Черника в масле - Никита Максимов

С этого момента всё стало крайне серьёзно. Когда в самом начале, сразу после входа в офисное здание «НАПС» ей пришлось подписывать очень серьёзный многостраничный документ о неразглашении, в этом не было ничего необычного. Доступ к технологиям, программному коду, архитектуре и алгоритмам – обычное дело, бла-бла-бла. В бизнесе защиты информации такие бумаги – неизбежная часть повседневной рабочей рутины. Но после того как был обнаружен, протестирован и подтверждён факт взлома, дело приняло оборот, достойный остросюжетного триллера.

Технический директор Уолберг вышел к стене на середине большой рабочей комнаты. Свет, проникавший с улицы через высокие окна напротив, освещал его сосредоточенное, даже мрачное лицо. Он сейчас совсем не походил на учителя или дантиста. Теперь в нём гораздо больше было от военного, переодевшегося в штатское.

– Коллеги, прошу минуту внимания, – произнёс он громко и отчётливо. Все вокруг затихли, ребята с дальних рабочих мест поднялись на ноги и переглядывались с остальными.

– У нас подтверждённый взлом системы.

По рабочему залу пронёсся шелест. Кто-то вздохнул, кто-то пробормотал что-то неразборчивое, но явно нецензурное.

– Это значит, что с этого момента мы больше не ищем сбой. Благодаря нашим партнёрам из «Диджитарх Секьюрити» и лично мисс Чанг, – он широким жестом указал на Сандрин, стоявшую по правую руку, отчего все глаза обратились к ней, и она почувствовала себя отчаянно неловко: —…мы теперь точно знаем, что наша система сбоев не даёт. Это новость хорошая. Оборотная сторона состоит в том, что нашу систему можно взломать. Мы приложили немало усилий и очень надеялись, что такое никогда не случиться. Однако реальность вносит свои коррективы. В этой новой реальности нам с этой минуты предстоит жить и работать. Задачи таковы. Нужно проследить историю этого конкретного взлома. Определить момент начала, какие именно данные были модифицированы, и как это повлияло на отклонение рейса NP412 от предназначенного маршрута. Это задача первостепенной важности, поскольку в результате взлома потерялась не беспилотная атмосферная платформа, а пассажирский самолёт с десятками человек на борту…

Отворилась дверь, в рабочий зал заглянул охранник. Сделал Норману знак, тот в ответ кивнул. В комнату вошли двое, прошествовали вдоль стены и заняли позицию слева от Уолберга. Мужчина и женщина в деловых костюмах – ему около тридцати, невысокий, подтянутый мулат, она в том неопределённом возрасте, когда внешний вид определяют генетические особенности и качество ухода за собой. Возможно, что ей было тридцать три года. А, может и сорок один. Уверенным можно было быть только насчёт следов коренных американцев в богатом интернациональном наследии её предков. В фигурах обоих – и мужчины и женщины – чувствовался какой-то оптический изъян, хотя возможно виной тому была лишь иллюзия из-за лучей света, бьющих из окна напротив и угла зрения, под которым Сандрин на них смотрела.

Технический директор коротко кивнул вошедшим и продолжил.

– Итогом исследования должна стать полная реконструкция полёта с учётом данных, модифицированных взломщиком, погодных условий, данных о скорости, передававшихся с борта самолёта. Короче, подробная симуляция с определением конечной точки. Эти координаты мы должны как можно скорее передать в распоряжение поискового штаба. Напоминаю, что со времени инцидента прошло уже почти двое суток, а люди на борту самолёта могут нуждаться в экстренной помощи. Помните, что на кону. Дэйв, ты будешь старшим в этой группе, – Маркович наклонил голову в ответ. – Я возглавлю вторую команду, которая займётся исследованием уязвимости, через которую проник хакер. Мисс Чанг, вы не откажете нам в помощи? Ваш опыт был бы очень кстати.

Сандрин замялась, Уолберг моментально сообразил, в чём дело.

– Я договорился с руководством «Диджитарх Секьюрити» о ваших услугах в качестве консультанта.

Она облегчённо кивнула – конечно.

– Прекрасно. Тогда через двадцать минут мы назовём имена людей, которые будут работать в этих двух командах. Все остальные занимаются текущей работой. У нас тысячи объектов по всему миру и ни один из них не должен ощутить перебоя в обслуживании. Нужно, чтобы всё было чётко и предельно надёжно. Ради этого я прошу вас приложить максимум усилий и, возможно, пожертвовать некоторыми своими личными планами. Пожалуйста, свяжитесь со своими близкими и членами семей. Предупредите, что мы несколько дней будем работать в режиме жёсткого кранча, фактически – на казарменном положении. Если у кого есть особые обстоятельства, прошу через двадцать минут ко мне в кабинет. Я думаю, что мы сможем найти взаимоприемлемое решение для каждого случая.

Норман ещё раз глянул на двух незнакомцев слева от себя.

– И в заключение. До последнего момента эти господа терпеливо ожидали в холле, подтвердится или нет атака на нашу систему. Если бы это был просто сбой, дело осталось бы внутри компании и стало предметом только нашей головной боли. Однако мы столкнулись с актом враждебных действий. Он может оказаться частью чего-то большего. Или не оказаться. Но в результате под угрозой оказались жизни десятков людей и безопасность воздушного сообщения в масштабах планеты. Поэтому к нашей работе подключилось ФБР. Это специальные агенты Мартинес и Маршалл.

Женщина и мужчина по очереди кивнули.

– Они займутся сбором информации и изучением обстоятельств произошедшего. В рамках расследования им предстоит побеседовать со всеми вами. Об очерёдности мы вам сообщим. От себя лично прошу вас отвечать на вопросы максимально подробно и честно. Чем более полную картину агенты смогут для себя составить, тем меньше поводов у них будет снова отвлекать вас от работы. Хотите что-нибудь добавить?

Мужчина покачал головой, женщина коротко посмотрела на него, а потом кивнула Уолбергу. Сделала полшага вперёд, машинальным движением расстегнув пуговицу на жакете. Повернулась из стороны в сторону, осматривая всех, и Сандрин заметила за распахнувшейся полой тёмный пластик рукояти пистолета. Голос у агента Мартинес был низким и глубоким.

– Хочу пояснить. Наша цель – разобраться в обстоятельствах. Мы не ищем среди вас козлов отпущения. Пожалуйста, проявите к нам максимум лояльности, и мы продолжим поиски в другом месте. Хорошо? Помните – мы с вами на одной стороне.

Она ещё раз обвела всех глазами и вернулась к стене.

– Ну, вот и прекрасно, – подытожил Норман: – Вопросы?

Тишина в ответ.

– Тогда у всех есть пятнадцать минут на кофе. После этого мы разойдёмся по группам и возьмёмся за работу. Дэйв, мисс Чанг, агенты. Будьте добры, пройдёмте в мой кабинет, обсудим задачи и детали.

* * *

Как ни странно, но у Татарина всё получилось. Уже к полудню понедельника он со своими помощниками притащил тот самый автобус. Рассказал на ухо Смирнову, как всё прошло. Тот послушал, покивал головой, потом похлопал Рустама по плечу – молодец. Подробностями делиться ни тот ни другой не стали, да это было и не важно. Татарин сразу полез приводить машину в порядок, Андрею же и своих забот хватало.