Черника в масле - Никита Максимов

Он вернул табурет на место, снова сел справа от неё, наклонился и погладил по щеке тёплой ладонью. А она опять расплакалась. На этот раз от благодарности.

* * *

Артамонов отправился спать, вкратце обрисовав результаты своей работы. По ним выходило, что надо как можно быстрее вывозить троих лежачих больных и десятка полтора раненных, кто в состоянии сидеть. В крайнем случае – двоих лежачих. Девчонку с ампутированной ногой можно пока оставить, ей спешить уже некуда. За неё Анатольич был спокоен – «лучше всё равно никто не сделает», а курс антибиотиков и поддерживающей терапии можно делать и здесь. И всё равно выходило, что надо решать две задачи как минимум. Куда везти и на чём.

Размышляли на эту тему втроём: Андрей, Серёга Новиков и Рустам. Марина, успевшая поспать днём, сейчас присматривала за больными. Татарин, хоть и не жаловался, выглядел совсем загнанным. Смирнов чувствовал себя примерно так же. Два бешенных дня и почти бессонная ночь. Не хотелось ни думать, ни тем более принимать какие-то решения. Сидеть бы просто посреди угасающих сумерек, смотреть на неподвижные в вечернем воздухе метёлки камыша, отгонять сизым сигаретным выхлопом назойливых голодных комаров.

Однако нужно прикинуть хоть какие-то варианты. Андрей подтянул к себе ноги, наклонился вперёд в пластиковом кресле, потёр лоб руками.

– Парни, я понимаю, что все устали. Давайте не будем тянуть. Один вопрос у нас совсем простой – на чём повезём?

– Ни фига он не простой, – отозвался Рустам. – Будь у нас один лежачий и пять-шесть сидячих, не было б проблемы. Засунули бы всех в УАЗик—санитарку и вперёд.

– А охрану?

– Охрана по-любому поехала бы на отдельных машинах, она не в счёт. Не о ней сейчас речь. У нас народу под перевозку в два раза больше.

– Двумя рейсами не повезём, слишком рискованно.

– Само собой. Если засекут первую ходку, второй маршрут смогут отследить прям до нашей калитки. И ждать тоже могут.

– Согласен, не вариант.

– Может, грузовик переоборудуем? – предложил Сергей.

– Грузачи не дам! – отрезал Рустам.

– Чего так?

– Не дам и всё! Глупо это.

– Да ладно тебе, Татарин! Не жмись!

– Нет, Рустам прав. Грузовики – основные рабочие лошади. Мы без них по миру пойдём. «Буханка» УАЗик – машина вспомогательная, её в случае чего бросить не жалко.

– Это тебе не жалко.

– Тьфу! Да тебе любую железяку жалко.

– Ладно, УАЗик тоже жалко, но он не так критичен в автопарке. Можно найти ему замену.

– Ага, хрена ты ему найдёшь замену…

– Рустам, уймись! Никто на твой УАЗик не покушается, не влезут в него все. Тогда повторяю вопрос – на чём повезём?

– Автобус бы где-нибудь тиснуть…

– Эк, размечтался! Дорогое удовольствие.

– А я и не говорю – купить. Я сказал – тиснуть.

– Ты это просто мечтаешь или есть конкретные идеи?

– Да не то, чтобы конкретные… Я примерно представляю, где можно прикупить какой-нибудь сарай на колёсах по цене металлолома, но что-то меня жаба душит. Серёга, знаешь, что я вспомнил?

– Конечно, Татарин, как раз мысли твои читаю.

– Не умничай. Помнишь, мы по осени хутор проезжали, где ПАЗик стоял на спущенных шинах? Ну, где в живых одна бабка осталась?

– А, это та, у которой зятя под Вологдой на дороге грохнули?

– Ну да, она ещё просила узнать, может, нужен кому этот его автобус. Ей-то он точно без надобности.

– Думаешь, стоит ещё?

– А кому он нужен? Осенью желающих не было, за зиму он вряд ли куда-то сам уехал бы.

– Ну, возможно. Может, кстати и старуха уже… того. Вообще платить не придётся.

– Добрый ты, Серёжа.

– Ага. А ещё я реалист. Ладно, допустим, ящик этот на месте. Возможно, старуха даже жива при нём. А заведётся?

– Приедем – посмотрим. Если движок не спёрли, заведём. Или на буксире притащим. Сообразим чего-нибудь.

– Хорошо, – Андрей засунул в банку окурок и почти сразу полез за следующей сигаретой. Не то, чтобы хотелось курить, но комары начали наглеть, да и в сон клонило всё сильней. – Рустам, тогда утром возьми людей и скатайтесь, проверьте. Если бабка жива, дайте ей, чего попросит – еды, бензина налейте. Если окажется ушлой и начнёт цену набивать – торгуйтесь до последнего. Нам эта жестянка ни к чему, мы её на один, может, на два раза берём. Всё, иди спать, а то на тебя смотреть больно.

– Сам не лучше.

– Без тебя знаю. Я старше, мне положено хуже выглядеть. Гузель и Асю поблагодари от меня.

– Ладно. Спокойной ночи.

Рустам ушёл. Смирнов с Новиковым некоторое время сидели молча, разглядывали темнеющее небо.

– Ну, а теперь главный вопрос – куда?

– Может, к Попу?

– Чего? Ты у Попа где больницу рядом видел? От него точно так же придётся везти ещё куда-нибудь, только Вова ещё и разболтает всем, так что за каждым кустом будет кто-нибудь сидеть в засаде. Нет, чем меньше Поп о наших гостях знает, тем спокойнее. Кстати, как он на твой визит отреагировал?

– Удивился. Чо это вы, говорит, зачастили ко мне.

– Ну а ты?

– Что я? Дурака включил – мол, я не при делах, просто посыльный. Список сунул и на склад.

– Весь?

– Я что, больной, по-твоему? Там столько всего… интересного было. И в таких количествах. Разбил список и пробежался по базару.

– Один чёрт через пару дней Вова будет в курсе. Те, у кого ты всё скупил под ноль, к нему придут запасы пополнять. Кто-нибудь обязательно проболтается.

– Да ладно тебе, не нагнетай! В курсе чего он будет? Что мы зубными щётками запасаемся? Или трусами? Пока кто-нибудь не найдёт самолёт в болоте и не свяжет эти факты воедино, вряд ли у Попа будет что-то конкретное.

– Когда так получиться, уже не в Вове будет дело. Там останется только дни считать, пока нами не заинтересуются щуки покрупнее. А сейчас… То, что мы закупками занимаемся, для Попа может значить, что мы что-то затеваем, а он в этом не участвует. Он же удавится, но будет у всех выпытывать, что, да как. Иначе это будет не Вова Попов, который всю жизнь прожил в ожидании «Того самого шанса», который позволит ему разбогатеть сразу и до конца своих дней.

Андрей затянулся, с уголька сигареты посыпались искры. Снова помолчали, думая над задачей. Потом Новиков хлопнул себя ладонью по колену.

– Слушай, шеф! Ты Екатериновку помнишь?

– Это которая у чёрта на рогах? А что с ней?

– Припоминаешь историю, которая там зимой приключилась?

– Какую? У меня там друзей-знакомых нет. Давай, рассказывай уже, хватить викторину тут устраивать.