Черника в масле - Никита Максимов

Понедельник затянулся сверх всякой меры. Вылетев утром из Дюссельдорфа, майор Рихтер двигался навстречу вращению Земли, пересекая один за другим часовые пояса и догоняя убегавший вперёд день. За это время случились: короткая посадка и второй завтрак в Дублине, потом долгий перелёт над океаном, поздний ланч и встреча с ФБР в Вашингтоне. Разговор здесь получился коротким и не очень содержательным. Ребята толком ничего ещё не успели сделать. Понятное дело, что когда появилось предположение о взломе, была немедленно создана рабочая группа, но дело происходило в воскресенье, потребовалось время, чтобы люди смогли приступить к работе. Кроме того, до появления однозначного подтверждения вся деятельность сводилась к сбору и анализу предварительной информации, составлению перечня потенциальных кандидатов к опросам – термин «подозреваемый» пока что использовать было преждевременно – и проверка их прошлого. Одним словом, большая рутинная работа, в основном для компьютеров и специалистов по анализу данных. Ничего интересного пока не выскакивало, всё скучно, без неожиданностей.

В ходе подготовки пока что было сформулировано три главных вопроса к предстоящему расследованию.

Кто организовал и выполнил атаку, если факт взлома подтвердится? Самый животрепещущий вопрос с точки зрения простого обывателя, полагающего, что главное в поисках – это поймать и примерно наказать преступника. С точки же зрения органов безопасности и контрразведки гораздо более интересным является второй вопрос – зачем? Родственный ему интерес «почему» здесь выступает на вторых ролях, значительно важнее выяснить, кто или что являлось целью. Ну, и если это выясниться, очень полезно понять, была ли эта цель конечной или она всего-навсего звено в цепи других событий. Здесь открывался захватывающий воображение простор для фантазии, ибо, как известно, при должном старании можно сплести воедино очень многое. Если не всё. И сделать на основе этого массу пугающих, но чаще всего абсолютно бесполезных и ложных выводов, прошляпив при этом нечто очень важное, что лежит практически на поверхности.

Третий вопрос, который следовало выяснить: чем является обесточивание компании «Диджитарх Секьюрити» во время взлома «НАПС» – случайностью или диверсией? Естественно, что профессиональная паранойя подсказывала всем участникам расследования, что дело тут, скорее всего, нечисто. Ну, и поскольку здесь уже имелось событие – авария и отключение – то можно было начинать раскручивать эту нитку прямо сейчас. Чем, собственно, и занимались с утра понедельника агенты из управления в Огайо.

К моменту окончания встречи, когда Карлу подходило время отправляться в аэропорт для перелёта в Калифорнию, пришло сообщение от агентов, дежуривших в штаб-квартире «НАПС». Взлом подтверждён. Налицо угроза национальной безопасности. Можно спускать с поводков всех ищеек. Представителям ФБР сразу стало не до майора Рихтера, ему лишь предложили отвезти его в аэропорт и сообщить по прибытии в Сан-Франциско все новости, которые всплывут к тому времени. По дороге Карл позвонил директору Нойманн и доложил о подтверждении взлома. А потом снова был взлёт и путь над облаками на запад, вдогонку за понедельником.

* * *

Признание возможности чего-либо – важнейший катализатор. Первый запуск ядерного реактора произвёл только половину одного ватта энергии, однако показал главное: такая система работает. Этого прорыва оказалось достаточно для начала атомной эры.

В случае с взломом «НАПС» революции в науке и технологии не произошло. Но после обнаружения и признания самого факта работа резко перешла в практическую плоскость. Потребовалось всего несколько часов, чтобы проанализировать данные и отследить момент взлома, а также определить, какие именно параметры подверглись модификации. Параллельно с этим отдельная команда уже построила имитационную модель, которая должна была пересчитать маршрут рейса NP412 с учётом всех факторов и выдать действительную конечную точку, в которой произошла катастрофа.

К моменту, когда данные были перепроверены и готовы к загрузке, почти все, кто мог, оторвались от работы и собрались перед большим экраном на стене рабочей комнаты. Директор Уолберг, программисты, Сандрин Чанг, специалисты поддержки, агенты Маршалл и Мартинес. На экране мерцала контурная карта фрагмента Северного полушария – от региона Великих озёр с аэропортом О'Хара в Чикаго до самой Финляндии. По карте уже бежали две дорожки, указывавшие варианты маршрута рейса. Зелёная, завершавшаяся в «Баден-Бранденбург», штатном аэродроме прибытия, показывала запланированный полётным планом путь. Жёлтая ленточка учитывала коррективы, внесённые штормом над Атлантикой, ветрами и прочими факторами, и заканчивалась над южной Швецией. Там, где радары не нашли терпящий бедствие самолёт.

Сейчас система должна была выдать им красную траекторию настоящего полёта рейса NP412.