпат

— Но ты можешь попытаться. Я дам тебе самые лучшие рекомендации.

— Да кого интересуют твои рекомендации? Они будут обращаться не к тебе, а к Фрэнку Куку, и тебе прекрасно известно, что он скажет.

Крэг был прав. Фрэнк четко объяснил причины, в силу которых «Ревер» выходит из проекта. Наш бывший партнер сверлил меня взглядом из-под нахмуренных бровей. Мне даже показалось, что его коротко остриженные волосы от ярости встали дыбом.

— Меня от твоего вида тошнит, — заявил он. — Убирайся отсюда!

— Крэг, я могу помочь…

— Убирайся! — рявкнул он.

Я неторопливо кивнул и направился к выходу сквозь строй сердитых или в лучшем случае растерянных лиц. Мне удалось удерживать непроницаемое выражение лица до самого выхода. Оказавшись на улице, я остановился и, прислонившись спиной к стене, принялся на чем свет стоит поносить Джила, венчурную компанию «Ревер» и себя. Немного расслабившись, я поклялся, что никогда больше не окажусь в подобном положении.

Когда я вернулся в контору, Дэниел изучал курсы акций. Парень обладал уникальным качеством: он держал в памяти котировки акций многих компаний за несколько последних лет. Этого Дэниел достиг в результате ежедневного изучения биржевой активности на экране своего компьютера.

Когда мы учились в школе бизнеса, я был с ним едва знаком. Он отлично учился и все время толковал о своих инвестициях. Если верить его словам, то все они имели грандиозный успех. Дэниел обладал необъяснимой способностью предвидеть возможные слияния фирм и поглощения одной компании другой, что приносило ему неплохие дивиденды. Кроме того, он шестым чувством улавливал возможные технологические прорывы и умело этим пользовался. Дэниел не делал секрета из того, что намерен быстро стать мультимиллионером. Главным инструментом для достижения этой цели наш коллега считал фондовую биржу. Дэниел обладал несокрушимой уверенностью в своем деловом чутье, тщательно просчитывая при этом все возможные риски.

В «Ревер» Дэниел пришелся ко двору и, со своей стороны, считал, что служба в венчурной компании ему вполне подходит. Однажды, разоткровенничавшись, он признался, что «Ревер» ему нужна лишь как дополнительный источник информации о состоянии рынка и в качестве одного из инструментов дополнительных доходов.

— Крэг, видимо, не очень возрадовался? — спросил Дэниел, отрываясь от бумаг. — Он не пытался тебя убить?

— Почти, — ответил я.

— Но ты спасся, использовав приемы рукопашного боя, которым обучился на армейской службе?

— Нет. Я просто стоял перед ним, пытаясь сохранить спокойствие. Думаю, что вполне в этом преуспел.

— И что же ты теперь намерен делать? — поинтересовался Джон.

— Не знаю, — ответил я, тяжело опускаясь на стул.

— Чаю хочешь? — спросил Джон.

— Хочу. Спасибо.

Он вернулся через пару минут с чашкой чаю для меня и с какой-то сложной комбинацией молока и кофе для себя.

— А мне? — обиженно пискнул Дэниел.

— Что за дьявольщина! — воскликнул Джон и шлепнул себя по лбу. — Опять забыл.

— Ты всегда так.

— Неужели уже сорок три с четвертью? — спросил Джон, глядя на экран через плечо Дэниела.

Мы прекрасно знали, на что он смотрит. Все партнеры и сотрудники «Ревер» ежедневно смотрели на эти цифры. На котировку акций «Био один».

— Поднимаются потихоньку, — сказал Дэниел. Джон взял толстую стопку бумаг со своего стола и бросил ее перед Дэниелом.

— Наслаждайся, — сказал он.

Это была стопка так называемых дохлых дел. Здесь были лишь дела, полученные нами по обычной почте от безумных изобретателей и чокнутых фантазеров. Кроме того, в памяти компьютеров хранилась полученная по электронной почте виртуальная пачка подобных документов.

— О'кей, — простонал Дэниел. — Но читать я их не стану. Мои письма с отказом в этом случае будут гораздо более вежливыми. Все едино ничего ценного там не окажется.

— Ты этого не знаешь, — заметил Джон.

— Перестань. Все это — полное барахло. Только взгляни. — Дэниел постучал пальцем по верхнему документу. — Парень намерен продавать через Интернет сканеры для наблюдения за НЛО.

— Не скажи. Ведь именно из дохлых дел я выудил проект ветряного электрогенератора.

— Вот-вот. И я о том же.

Я понимал, что хочет сказать Дэниел. Джон был страшно горд своей идеей с генератором, однако Джил зарубил ее с порога.

— Во всяком случае, я подхожу к любому проекту без всякой предвзятости, — сказал Джон.

— Вот это меня и пугает, — пробормотал Дэниел. Я попытался сконцентрироваться на работе, но не мог. Когда на тебя нападают со всех сторон, работать невозможно. Вначале меня били Фрэнк и остальные партнеры, а затем — Крэг. Его я мог простить. Что касается Фрэнка, то он прощению не подлежал.

Мы с Фрэнком понравились друг другу с того момента, когда он беседовал со мной перед моим поступлением в «Ревер». Когда я стал сотрудником компании, мы много работали вместе, и он с явным одобрением следил за развитием моих отношений с его дочерью. Со времени свадьбы прошло всего шесть месяцев, но его отношение ко мне уже стало более прохладным.

Фрэнк безумно любил Лайзу и страшно страдал, когда она в четырнадцать лет уехала в Калифорнию, где жила ее мать. Когда Лайза вернулась в Бостон на работу в небольшую фирму, занимающуюся вопросами биотехнологий, дочь и отец много времени проводили вместе. Поначалу я хорошо вписался в их компанию, но положение стало меняться после того, как мы с Лайзой сочетались браком. Приглашения провести с ним уик-энд в его загородном доме на побережье — когда-то довольно случайные и абсолютно неформальные — становились все более и более частыми и настойчивыми. Появляясь у Фрэнка вместе с Лайзой, я ощущал себя незваным гостем. Более того, у меня складывалось впечатление, что он приглашает дочь к себе тогда, когда я (как ему было известно) не мог приехать.

Как бы то ни было, но я мог понять его чувства. С некоторым запозданием до Фрэнка дошло, что он перестанет быть главным мужчиной в жизни дочери сразу после того, как та выйдет за меня замуж. Это его тревожило. Меня, надо сказать, тоже. Мы с Лайзой много работали, и мне хотелось проводить с ней как можно больше свободного времени — сколь бы мало его ни было.

Подозрения Фрэнка о моих отношениях с Дайан положение дела отнюдь не улучшали. К боязни потерять дочь и ревнивому отношению ко времени, которое она проводила со мной, начал примешиваться страх. Отец — и это вполне естественно — опасался, что дочь будет страдать от неверности шалопая-мужа.

Да, я понимал его чувства. Но они мне не нравились. Необходимо с ним поговорить.

Фрэнк находился в своем кабинете. Каждый из партнеров имел собственный офис, причудливо декорированный конгломератом антикварной мебели и самой современной техники. Подобный антураж, по мнению Джила, производит впечатление солидности и богатства. Посетитель, вступая в такой кабинет, должен чувствовать, что имеет дело с процветающей венчурной фирмой. Новейшие компьютеры, старинные гравюры, многоканальный видеотелефон для телеконференций, удобные кожаные кресла и столы темного дерева действительно выглядели весьма достойно.